Весь Роберт Джордан в одном томе - Роберт Джордан

Ранд покачал головой и пошел дальше, прочь от новых разговоров. Хватило и беседы с одним кайриэнским лордом; рисковать еще раз ему не хотелось. Похоже, Бартанес отыскивал глубинные значения в самых банальных фразах. Ранд понял, что уже достаточно узнал о Даэсс Даймар, чтобы сообразить: у него нет ни малейшего представления, как в нее играют. Мэт, Хурин, найдите поскорее хоть что-нибудь, чтобы мы могли убраться отсюда! Эти люди все сумасшедшие.

Он шагнул в очередную комнату, и в конце ее он увидел менестреля, который бренчал на арфе и читал наизусть сказания из цикла "Великой Охоты за Рогом". Этим менестрелем был не кто иной, как Том Меррилин. Ранд остановился как вкопанный. Том, по-видимому, его не замечал, хотя взор менестреля дважды скользнул по нему. Похоже, Том имел в виду именно то, что сказал. Полный разрыв.

Ранд развернулся, собираясь уйти, но путь мягко заступила какая-то женщина и положила ему на грудь ладонь, кружева открыли нежное запястье. Ростом она не дотягивала ему до плеча, но высоко зачесанные локоны оказались у него перед глазами. Под подбородком, вокруг высокого ворота ее платья, сборками лежали кружева, а нашивки на платье темно-синего цвета опускались ниже лифа.

— Я – Алайне Чулиандред, а вы – тот самый известный Ранд ал'Тор. Предполагаю, что в своем поместье Бартанес имел право первым побеседовать с вами, но то, что мы о вас слышали, у всех нас вызвало глубокий интерес. Я даже знаю, что вы играете на флейте. Неужели это правда?

— Да, я играю на флейте. – Откуда она?.. Калдеврин. Свет, каждый слышал обо всем в Кайриэне! – Надеюсь, вы меня извините…

— Я слышала, что чужеземные лорды занимаются музыкой, но никогда не верила этому. Я бы очень хотела сама услышать, как вы играете. Наверно, мы с вами поговорим о всяком-разном. Видимо, Бартанес счел общение с вами увлекательным. Мой муж все дни напролет проводит на собственных виноградниках и оставляет меня в совершенном одиночестве. Никогда его нет рядом, когда хочется поговорить.

— Должно быть, вы скучаете по нему, – сказал Ранд, стараясь потихонечку обойти и саму женщину, и ее широкие юбки. Она рассыпалась звонким смехом, словно он сказал нечто смешное, смешнее не придумаешь. Перед Алайне боком вклинилась вторая женщина, и вторая ладонь уперлась Ранду в грудь. Нашивок у нее было не меньше, чем у Алайне, и возраст у женщины был тот же самый – обе на добрый десяток лет старше него.

— Хочешь захватить его только для себя, Алайне? – Две женщины улыбнулись друг дружке, но взоры метали кинжалы. Вторая обратила свою улыбку Ранду. – Я – Биливере Осиеллин. Неужели все андорцы такие высокие? И такие красивые?

Ранд прочистил горло:

— А-э… некоторые – такие же высокие. Простите меня, но если вы…

— Я видела, как вы разговаривали с Бартанесом. Говорят, будто вы знаете и Галдриана. Вы обязательно должны навестить меня и поговорить со мною. Мой муж объезжает наши имения на юге.

— У тебя утонченность девки из портовой таверны, – прошипела ей Алайне и немедленно заулыбалась Ранду: – У нее нет изысканности. Никакому мужчине не понравится женщина со столь грубыми манерами. Приходите с флейтой ко мне в усадьбу, и мы побеседуем. А может, вы научите меня играть на ней?

— То, о чем Алайне думает как об утонченности, – мило заметила Биливере, – не что иное, как недостаток смелости. Мужчина, носящий отмеченный цаплей меч, должен быть храбрецом. Это и в самом деле клинок со знаком цапли, да?

Ранд решил уйти от них, пятясь:

— Я надеюсь, вы будете столь снисходительны, что… – Они ни на Шаг не отставали от него, и вскоре Ранд спиной уперся в стену; широкими крыльями юбок они отсекли ему все пути к отступлению, выстроив вместе еще одну стену перед ним.

Ранд вздрогнул, когда рядом с этими двумя втиснулась третья женщина, ее юбки вдвинулись перед ним, скрепив стену шелков. Она была старше, но такая же красивая, с веселой улыбкой, которая не смягчала остроты проницательных глаз. Нашивок на одежде у нее оказалось раза в два больше, чем у Алайне и Биливере; они чуть присели в реверансе и мрачно взирали на нее.

— Эти две паучихи вознамерились затянуть тебя в свои сети?

— Старшая женщина рассмеялась. – Обычно им удается накрепко впутать друг дружку, а не кого-то еще. Идемте со мной, мой прекрасный юный андорец, и я расскажу вам, в какие беды они бы вас ввергли. К тому же вам не о чем тревожиться, мужа у меня нет. От мужей всегда одни хлопоты и неприятности.

Поверх головы Алайне Ранд заметил Тома, тот выпрямлялся после поклона, который остался никем не замеченным и не вознагражденным аплодисментами. Поморщившись, менестрель подхватил бокал с подноса оторопевшего слуги.

— Я тут увидел одного человека, с которым мне нужно поговорить, – сказал Ранд женщинам и вырвался из угла, в который они его загнали, в тот момент, когда последняя из подошедших к нему женщин потянулась за его рукой. Втроем они смотрели ему вслед, а он устремился к менестрелю.

Том посмотрел на юношу поверх края бокала, потом сделал большой глоток.

— Том, я знаю, ты сказал, что между нами все кончено, но мне нужно было вырваться от этих баб. Только об одном и говорят – что мужья их где-то далеко, да намеки всякие делают… – Том поперхнулся вином, и Ранд похлопал его по спине: – Когда пьешь, нельзя торопиться, а то кое-что иногда идет не в то горло. Том, они думают, будто я с Бартанесом что-то замышляю или, может, с Галдрианом, и, по моему, если я скажу им, что ничего подобного у меня и в мыслях нет, они не поверят. Просто нужен был предлог отвязаться от них. Согнутым пальцем Том пригладил длинные усы и посмотрел через всю комнату на трех женщин. Они по– прежнему стояли вместе, наблюдая за Рандом и менестрелем.

— Этих трех я узнаю, парень. Одна Бриане Табор-вин преподала бы тебе такой урок, который раз в жизни стоит пройти каждому мужчине, если он выживет после этого обучения. Тревожишься за их мужей. Это мне нравится, парень. – Вдруг глаза Тома стали колючими. – Ты говорил мне, что свободен от Айз Седай. " Половина сегодняшних разговоров тут – о том, что андорский лорд