БлокАда 2.0 (СИ) - Шарапов Кирилл Юрьевич

Клим отозвал осу и, отдав своему отряду приказ двигаться к подземке, полетел не спеша в середине строя. Сейчас, добравшись до сердца вражеской территории, он соблюдал максимальную осторожность. Поэтому помимо прикрывающих его с воздуха дронов, он перевёл ликвидаторов из походного режима в режим защиты, при таком раскладе дроиды будут защищать объект, то есть его, даже ценой жизни.

До входа в подземку добрались без приключений. Клим отправил пару дроидов осмотреть вестибюль и спуск на платформы, а сам, спрыгнув со слайдера, подошёл к покойнику. Лиана сломала тому шею, метровый обрубок до сих пор обвивал её.

Клим мысленно убрал перчатку и прикоснулся к трупу.

— Мужчина, актуальный возраст для состояния организма — сорок два года, но, скорее всего, ему около тридцати, — спустя минуту доложил ИС. — Ориентируясь на температуру трупа, он умер шесть часов назад, перелом шеи, недавно сросшийся перелом левой руки. Два шрама от пулевых ранений. Ещё несколько десятков шрамов по всему телу, предположу, что он часто участвовал в боевых действиях. На правом плече татуировка — череп Терминатора и надпись — «До последнего». Похоже, он из сопротивления.

Клим вернул перчатку бронекостюма на место и встал. Что ж, эта информация, по сути, бесполезна, но всё же кое-что этот труп ему рассказал, люди до сих пор уходят из столицы, и если они смогли пройти по тоннелю, то и он сможет.

Клим забрался в седло слайдера. Изучив информацию от направленных на разведку ликвидаторов, он кивнул сам себе и отдал приказ своему воинству спускаться на платформу. Похоже, скоро его ждал заплыв. Как, интересно, эти беглецы прошли? Начался новый этап его сольной операции, два первых он завершил без потерь — захватил операционную базу противника и добрался до места проникновения. Теперь не менее сложный — осуществить это самое проникновение. Крутанув ручку газа, он на скорости пять километров в час проехал через выбитые двери вестибюля и направил своего летуна на эскалатор. Климу снова приходилось делать то, чего он страшно не хотел, лезть под землю.

Глава шестнадцатая

Клим остановил слайдер посреди платформы и огляделся. Правый тоннель, ведущий в Москву, перекрыт выгоревшим поездом, на пероне кости, обрывки одежды, сумки и прочие вещи, всё это грядное и сырое, вода по щиколотку. Левый тоннель затоплен наполовину. Николаев выпустил сразу две осы и отправил обе в тоннели на разведку. Его маленькая армия окружила своего повелителя, дроны висели над головой всего в трёх метрах от пола, ликвидаторы построились в квадрат.

Клим, чувствуя себя в безопасности, вывел сигнал с ос на экран интерфейса и теперь следил за их продвижением. Те прошли уже половину из своего радиуса действия, то есть сотню метров, правый тоннель был затоплен едва по щиколотку, а вот левый был плох. Кроме того, через полторы сотни метров оса упёрлась в перевернувшийся состав, сплющенные, искореженные вагоны, обглоданные костяки, плавающий на воде мусор.

Таран отозвал осу, левый тоннель был непроходим, и сейчас вся надежда на правый. Через пять минут разведчик второго тоннеля достиг границы зоны передачи сигнала, всё же очень сырая разработка, годящаяся для разведки на малой дистанции или некрупных объектов. Клим отозвал её, а сам вытащил из пространственного подсумка, привычный ему дрон-разведчик в виде шара. По напоминанию ИСа на оперативной базе он изготовил два таких, хоть это и задержало его ещё на полчаса, но оно того стоило, два километра радиус, в сто раз больше, чем у осы, а тоннель вроде как раз чуть больше двух километров. Вот только шар гораздо заметнее со своими обзорными синими полосами, а режим маскировки жрёт безбожно ресурс не слишком мощной батареи, да и железяки его отлично видят даже при полной маскировке, которую он способен поддерживать всего минут десять от силы.

Запустив ос обратно в перчатку, Клим отправил шарик в правый тоннель. Вот он достиг уже разведанного рубежа, вот ещё сотня метров, ещё сто… И тут ночное видение высветило силуэт человека, который вышел из-за небольшого изгиба тоннеля. Николаев мгновенно перевёл шарик в режим маскировки. До незнакомца было метров пятьсот, шёл он осторожно, похоже, в очках ночного видения местного производства, в руках какая-то самоделка, Клим даже затруднялся сказать, на что похожа, то ли винтовка, то ли револьверный гранатомёт с длинным стволом. Короче, шайтан-труба в народном исполнении. Таран оттянул дрон на двести метров назад, отличная оптика позволяла смотреть на два километра, и с этого расстояния были видны прыщи на прыщах. Вот дозорный преодолел метров пятьдесят после поворота, остановился, свистнул. Из-за изгиба стали выходить люди, сначала усиленный дозор, состоящий из пяти мужчин, в руках одного крупнокалиберный корд, второй несёт одноименную снайперку. Остальные с трофейными автоматами поклонников. За ними следом метров через десять идёт основанная группа — мужчины, женщины, одна несёт младенца, в центре несколько детей в возрасте от пяти до десяти, хотя, сложно сказать, всё же ночное видение — это не своими глазами смотреть. Через пару минут появился и тыловой дозор, тоже пять человек, вооружение схожее, только пулёмета аж целых три, и все три трофейные — поклонников.

Клим судорожно решал, что делать? Стоит им увидеть дроидов и дронов, и о разговоре можно забыть. Костюм тоже палево, всё высокотехнологичное указывает на киберов, а поговорить с людьми нужно, поскольку информации о Москве у Тарана мало. То, что удалось вытянуть из памяти покойного Евгения, недостаточно для путешествия по подземной части города, тем более он идёт в другом месте на двадцать километров севернее.

Первым делом Клим отозвал дрон, нечего ему светиться, да и заряда осталось мало, маскировка всё же безбожно жрёт батарею. Запихнув его обратно в пространственный подсумок, Клим выбрался наружу из доспеха и, с огромным удовольствием запустив руку под майку, почесал спину. Закинув костюм в седло слайдера, он отдал приказ железякам валить в левый тупиковый тоннель и без его команды носу оттуда не высовывать. На всякий случай оставил только один дрон, повесив его у самого выхода с платформы в город и переведя в режим полной маскировки. Это военное изделие без проблем могло часами находиться почти в полной невидимости, и только резкий маневр с ускорением мог его сорвать. Было довольно забавно наблюдать, как ликвидаторы, следуя приказу, прыгают в воду и почти полностью скрываются под ней, только куски яйцеобразной головы торчат наружу, и то не много — сантиметров двадцать. С дронами проблем не возникло, те висели над водой сантиметрах в двадцати, несколько секунд, и они придут на помощь.

Закончив приготовления, Клим уселся на чей-то старый пластиковый чемодан, валяющийся у одной из железных колонн, обвитых вездесущим плющом, и, достав из кармана сигарету, блаженно закурил. Из оружия с ним была только плазменная винтовка и пистолет поклонников с двумя магазинами на бедре, ну и тот самый штык-нож, с помощью которого он захватил своего первого ликвидатора. Ожидание вышло не долгим, всего минут тридцать. Первым из поезда появился дозорный с шайтан-трубой. Заметив мирно сидящего на чемодане Клима, он опешил и с десяток секунд таращился на него огромными от удивления глазами, потом вообще впал в ступор, увидев, как Николаев достал пачку сигарет и, прикурив, предложил:

— Будешь?

Через десять минут на перроне стало тесно, Клима окружили и засыпали вопросами. Надо сказать, вид человека в чистой одежде, с чистым лицом привёл грязных, усталых, голодных людей в шок.

— Ты кто такой? — спросил владелец шайтан-трубы.

— Зови меня Климом, позывной Таран. А ты что за фрукт?

— Аркадий, — представился тот.

— Прозвище у него Жид, — раздался из-за спин столпившихся людей молодой весёлый голос. — Только он его стесняется.

Владелец шайтан-пушки непонятной конструкции бросил сердитый взгляд на улыбающийся народ, после чего нехотя кивнул.

— Фамилия у меня Жидков, отсюда и прозвище.