Лакрус (СИ) - Швалев Юрий

— Капитан колониальных войск. — Человек скривился при этом слове. — И даже имя твоё произносить не хочу. Ты весьма грубо нарушил закон.

— Вовсе нет. — Капитан снова посмотрел в эти его мерзкие глаза без страха. — Я выполнил приказ.

— Приказ? — Внезапно чиновник впал в бешенство и закрутился на месте, словно юла, теряющая обороты. — Ты лишь наемник и здесь только я отдаю приказы и создаю законы и решаю, как они должны исполняться. Это мой город, здесь я Бог и Господин, а ты посмел ослушаться меня?

— Моя функция это сохранение порядка в городе. Уничтожив причину беспорядков в форме бара, я обеспечил чистоту и спокойствие на подконтрольном мне участке.

Человек сжал челюсть, так что заскрипели зубы и кивнул громилам. Они ринулись в атаку, но капитан того и ждал. Даже с фиксированными руками он был опасен. Он с легкостью избежал ударов и ударом ноги в горло выключил одного, а затем припечатал второго к решетке и прыжком вмял его в прутья. Громила рухнул к его ногам и он обернулся к чиновнику. Его лицо опять покрылось маской страха и он попятился к выходу из решетки, нервно теребя свои пуговицы, выронив ключи. Капитан молча наблюдал, как он отступает и чиновник, который с радостным видом добрался до дверей и рванул через них, сразу врезался в другого человека и упал на пол, растянувшись во весь рост. В клетку вошли трое военных. Мощных, со злобными глазами, они посмотрели на чиновника, валяющегося на полу, словно его там не было, оценили взглядом вырубленную охрану и подошли к Капитану, встав перед ним на расстоянии пары метров.

— Этот человек уничтожил мой бар. — Завопил внезапно чиновник сзади тонких осевшим голосом, предусмотрительно выползя за клетку. — Накажите его.

Офицеры колониальных войск, а это были они, наемники разных мастей, объединенных одним кодексом, никак не отреагировали на его слова, продолжая смотреть на Капитана.

— Согласно закону о управлении чиновникам любого системного ранга запрещено заниматься частной деятельностью, направленной на личное обогащение. Нарушение закона карается полной конфискацией имущества, лишением родительских прав, переводом детей на обучение в военные училища и пожизненной ссылкой в холодные миры. Вы подтверждаете свои слова насчет бара, принадлежащего вам?

— Мы не в пределах теплой зоны Содружества. — Чиновник не терял желания поквитаться.

— Вот именно. — Офицер как бы невзначай положил руку на оружие. — Поэтому я имею право вершить суд на месте где угодно и над кем угодно, если его действия пересекаются с деяниями Колониальных войск.

— Тогда суди его. — Чиновник кивнул в сторону капитана.

— Он отвечать будет перед судом по статусу. Предстать перед ними вы не достойны. Но проблему с вами готов решить я.

Чиновник вылетел пулей из помещения, даже не побеспокоившись об охране, которая впрочем уже пришла в себя и потихоньку выбиралась из клетки самостоятельно.

— Вам предстоит предстать перед судом Колониальных войск. — Произнес один из офицеров, обращаясь к Капитану. — Следуйте за мной.

Он открыл глаза, снова пытаясь собраться с мыслями. Не все люди были плохими. Многие были весьма справедливы. Тот офицер из его далекого прошлого наверняка не был таким добрым и отзывчивым, как люди с Сирены, но и не был поддонком, как люди у Стены. Он это точно знал. Как жаль, что он сможет их встретить снова.

По внутренней связи пришла информация, отвлекающая от размышлений. Они приближались к тому, к чему он стремился. Еще одна точка, где можно попробовать найти высших.

— Мы выходим по заданным координатам. — Голос первого был все также невозмутим, каким и был всегда.

Интересно, кем он был, прежде чем стал Лакрус. Впрочем, сейчас это было неважно. Их встретила ещё одна мертвая система на границе двух империй. Хесан 2 был системой с потухшим коричневым карликом, летающими опаленными планетами и газовыми гигантами, окруженными пылевыми кольцами разрушенных спутников. Во тьме корабли звена плыл на границе одной из планет, ожидая Единства.

— Нет следов приближения. — Первый озвучивал то, что видел Капитан в мониторах.

— Они придут. — Он смотрел через экраны на мертвую планету, изучая ее. — Они знают, что я здесь и на этот раз придут.

Система зафиксировала на ближайшей сожженной каменистой планете разрушенные строения, древние, но это было сейчас не важно. Вполне вероятно, что когда-то одни из Единства вышли именно отсюда, до того, как звезда погибла, обдав соседние планеты мощным солнечным ветром, уничтожившим все живое.

Время тянулось, складываясь в дни, но Капитан не собирался уходить. Он был неподвижен, сидя в кресле и рассматривая космос вокруг, словно истукан. Звезда так была далеко и было очень темно. Но когда-то здесь сияло яркое теплое солнце и жила планета. Теперь все мертво. И все будет мертво, если он отсюда улетит, не поговорив. Как тогда, у Фаут-Хьи, он закрыл глаза и потянулся своими мыслями туда, куда максимально мог дотянуться.

— Я дождусь вас. Время для меня не важно. У меня есть к вам несколько вопросов, после чего я уйду.

Ничего не произошло, но Лакрус почувствовал, что на него обратили внимание. Оставалось ждать совсем немного.

Небо вспыхнуло ярким светом и планета осветилась, как когда-то освещалась, когда солнце здесь сияло ярко. Вспыхивающие ярко-желтым огромные энергетические сгустки возникли над кораблями и сжали их, лишив маневренности.

— Ты упрямо ищешь непонятные нам значения. — Мощный переливающий голос появился у него в голове и внутри корабля появились две фигуры, сияющие как два солнца. Их энергия была настолько мощной, что он их не видел за этим сиянием.

— Почему вы позволяете войну?

— Баланс жизни.

— Вы хотите уничтожить людей?

— Мы хотим их спасти. Жизненный и духовный цикл развития людей проходит через войны, так заложено в них их создателями. И они всегда играют важную роль в этой вселенной, внося свои коррективы.

— Погибнут многие.

— Это всего лишь тела. Души тех, кто сможет очистятся и переместятся на новый уровень, дав новое развитие и приближая новый виток очищения.

— А Метролл? Пустите чужаков в свои владения?

— Люди справятся. Их немного здесь.

— Я не видел. Я уничтожил их астероиды, улетающие от прохода между галактиками. Это я видел. Это был контроль.

— Ты Лакрус. — Голос говорил тихо, но изнутри весь корабль светился ярко-желтым сиянием. — Ты не понимаешь нас, как и мы не понимаем тебя.

— Наше мышление разное. И я вижу этот мир другим, а не полыхающим в огне войны.

— Ты обманываешь сам себя, но не обманешь нас, ведь ты мечтаешь только о победе. Ты везде хочешь побеждать. А это и есть пламя войны. Ты совершенное произведение этой самой войны, ты создан убивать.

Энергия сжала его со всех сторон и Единство продолжило свою речь, нависнув над ним и погрузив его в сияние своей мощи.

— Но ты в опасности. В твоих рядах появились старые силы, что ты пропустил. Ты думаешь о победе, но впереди только война, война даже в твоих рядах.

— Они подчиняются мне.

— Твоя уверенность это брешь в защите, хотя знаешь, наслаждайся каждым мигом ощущения времени.

Корабли исчезли внезапно вместе с Единством, погрузив весь мир в мониторах в темноту.

— Мы ничего не узнали. — Произнес Первый.

— Мы здесь были для другого. — Капитан взглянул на показания кораблей и своей брони. Всех их полностью зарядила энергия Единства. — Мы должны были до них донести информацию о Метролл. От нас они узнали новое и будут изучать. Они посеяли в наших умах зерна сомнений, но и я ответил таким же даром. Маленький обмен любезностями. Нам же пора возвращаться к своим. Объяви всем командирам о сборе, я хочу понять, о чем мне говорило Единство?

Как только Капитан вернулся к границам галактики, его уже ждали крейсера командиров. Когда они ступили на борт его корабля Капитан вышел им навстречу, встретив их в шлюзе, осматривая их, помня слова Единства. Они стояли перед ним в одной шеренге и молча ждали, что им скажет их командир. В них словно что-то было не то, но солдат никак не мог понять что, вероятно это было воздействие слов Единства, который преследовал свои цели, разделяя его армию. Не надо быть таким доверчивым, в конце концов Единство не являлось его союзником.