Чистилище. Живой - Виктор Глумов

– Да ладно. – Андрей опустил руки. – Давайте так: мы с вами рассчитаемся едой или патронами, вы зальете нам полный бак. И никто не погибнет.

Мужики переглянулись, Макс кивнул Андрею – молодец, мол. Братва помолчала пару минут, казалось, что они обмениваются мыслями. Андрей продолжил прессинг:

– Короче, предлагаю сотрудничество. Вы нам бензин, мы вам – ресурс, которого уже скоро будет не хватать. Сотрудничать всегда выгоднее, чем враждовать.

– Согласен, – наконец кивнул чернявый. – Нужны патроны к «калашам». Есть?

– Есть, – ответил Макс. – Я буду парламентером, пойдем договариваться.

Они отошли ближе к двери в операторскую, заговорили вполголоса – торговались. Макс был уверен в себе и непреклонен, и похоже, ему удалось убедить мужиков. Главный в бандане крикнул:

– Бурят, давай свет! Мужики заправятся!

Макс залез в «бардак», вынес оттуда коробку с патронами, продемонстрировал содержимое братве, у них аж глаза загорелись. Затем сел за руль и подъехал к колонке с дизелем, стоящей отдельно. Макс тоже завел мотор и подъехал с другой стороны, вставил пистолет в бачок. Один «КамАЗ» тоже заправился, тот, что шел последним, остался стоять.

На табло замелькали цифры. Таки не обманули братки, устроил их бартер.

– Если что, обращайтесь! – прокричал Макс, прежде чем закрыть люк.

Чернявый помахал ему.

Всю дорогу Андрей думал о новом мироустройстве. Сегодня они нашли трех человек и начали налаживать контакты с выжившими…

Глянув в окно, он заметил бегущего вдоль дороги человека. Незнакомец размахивал руками и орал, за ним гналось стадо мутантов. Андрей ударил по тормозам, посигналил мужику и крикнул в открытое окно:

– Сюда давай, скорее!

Человек удвоил усилия, мутанты немного отстали, было их больше десяти. Вспомнились компьютерные игрушки, где персонаж сагривал на себя толпу монстров, это называлось «паровоз». Сейчас за реальным человеком в реальной жизни гнался именно такой «паровоз», и происходящее не укладывалось в сознании.

«Бардак» тоже остановился, выскочил Макс и бросился отбивать мужика. Сам Андрей стрелять не рисковал, боялся попасть в выжившего. Макс тоже опустил автомат: мужчина здорово оторвался от мутантов, добежал до грузовика, сбросил на пол консервированную кукурузу, плюхнулся на сиденье рядом с Андреем, заполошно дыша.

Макс открыл огонь и покосил мутантов очередями, подошел к спасенному. Это был русоволосый мужчина немного за сорок, худой, очень высокий, с тонким горбатым носом и ртом-ниткой.

– Спа-спасибо, – прохрипел он. – Если б легкой а… атлетикой не занимался, задрали бы. И с… съели. Хоть во мне и есть о… особо нечего.

Андрей и Макс представились по очереди, спасенный назвался Юрием Егоровичем и изъявил желание ехать на базу. Всю дорогу он рассказывал, как остался один, сбежал от бандитов, которые хотели заставить его на них работать, ведь он офицер запаса и умеет обращаться с оружием. Потом на него напали измененные, от половины он отбился, но понял, что со всеми не справится, и тут увидел колонну из четырех машин.

Потом он стал перечислять, что умеет ремонтировать машины, в девяностые работал электриком, потом – строителем, в общем, он очень полезный человек.

Под конец пути его болтовня так утомила Андрея, что слушал он Юрия через слово. Взбодрился, только когда «бардак» резко свернул с трассы и поехал в лесополосу. Андрей не стал выяснять, в чем дело, и устремил грузовик по насыпи вслед за «КамАЗами» – машину затрясло, Юрий замолчал, вцепился в подлокотники, вжался в кресло.

– Чт-т-то п-п-роис-сход-д-дит? – заикаясь от тряски, бормотал он.

Андрей не знал и потому не отвечал. Въехав в лес, он оставил грузовик и побежал к «бардаку», который отъехал чуть дальше и замаскировался между сосновых стволов. Но ответ нашелся прежде, чем Андрей добежал до машины Макса: по дороге на юг проехала колонна бронетехники. Он замер, попятился к сосновому стволу.

– Внимание всем выжившим, – громыхал громкоговоритель. – Внимание, мы ищем выживших! Это спасательная операция!

Андрею показался знакомым голос вояки. Сейчас остановятся… Но колонна покатила себе дальше: то ли вояки не заметили выживших, то ли поняли, что с ними не хотят иметь дел.

Подождав, пока они исчезнут из вида, Андрей вернулся к машине и за голову взялся: он въехал в огромную лужу, и машина увязла в грязи. Юрий ходил вокруг грузовика и дергал бровями, а Андрей не представлял, как будет выезжать.

– Сможешь сам выбраться, или помочь? – Юра указал на машину. – У меня в любом случае опыт побогаче, водительский стаж целых двадцать четыре года!

Андрей молча сел на место пассажира, проводил взглядом проехавший мимо «бардак», первый «КамАЗ», второй. Юрий завел мотор, плавно тронулся, играя сцеплением – машина поехала, разбрызгивая грязь, и вскоре выкатила из болота. А вот по насыпи удалось заехать только с третьего раза.

В итоге на базу прибыли уже под вечер. Таня услышала рев моторов издали и выбежала к воротам, распахнула их. Грузовик и «бардак» въехали на огороженную территорию, где сияла отраженным светом маковка храма и квадратную клумбу окружали серые дома с покатыми бетонными крышами – три дома справа и три слева. Андрей отметил, что нарисованная мельница на строении, что справа посередине, проступила ярче, видимо, Татьяна от нечего делать решила приукрасить место их нового проживания.

По асфальтовой дорожке навстречу катилась Валентина, махала рукой, улыбалась от уха до уха. Марина смотрела на Таню с вызовом, ее рука невольно легла на эфес катаны. Игорь и Макар стояли чуть в стороне.

– Добро пожаловать к нам, – улыбнулась Таня. – Вы, наверное, проголодались. Давайте пройдем в столовую, за ужином и познакомимся.

На ужин была картошка в мундире и грибы. Заметив удивленный взгляд Андрея, Таня объяснила:

– Тут прямо за забором растут, на пнях.

– С ума сошла? А если бы мутанты…

Таня обезоруживающе улыбнулась:

– Я успела бы убежать. Не злись. Вкусно же!

И правда было вкусно.

Валентина положила себе грибов и пару картофелин, представилась. Затем представилась Таня. Когда пришла очередь гостей, Влад взял черную тетрадь и записал их. Марине оказалось тридцать лет, она работала журналистом и ничего полезного не умела, потому изъявила желание работать в школе. Игорю было пятьдесят шесть, он умел многое, но без руки не мог полноценно работать, мог только координировать. Юрий начал перечислять свои заслуги и умения, и Влад остановил его, потому что закончилась страница. Валентине неделю назад исполнилось пятьдесят восемь, она просила называть ее не сестрой, а матушкой. До жизни в монастыре она работала кондитером, потом – поваром в санаторской столовой. Когда от рака умерла ее единственная дочь, ушла в монастырь.