И пришел Лесник! 8 (S-T-I-K-S) - Василий Лазарев

— Ты слишком разговорчив для тупого нейроманта, — с издёвкой сказала Лиана.

— Я не то невинное дите, что вы называете нейромантом. Я и есть сам Спящий, — гордо заявил Вий.

— Невинные? — спросила Наташа, держа за спиной приличных размеров снежок.

— По сравнению со мной, да. Я вас не выпущу отсюда, а потом уничтожу всех ваших друзей. Начну, пожалуй, с этого мерзкого городка с его воротами, — сказал Вий и его руки стали превращаться в гибкие щупальца. Наташа кинула в него снежок, но Вий успел прижаться к стене, и он пролетел мимо. И всё-таки он задел краем его правую руку-щупальце. Полоскавшееся на воздухе щупальце мигом заиндевело и остановилось.

— Вы убили меня! — притворно воскликнул Вий. Иней быстро распространился вверх по руке и почти дошёл до плеча, когда рука отломилась и упала на пол. Этот урод издевался над нами, я явно видел, что его ноги не доставали до бетонного пола. — Похоже нет. А вот я вас не пожалею! Кто чего боится, то с тем и случится!

После его слов ноги сделались ватными, а сознание поплыло. Я медленно осел на пол скользнув спиной по стене коридора. Свет погас, в глазах потемнело и я провалился в тёмную пропасть. Где-то глубоко в сознании промелькнула мысль, что это уже когда-то со мной случалось, но тут же погасла.

* * *

Наташа очнулась, в ноздри ударил резкий запах давно немытого тела и чего-то гниющего. Вокруг было темно, она услышала приглушённые голоса. Мужской и женский.

— Дело плохо, — сказал мужчина.

— Думаешь? — спросила женщина.

— Ну посмотри сама, — с лица девушки сдёрнули рогожу и в глаза ударил резкий свет фонаря.

— Срань господня. Что это с ней? — над Наташей склонилась женщина. Кажется её звали Маша, вспомнила девушка. — Наташа, ты слышишь меня? Это мы, Аристарх и Маша.

— Пить, — еле выговорила пересохшими потрескавшимися губами. — Даёте пить. Как же болит живот. Что со мной? — Наташа попробовала встать, но мужчина с острым носом и бегающими глазками надавил ей на плечи не давая подняться.

— Лежи, Наташа. Я подержу тебе голову и напою тебя, но тебе нельзя много пить. У тебя…

— Что?

— Я не знаю, что это? Вчера ещё всё было нормально, ты временами отъезжала, но с утра мы почувствовали резкий запах, исходящий от тебя, — поморщилась Маша.

— Что со мной, вы можете сказать? Я ног не чувствую. Ниже груди как будто ничего нет, — прохрипела Наташа.

— Ну так и есть. Ночью ты начала превращаться в кваза, но как-то не так. Ты вся стала фиолетовой и металась в бреду. Звала какого-то Женю, плакала. Когда взошло солнце мы увидели… — Маша украдкой вытерла слезу.

— Ну?

— Знаешь, что, Наташ. Давай я тебе вколю дозу, и ты поспишь? Боюсь ты этого не переживёшь, если увидишь, — скривился Аристарх.

— Где мы? — прошептала Наташа, сил больше не было. Боль, дикая боль в груди, голова просто разламывается.

— Там же. Прячемся в зарослях, но ты ещё жива, — с печалью в голосе сказала Маша.

— Ещё? — Наташа скривилась от боли.

— Да, давай сделаю укол, — Аристарх откинул рогожу с груди девушки. На её шее был установлен катетер, Аристарх подсоединил шприц и ввёл бурую жидкость. Наташа вздрогнула и закрыла глаза. Она ещё слышала их разговор перед тем, как полностью потерять сознание и уже окончательно умереть. — Так тебе будет легче.

— Я думала, она уже не очнётся, — сказала Маша. — Такого ужаса я ещё не видела. Она сгнила за одну ночь. Кто бы мог подумать, что такое возможно.

— Да уж, как это произошло? — спросил Аристарх.

— Ты меня спрашиваешь? С квазами, конечно, разные гадости творятся, но, чтобы заживо сгнить по пояс за одну ночь. Эх, Наташа. Какая красивая девка была, — вздохнул Маша.

— Отмучилась. Началась агония, — это было последнее, что услышала Наташа и с немым криком ужаса провалилась в чёрный водоворот.

* * *

Жуткий голод разбудил Кобру. Она по привычке, не привлекая внимания излишней вознёй приоткрыла глаза. Чуть-чуть, только чтобы оглядеться. Она находилась в коконе спелёнатая по рукам и ногам. И почему-то в теле оборотня, назад перекинутся ей не удалось. Вокруг темно и как-то странно пахнет. Она попробовала выбраться и напряглась, прилагая все силы, чтобы вырваться из плена. Безрезультатно. Кокон трещал, но держал крепко, Кобра ещё подёргалась, но быстро выбилась из сил. Странно, обычно она была намного сильнее, а здесь каких-то пять минут и всё. Её лапы были плотно прижаты к телу наверху торчала только голова. Что-то не давало открыться пасти, она могла только дышать. Органы чувств работали, но как-то словно сквозь вату. Почти пропало обоняние, которым она очень гордилась, в уши тоже как будто напихали паклю. Оставались только глаза, но вокруг было так темно, что она не сразу заметила движение. К ней что-то ползло, большое и страшное. Кобра постаралась разглядеть кто к ней ползёт и тут прямо перед ней блеснули фасеточные глаза. Один глаз был больше всей головы оборотня, Кобра ахнула и инстинктивно хотела податься назад, но у неё ничего не получилось. Сразу за первым показался ещё один глаз. Кобра не могла понять куда они глядят, но создавалось впечатление, что они внимательно рассматривают именно её.

Глаза немного отдалились и перед самой мордой оборотня возникло здоровенное жало. Оно было размером с черенок от лопаты поросшее мелкими волосками. Оно дрожало перед её глазами, а на самом кончике проступила зеленоватая жидкость. Что задумало чудовище? Кобра начала нервничать и попыталась снова освободиться. И снова у неё ничего не получилось, она была чрезвычайно слаба и совершенно не чувствовала нижних лап. Это плохо, но если даже с ними что-нибудь произошло, то она их со временем отрастит. Вот только будет ли у неё это время. Голова гигантской осы, скрещённой с пауком, резко отстранилась, а потом также резко ударила торчавшим жалом Кобру точно в грудь. Жало пробило тело, и Кобра почувствовала небывалое жжение в груди. Оса вкачивала что-то ей через жало, Кобра уже не испытывала боли. Она вообще перестала ощущать тело, как перед этим и нижние лапы. Всё