Лакрус (СИ) - Швалев Юрий

Чувство невесомости наполнило падающее тело солдата, не вгоняя его в оцепенение. Падая вниз он выхватил свою КВ одновременно с Сержантом, появившемся в проеме. Сетка прицела не навелась на него, отказываясь подчинятся, и 11 выстрелил по стене у его ног, подняв облако пыли и швырнув Сержанта внутрь здания. Выстрел же Сержанта достиг своей цели, попав в плечо солдата. Защита костюма отразила удар, но инерция раскрутила его тело и в заваленное здание солдат врезался с грохотом, эхом отразившемся от соседних небоскребов, не имея возможности сгруппироваться для удара. Искря защитой он полетел по остаткам стены, беспорядочно кувыркаясь и влетел в разбитое окно, исчезнув с прицела Сержанта.

Несмотря на столь серьезное падение солдат не повредился и моментально оценил ситуацию, вцепившись в столб из бетона, чтобы не укатится вниз, через разбитое стекло. Если бы он не успел зацепится, то пришлось бы ему лететь метров тридцать вниз, а это верная смерть. Из всего костюма от удара пострадал только шлем, буквально расколовшись и защита потеряла больше 90 процентов заряда. Ещё одно прямое попадание и это тоже верная смерть. И наверняка Сержант спускается за ним. Солдат скинул бесполезный отключившийся шлем и швырнул его вниз. Шлем, отскакивая от пола запрыгал и застрял в окне, зацепившись за стекло. Посмотрев за его прыжками, солдат подтянулся и осторожно выглянул наружу. Никого. Тут же затылком он ощутил давление металла. КВ Сержанта уперся ему в затылок.

— Ты ошибка. — Успел сказать он, прежде чем солдат резко дернул его за руку, лишая равновесия, одновременно уклоняясь от выстрела. Предназначенный его голове плазмозаряд ушел внутрь здания, взорвавшись где-то внутри и осветив давно не видевшие света стены.

Бросив поверх Сержанта взгляд солдат понял, что продолжать бой ему сейчас невыгодно, да и им помешают. Он нырнул внутрь черноты и подхватив свой КВ, прилепившийся к стальной балке помчался вглубь, убежденный, что Сержант не последует за ним. У него сейчас будет другая проблема. Их заметили Летуны. Сверху раздались выстрелы, подтверждающие его догадку и крик сбитого летающего механического монстра.

Потолки помещений были разрушены изрядно, буквально все в дырах, поэтому солдат спокойно через них проскакивал, углубляясь все дальше в полной темноте, мчась по балкам и столбам. Сверху звучали выстрелы, все дальше и дальше, а солдат был все ближе и ближе к выходу. Он сиял светом в этой темноте, в которой он в принципе превосходно ориентировался, благодаря ночному видению, встроенному в сетчатку глаз. Практически добравшись до выхода, он замер, заметив промелькнувшую в свете тень. Что-то большое и массивное бродило там. Наверняка Летуны. Их стало совсем мало и практически они не встречались. Солдат чуть выглянул и увидел, что два Летуна смотрели на третьего своего собрата, сбитого Сержантом. Молча выполнив какой-то свой траурный ритуал, они взмыли вверх, расправив огромные металлические крылья с перьями-лезвиями по полметра каждый. Летают они медленно и шумно, эти подобия птиц и летучих мышей и сбить их проблемы большой не было, но сейчас солдат не хотел выдать свое местоположение боем с ними. Лучше переждать. Сержант так и не бросился преследовать его, скорее всего считая его потерянным, либо рассчитав приоритеты в пользу защиты базы, поскольку Танки уже должны быть на подходе. 11 сел на камень и положил КВ на колени, ожидая.

Солдат просидел так около получаса у проема, выжидая появления Сержанта, либо еще кого-нибудь, но никто не пришел. Где-то вдалеке начал греметь бой, и Сержант с солдатами сражался за защиту базы от Танков, играя в старую и непонятную игру, но солдату было уже все равно. В его душу заронилось зерно сомнений, что действия его верны и нужны, в первую очередь ему самому. Что теперь делать? На базу определенно не вернуться, его сразу же уничтожит Сержант по какой-то одному ему известной причине, и солдаты ему в этом помогут. Почему Сержант назвал его ошибкой? Что с ним не так? Солдат этого не знал, но он знал другое. Надо двигаться куда-нибудь, в любом направлении, потому что оставаться на одном месте, это чистое самоубийство.

Это было единственной видимой ему сейчас целью, убраться подальше от враждебных действий людей и машин. Летуны исчезли, бой вдалеке гремел, смолкая. Послышался хлопок гравитационной гранаты, показывая окончание боя и чью — то смерть. Он видел, как к точке гравитации притягиваются камни со зданий и даже здесь был слышен гул, а затем взрыв и камни полетели во все стороны. И наступила тишина. Оглянувшись еще раз на завалившиеся здание, он двинулся по траектории вокруг места боя обходя его на пять километров, чтобы не попасться на глаза вездесущему сержанту. Город по пути его шествия начал радикально меняться, поскольку целых зданий становилось все меньше. Путь его шел скорее всего через эпицентр развалин этого района, что было очень хорошо. Место боя было вдалеке, там скорее всего раньше была площадь с которой было бы удобно неуклюжем Танкам вести обстрел, здесь же были горы из бетона, по которым не смог бы пробраться массивный Танк, даже у ловких Прыгунов здесь возникли бы проблемы. А раз здесь нет машин, значит здесь нет людей. Используя естественные в таких условиях руины, больше похожие на траншеи, он продвигался вперед, через все более сильные разрушения и не показываясь наверх, чтобы его не засекли. Сержант попробует завершить начатое, если пересечется с ним. Шлем остался лежать в том здании, разделившем его жизнь на до и после, абсолютно бесполезный из-за повреждений, поэтому солдат шел в относительной тишине без всякой связи, чему был рад. Ветер шумел в его ушах, обдувал лицо ледяными порывами ветра и жесткими струями песка, но солдат не замерзал. Это было не важно. Сейчас вообще не было ничего важного, кроме мига абсолютной тишины в его сознании. Он просто шёл вперед. Разрушений становилось все больше и он оказался перед причиной их. В земле зияла воронка в сотни метров шириной. Причина не была ясна, но вероятней всего это последствие войны людей и машин. Края её уже окаменели от вечного холода, превратившись в скалистые горы. Солдат присел у края кратера и осмотрелся на окружающий его город, древний и разрушенный. Какие секреты он хранит, кто его построил и кто здесь жил? Вдалеке были видны здания более целые, чем эти развалины, значит надо добраться до них. Исследовать. Солдат двинулся по краю кратера, снова скрываясь в искусственных траншеях. Пробираться напрямую было крайне глупо. В кратере он стал бы легкой мишенью, которую можно расстреливать с любого угла. Никакого укрытия внутри не было. Здесь же было много мест, чтобы пробираться тайком.

Постепенно местность стала меняться, разрушений становилось все меньше. Солдат, оказавшись на более пригодных для передвижения площадях, перешел на бег, к чему был весьма привычен. Он все бежал по разрушенным улицам, перепрыгивая камни и часто останавливаясь, чтобы осмотреться и оценить ситуацию. Пару раз он чуть не напоролся на Прыгунов, ползающих среди этих камней, занятых поиском чего-то только им известного. Однако уничтоженных Прыгунов было гораздо больше. Большинство из них были повержены давно и покрытые пылью времен они лежали, практически слившись с местностью, став единым целым мертвого города. Солдат снова остановился у еще одного поверженного монстра. Его глаза смотрели куда-то вдаль, а тело ещё чуть подергивалось. Вокруг дыры в брюхе разливалась черная кровь, не успев застыть, как и еще горячая рана. Этот Прыгун был убит максимум полчаса назад. Значит люди где-то рядом. Он не помнил, чтобы так далеко заходил с отрядом. Он вообще ничего не помнил о походах. Неужели их отряд контролирует такую большую территорию? Солдат прислушался, но ничего не было слышно, и ничего не ощущалось. Никто рядом не двигался и не сканировал его, иначе он бы это ощутил. Были здесь люди или ушли в непосредственной близости их не было. Разрушений снова стало больше, но солдат не захотел менять свой маршрут. Он продолжил движение к своей цели, потому что без цели нет смысла двигаться, как и жить. А солдат хотел жить, хотя бы ради того, чтобы получить ответы на свои возникающие вопросы. Кто он, зачем он здесь, кто их враги, зачем они защищают базу? Все эти вопросы роились в его голове и чем больше он шел в одиночестве, тем больше их становилось.