Гангстер вольного города – 2 - Дмитрий Лим

— Вдруг, ты отомстить хотел.

— Делать мне больше нечего. Судьба и так тебя за твою сучью натуру наказала. Ты почему не в Китае?

— Я там никогда и не была…

После этих слов я окончательно понял, что Монеткин попытался меня обуть. На деньги. Чтобы что-то там провернуть в своём бизнесе… Но после ответов Кати насчёт её папашки и его взаимоотношений с цыганами сомнений в том, в кого впихнуть очередную душу, у меня не осталось.

Идея была такой же блестящей, как и все прошлые. Осталось только заявиться в гости к Кириллу Петровичу и наконец поставить жирный крест на его карьере. Причём сделать это так, чтобы именно он устроил диверсию в стане Чоабы, а уж Варварой Золотовой я, так и быть, займусь сам.

* * *

В десятом часу ночи я, выйдя из портала в одном из монастырей нашего города, стал обладателем души первого уровня. Точнее, обычной горсти макров, использовав которые, мог получить себе потенциального раба. Последним, к слову, и должен был стать Монеткин.

Вот только попасть к нему оказалось весьма сложным занятием, учитывая тот факт, что Катя то и дело пыталась слинять из хватки Кита. И до последнего упиралась, чтобы не вести меня к папашке. Оно и понятно, ведь она совершенно не знала, что я такое удумал.

Через целый час пинков, тычков и угроз она всё-таки сдалась. Блондинка сначала предложила просто попользоваться ею, чтобы я отказался от своих идей, и тогда мне пришлось сообщить ей, что она дура, причём далеко не такая красивая, как себе представляет. И настоять на своём, разумеется.

Ворота частокола раскрылись, как только в свете фонарей показалась морда Кати. На нас уже даже внимания не обратили. А дальше пришлось немного попотеть, ведь на подходе к офису Монеткина почему-то вдруг решила, что ей многое позволено.

Китову она отдавила ногу, а потом зарядила по яйцам, меня же попыталась оглушить своей сумочкой. В которой, видимо, таскала кирпичи.

За такую попытку идиотка стала обладательницей подзатыльника, а затем, когда сопротивление не прекратилось, мы и вовсе вырубили эту озабоченную. Да, грязно, но действенно.

Монеткину оттащили к небольшому сараю, где и оставили, а сами, делая вид, что свои, отправились в сторону чёрного рынка, где и должен был сидеть Кирилл Петрович.

Глава 19

За двадцать минут трепа свиноты, которая так любила свою жизнь, я понял одну немаловажную вещь. Я ошибся и сделал эту ошибку в самом начале. Не стоило мне идти на поводу у него и оберегать его дочь. Ибо потраченное время, я бы мог использовать с большей пользой. Нет, несомненно, прогулки с Катей мне пошли на пользу, но без нее сам процесс был бы в разы быстрее.

— Не убивай! — плакал толстяк, сидя на коленях.

Рядом с ним сидела его дочь и Николай, которому я в свое время повредил колени. Глядя на бедного бугая, которому просто достался плохой начальник, я решил спросить прямо в лоб. Согласен ли он поработать со мной в будущем? Ведь от его руководителя…

Ничего не останется. Может быть, его убьют, может быть, повесят. Не знаю, какое наказание ему придумают цыгане. Но мой план был чертовски прост, как раз-два.

— Не убивай… — голос Кирилла Петровича стал больше походить на скулеж. Вместе с ним, со мной общался Койот, который тоже не рекомендовал мне…

Нет, не убивать, а не тратить на него душу. А все из-за того, что потом, я не смогу ее восполнить.

Я сам понимал, что тратить душу ради того, чтобы избежать серьезной проблемы, это… не то. Это расточительство души и вообще, все можно решить деньгами. Но я был другой позиции.

Учитывая, что мне чуть ли не кричали в мозг: «босс, у меня есть маршрут до тайника», где Пупкин просто не мог заткнуться, я протягивал руку Монеткину. Со сжатым кулаком.

В руке был макр первого уровня, который предназначался новому рабу. Катю, скорее всего, прибью… хотя… не настолько все и печально может быть для нее. А так… если подумать, а что мне с ней делать?

Решено. Отдам в бордель, и делов-то. А вот Николая я бы взял в охрану. Он медленный и для фабрики пойдет. Главное, верный, а там, как карта покажет.

Конечно, если он согласится. Но если раб Монеткин сам отдаст ему приказ, думаю, это решит проблему.

Монеткин попытался отползти подальше от меня, когда я начал надвигаться на него. В одной руке я держал пистолет, в другой макр. Но когда за спиной толстяка остался только шкаф, я настиг. Медленно вбивая в его грудную клетку макр.

Николай, разумеется, дернулся, но одного моего взгляда хватило, чтобы он откинул всяческую идею защитить его.

Затем появилась короткая вспышка, и мировоззрение владельца черного рынка, отныне изменилось.

Лицо хоть и было мокрое от слез, сейчас, уже не излучало ничего. Плечи выпрямились, он повернул ко мне голову и замер, ожидая команды.

— Встань, — сухо сказал я и Кирилл Петрович повиновался. — А теперь, прикажи своим людям, забрать Катю и запереть ее в клетку.

— Слушаюсь, босс, — сухо ответил толстяк и тут же приказал Николаю.

Но вот тот… не послушался. Вскочил, закрывая собой блондинку. А затем начал верещать, мол, шеф, с вами что-то сделали.

Мне такая диверсия была ни к чему. Поэтому Коля упал замертво. Привалив собой Катю. Та — закричала, но результата от ее криков не было.

Через двадцать минут в офисе Монеткина столпились люди после того, как охрана убрала Катю в клетку, а Николая в землю за забор. Тут были предприниматели, все те, кто работал на территории Монеткина.

Тот, в свою очередь, сделал заявление. Передачу дел и прав одному-единственному человеку. И отныне все будут платить мне, а не ему. Толпа, разумеется, начала протестовать. Никто не мог понять, с какого такого черта такой прибыльный бизнес отдают незнакомому им человеку. Да еще и безвозмездно. Но Монеткин говорил от своего лица, моими словами, которые я ему передавал.

Я поднял тему того, что его дочь самая настоящая куртизанка, которая подставила его окончательно и бесповоротно, а еще, что теперь от бизнеса Монеткина просто ничего не останется. Ибо скоро, сюда, заявится администрация.

Люди покивали, но все равно остались недовольны. И теперь уже я сделал свой шаг. Объявил одну важную,