Охота на Крысолова (СИ) - Фламм Феникс

Как оказалось, я находился в медицинском комплексе в Пролетарке. Врачи пояснили мне, что мой биочип в порядке, но нервная система оказалась очень истощена, так как я провел в вирткапсуле около трех суток в режиме повышенной виртуальной модуляции. Видимо режим одиночных миссий, который наделял меня невероятными возможностями имел и свою цену: я чувствовал себя так, как обычно ощущает себя человек после двухнедельного пребывания в вирткапсуле. Первые мысли были не о детях или Крысолове, а о Насте, но здесь мне никто не был в силах пока помочь, о ее судьбе мог знать только суперкомпьютер Марк в Сколково. Через час, как я очнулся приехал Сапрыкин с подробным докладом обо всем произошедшим за эти сутки. Дети все успешно пришли в себя в своих капсулах, им даже не потребовалась медицинская помощь. Что касается Крысолова, то его хакерская программа была обезврежена, а сам он залег на дно. Как я и ожидал, он через чипы детей провел несколько операций по взламыванию криптовалютных бирж, но его улов оказался совсем небольшим, видимо не хватило времени. Про Аристарха Ивановича в Сколково никто не слышал, но благодаря показаниям Клима Сотникова был составлен его подробный фоторобот и этот человек был объявлен в розыск. Следовало также взять на контроль все лаборатории по замене и ремонту биочипов, я не сомневался, что у Крысолова будут большие проблемы с этим, так как при травме головы в киберсимуляции такого уровня неизбежно пострадает и биочип. Я сказал Костику, что мне нужно будет в самое ближайшее время попасть в Сколково, но он пояснил, что в отдел виртэкскурсий меня не допустят по медицинским показателям, и ФСБ на несколько дней все опечатало, и даже никаких именитых ученых в проект виртуальной вселенной созданной Марком сейчас не допускали. Так что нужно было переждать.

Моя жена Юлька прибежала в больницу через пару часов, как только у нее закончился эфир на РУ. ньюс. тв. Она долго ругала меня за мое безответственное отношение к семье и такое спонтанное и опасное решение «отправиться в сеть на поиски маньяка». То что я отправился на войну и каждую минуту рисковал своим здоровьем на фронте, она видимо не совсем понимала, находясь под воздействием журналистких клише об опасных «киберманьяках». Я сразу вспомнил о словоблюдах. В конце концов, когда Юлька накричалась и наплакалась, она простила меня и сказала, что очень соскучилась. Также она попросила ни с кем из прессы не общаться, так как она первая возьмет у меня интервью. В больнице я должен был пробыть еще один день, поэтому жена пообещала прийти завтра уже с нашими детьми — Димкой и Владой.

На следующий день меня навестило начальство и вручило мне цветы и грамоту, а также утвердило мне недельный больничный. Вечером в палату тихо постучали и сначала вошел охранник, а за ним директор крупной нефтяной компании Петр Дремин. Он пришел поблагодарить за своего сына, который оказался в числе членов Ордена Джедаев.

— Мне Влад все рассказал о ваших подвигах и дуэлях, вы молодец, проделали большую работу, — сказал Дремин, пожимая мне руку. — Сын мне не признавался конечно, на какую экскурсию он там собирался, вы знаете он увлекается спортивным саберфайтингом, но я смотрел на эти увлечения сквозь пальцы, думал безобидная ерунда, а вот как повернулось дело. Я думаю этого Сотникова нужно привлечь конечно, это он втянул Владика.

— Дети ни в чем не виноваты, Петр Германович, преступник конечно же хороший психолог, он подкупил ребят щедрыми обещаниями, что все они станут героями и помогут нашим прадедам победить фашистов на войне. Ваш сын — патриот свое страны и ругать его за это нельзя. Как только ребята поняли, что их используют, они тотчас прекратили сеанс. А Сотников получил свой урок на всю жизнь. Не ломайте парню карьеру пожалуйста, он как-никак надежда нашей олимпийской сборной.

— Хорошо, Леонид Аркадьевич, я вас услышал, но тогда разрешите мне посодействовать в вашем вопросе, насколько я понял вы недавно возглавили свой отдел, а ваши документы об очередном звании где-то затерялись в бюрократических коридорах, да и к ордену вас пожалуй нужно представить.

— Спасибо, но я согласен и на медаль, — улыбнулся я.

— Вы очень скромный человек, надеюсь вы быстро поймаете этого Крысолова, который увел за собой наших детей. Насколько я понимаю, учитель, который был с ними до сих пор в коме. Вы не знаете, что там с ним произошло? Никто из детей не хочет говорить на эту тему.

— К сожалению я тоже только изучаю все аспекты этого непростого дела, всему виной видимо хакерские программы Крысолова. Несмотря на то, что я находился там, я думал только о том, как спасти детей, но мы обязательно установим все факты преступления и виновные не уйдут от ответственности, а сейчас прошу меня извинить, Петр Германович, мне пора на процедуры.

— Конечно, конечно, Леонид Аркадьевич, простите, заболтал вас, тут, так сказать, небольшой презент от шефов вашего ведомства, — Дремов кивнул головой своему охраннику и тот открыл дверь палаты и запустил двух других сотрудников безопасности с большими корзинами всяких деликатесов и конфет. Палата сразу наполнилась ароматами тропических фруктов.

— Тут красная и черная икра, крабы, балык, рыбка копченая, фрукты в общем все, чтобы вы поскорее восстановили свое здоровье.

— Большое спасибо, но не нужно было.

— Я уже понял, что вы очень скромны, но не обижайте меня отказом. А это вам от Владика, — и Дремин положил на мою тумбочку рукоять спортивного светового меча, — он сказал, что вы оцените. Это последняя разработка, почти как в самих «Звездных войнах», будьте с ним поаккуратней.

— Да, большое спасибо.

Дремин ушел и я взял в руки световой меч. Я сразу вспомнил о том, как планировал с мечом в руках отправиться на помощь отряду Сомова, и встретиться с Настей, но увы, уже не получится, в реальности которую я покинул, прошло уже несколько недель, и я не нашел в себе сил перезапустить миссию и попасть в мир, где я еще не был знаком со своей Валькирией. Ведь в новом временном ответвлении будет уже не моя Настенька. Я найду способ вернуться именно в эту, свою и уже такую родную для меня реальность, где моя любимая уже видимо оплакивает меня, вынашивая под сердцем моего ребенка.

Жди меня, любимая, я скоро приду к тебе! Я найду способ воскреснуть и вернуться к своей прекрасной Валькирии из Вальхаллы. Да прибудет с нами Сила!

Послесловие

В середине августа Алексей Алешин вывел без потерь свою группу в район Киева в расположение 37-й армии генерала Власова. Разведчиков встретили с большими почестями, о захвате вражеского аэродрома в Пружанах и уничтожении его группой мостов на фронте ходили уже легенды. К своему большому огорчению Алешин узнал печальную новость о судьбе, постигшей генералов Павлова и Коробкова, об этом еще в немецком тылу сообщил ему Теркин. По каналам своего ведомства он узнал, что на самого Василия также было заведено дело об измене и работу на иностранную разведку. Поэтому командир разведчиков сразу предупредил всех остальных держать язык за зубами по поводу Василия. Это было тем более актуально, что заслышав об их возвращении, сразу же появились военные корреспонденты, которые как раз были здесь же на передовой. Увидев Настю в немецкой форме, человек с фотоаппаратом пришел в восторг и очень попросил сделать ее фото и пообещал прислать потом карточку. Настя сначала отнекивалась, но все разведчики в один голос тоже стали просить, сказав, что она потом подарит свое фото Настоящему герою, когда тот вернется. Потом группе задавались многочисленные вопросы от журналистов. В газете «Правда» вскоре была напечатана небольшая заметка под заголовком «Подвиг советских разведчиков». В ней говорилось, что группа лейтенанта Алешина была отправлена в тыл врага, чтобы раздобыть немецкие документы по снабжению вражеской армии. Разведчики с успехом выполнили задание. Увидев, какие грузы перевозятся немцами по железным дорогам, разведчики решили уничтожить крупные железнодорожные мосты. У них не было взрывчатки и поэтому они решили отбить один из вражеских аэродромов. Захватив в тяжелом бою аэродром и немецких летчиков, они заставили пленных фашистских пилотов взлететь и бомбить мосты, через которые немцы проводили снабжение своих армий. В результате более 10 мостов было уничтожено. Группа советских разведчиков почти без потерь вышла к нашим через линию фронта. Лейтенант Алешин за боевые заслуги был представлен к высокой награде — Ордену Красного Знамени. Но в газете вышла ошибка, так как сержанту Алешину в действительности было пока присвоено очередное звание младшего лейтенанта, однако командование высоко оценило подвиг сержанта государственной безопасности и уже через неделю он получил и звание лейтенанта. «Газета «Правда» не может ошибаться«,- сказали ему.