артиллерия может обстрелять Мардаград.
Но если захотят, пожалеют.
Из реки на пристань медленно выбирался Ужас Глубин.
Самый неказистый и неповоротливый Исполин. И самый крепкий. Я ещё в академии читал про него в учебнике. Даже Копья не берут его лобовую броню.
Его корпус — очень толстый, цилиндрической формы, как короткая сигара. Ноги и руки тоже напоминали сигары. Всё очень герметично и прочно, а орудия убирались внутрь.
Говорят, Риггер спроектировал его для борьбы с подводными кораблями Дома Ямадзаки, чтобы он мог стрелять по ним в глубине.
Но никто так и не решился опустить дорогущего Исполина на дно океана. Самое глубокое, куда он мог входить — это река, и то, только по грудь.
Массивный шагоход остановился на окраине.
Мы уже почти дошли до города, когда показался третий Исполин.
Ищейка тоже впечатляла размерами. Никто не знал, почему Риггер назвал этот Исполин именно так. Он выделялся особенно, у него четыре ноги, а не две. На спине установлено самое мощное орудие, когда-либо построенное человеком — пушка «Карнифекс».
Даже на линкорах Дома Накамура нет ничего подобного.
Сейчас орудие закреплено на спине, чтобы не разболталось при беге, ведь Ищейка очень быстрая. Да и стрелять на ходу из такого — это безумие.
Я не видел, на что способна такая пушка. Но иметь это орудие на своей стороне очень неплохо.
Мы пошли по главной дороге, которая шла через весь Мардаград.
С одной стороны встал Небожитель и несколько обычных ригг, с другой Ищейка и Ужас Глубин.
Мы, построившись в колонну, пошли прямо по главной городской улице. Она свободна, её освободили для нас. На тротуарах собирались люди, смотревшие на нас. Некоторые махали платками, другие поднимали кулаки.
— Зачем они здесь? — спросил Ян.
— Встречают же, — пояснил наш пилот. — Новый Наблюдатель прибыл домой, а с ним императрица и главнокомандующий. Весь город вышел на улицу.
Дорога рассчитана на вес шагоходов, почти не осталось трещин от нашего прохода. Мы спокойно дошли до главной площади, где уже выстраивалась гвардия Варга, вооружённая самозарядными винтовками.
Чуть в стороне собрались генералы, офицеры, сановники и прочие. Простые люди стояли в стороне, за ограждениями.
Над дворцом, массивным трёхэтажным зданием серого цвета, который напоминал крепость, ударил яркий красный фейерверк. Люди закричали, когда мы остановились и заглушили двигатели.
Почти целая толпа, прибывшая для торжества. Встречали нас громкими криками. Будто буря началась на море. На каменную площадь падал снег, у меня начали мёрзнуть уши, но многие пришли сюда по этому холоду добровольно.
Среди этого рёва можно было различить отдельные крики.
— Славься, Ян Варга!
— С возвращением!
— Слава императрице!
Но были и другие.
— Месть! Возмездие приходит с севера!
— Отомстите им за брата, лорд Ян! Убейте их всех!
— Смерть южанам!
Янек побледнел, услышав это. Из Эквита тем временем выпускали эвакуированных студентов и гвардейских офицеров из охраны Катерины. Игнат Воронов заверил меня, что половина гвардейцев уже добралась сюда, пока мы ходили по горам, ещё часть скоро прибудет.
Вытащили Валентина. У меня всё не было возможности его проверить. Смертельно бледный парень спал или просто лежал с закрытыми глазами, закутанный в толстое зелёное одеяло.
Рядом с ним шла Мария, внимательно глядя то на него, то на меня. Я помахал ей рукой и чуть улыбнулся. Поговорю с ней позже.
Кто-то из седых генералов уже собрался было читать торжественную речь. Но мне этого не хотелось.
— Остановишь его? — шепнул я Яну. — Пусть лучше соберёмся чуть позже в более тесном кругу. Нам нужны отчёты, и чем скорее, тем лучше. И не надо будет мёрзнуть.
— Да, согласен, — он кивнул. — Да и какие сейчас праздники?
Хватило всего одного слова, чтобы всё прекратить. Толпа начала расходиться, а решётчатые ворота дворца Мардаграда открылись перед нами.
— И теперь мы здесь? — со вздохом спросила Катерина. — Будем ждать рассвета, — она показала на тёмное небо.
— Да. До весны. Пусть твоя охрана держится рядом. Так мне спокойнее.
Они нас уже обступили со всех сторон. И не только элитные Нерские стрелки, но и штурмовики из Нарландии, в своей чёрной броне и с тяжёлыми дробовиками.
Прибыли сюда и сразу взялись за работу. Но они своё поручение с разведкой и посланиями выполнили. Больше никаких подозрений к ним.
* * *
Ужин, а сразу и первую встречу, назначили через час. Я едва успел добраться до гостевой комнаты, наскоро вымыться в горячей ванне, которую мне приготовили заранее. Когда вышел, с сожалением посмотрел на белую широкую кровать, которая меня ждала.
Сон подождёт.
Не знаю, когда они успели, но меня уже ждал новенький офицерский мундир, будто сшитый по моим меркам. Чёрная бархатная ткань, но без знаков различия и без геральдики. Нужно будет сказать, чтобы нашили эмблему императорского дома, раз уж я снова генерал.
Я быстро оделся и пошёл по широкому прохладному коридору мимо каменных статуй Небожителей. В моей комнате было паровое отопление, но в коридоре очень холодно.
Полы идеально гладкие, в них отражались стены. Каждый шаг отдавался эхом. Почти ничего не поменялось с тех пор, когда я был здесь в последний раз.
Оказывается, я хорошо помнил, как добраться до зала церемоний. Нашёл дорогу с первого раза. Надо бы взять куртку потеплее, в этом зале даже пар шёл изо рта. Обычно, тут всегда толпа людей, но сейчас почти никого, вот и не нагрело.
Мебели внутри не было, кроме единственного кресла, стоящего на возвышении. Не трон, но достаточно похоже.
Есть трубы парового отопления, идущие вдоль выложенных синей плиткой стен. Но трубы не особо помогали спасаться от холода. Одна из лампочек, освещавших большой зал, мигала. Кто-то из слуг поглядывал на неё, но ждал, когда мы уйдём, чтобы заменить её.
Ян сидел на мраморных ступеньках рядом с большим креслом, глядя перед собой задумчивым взглядом. Я сел рядом и поморщился от холода. Парень пришёл в себя.
— Я боялся этого зала, — признался он. — Казался очень большим. Забавно. Раньше здесь сидел Великий Герцог Огрании, потом король. Потом, когда пришёл Таргин Великий, на этом месте сидели поколения Небожителей Дерайга. Потом они все отправились в могилу.
Ян невесело хмыкнул.
— Потом тут был сам Павел Громов, а после него потомки Варга. И теперь я должен сидеть в этом кресле. Если бы я услышал об этом раньше, то решил бы, что это шутка.
— Никуда теперь не денешься, — сказал я.
— Верно. Раз мы пришли, и ты объявил чрезвычайное положение, то теперь ты главный?
— Не совсем. Мы прошли через горы, мне теперь уже нет необходимости приказывать тебе каждую мелочь. В твои дела я лезть не буду, это твои владения. Меня интересует только одно — насколько тут всё готово к обороне.
— Генералы храбрятся, — Ян посмотрел на свою руку. — Говорят, что хоть прямо сейчас готовы идти на юг. Сейчас будет ужин, и они все будут об этом кричать. И требовать отомстить.
— А вот теперь смотри, что будет, — я чуть наклонился к нему и зашептал. — Сейчас они будут искать у тебя слабину. Чтобы ты поддался на их уговоры, что якобы они понимают лучше, что делать. Не поддавайся им, Янек. Мне они подчиняться не хотят, они считают, что я для них молод. Эти старые пердуны очень хитры и очень крепко держатся за власть.
— Да, наверное, — он отвернулся.
Я не сразу понял, что Ян хихикает. Похоже, из всей речи он услышал только про пердунов.
— Прости, — он откашлялся и вытер лоб рукавом. — Иногда на меня находит.
— Они будут советовать разные вещи, — продолжил я. — Напирать на твою молодость и неопытность. Говорить, что охотно поделятся с тобой мудростью. Будут намекать, что императрицу надо спрятать подальше, может быть, скажут о женитьбе с ней. И уж наверняка будут уговаривать тебя, чтобы ты меня никогда не слушал. Или чтобы вообще прогнал. Они не захотят выполнять мои приказы. Это ударит по их гордости.
— Но ведь ты командующий, — Ян нахмурил лоб. — И если я скажу им…
— Не, это так не работает, — возразил я. — У нас впереди тяжёлые месяцы. И они должны слушать меня не потому, что ты им это сказал или такой приказ издал император. А потому что я понимаю во всём этом лучше их. И они в этом убедятся. Так что давай-ка договоримся, Наблюдатель Варга.
— О чём?
— Ты не поддаёшься
