Сердце Пекла (СИ) - Ирэн Рудкевич

им в первую очередь недостающих бойцов. Гражданских запирали в домах по пять человек и ждали, обратятся они или нет. Тех, кто остался невосприимчив к заразе, оказывалось крайне мало. Но проблема заключалась ещё и в том, что даже из них спасти успевали всего одного-двух человек.

— Сейчас тоже людей собрали? — поинтересовался Шайтан и, неожиданно даже для самого себя, предложил. — Могу помочь.

— Чем? — деловито уточнил Батя.

— Я могу определить, кто окажется иммунным, а кто гарантированно обратится.

— Прямо сейчас? Что тебе для этого нужно?

— Ничего, — пожал плечами Шайтан. — Просто посмотреть на них. И из фляги глоток предварительно сделать.

— Тогда идём, — скомандовал Батя.

На выходе их встретили бойцы Сотни — уже знакомый рейдерам Винт, подмигнувший молчаливой Зине, и ещё двое.

— Со мной, — коротко бросил им Батя и повёл рейдеров вглубь городка.

Миновали башню, прошли мимо зачехлённой полевой кухни. Вокруг царила суета. Бойцы и несколько негров стаскивали в салон древнего и ржавого пикапа тела погибших, женщины и дети — тоже чернокожие, — охапками носили потрёпанные жизнью автоматы, кустарного вида ножи и прочее подобранное с земли оружие.

Вообще, негров тут было очень много. Как понял Шайтан, это и были заложники, на освобождение которых отправили Сотню. Несколько раз встречались двойники, как среди бойцов, так и среди гражданских.

Миновав несколько домов, Батя завернул к длинному бараку с соломенной крышей и несколькими дверями. Подошёл к первой, открыл и жестом пригласил Шайтана войти.

Бывший внешник, пригнувшись, вошёл в полутёмное помещение. Постоял секунду, давая глазам привыкнуть, и увидел жавшихся в дальнем углу женщин. Покачал головой.

Батя, вошедший вслед за ним, понял без слов.

В следующей комнатушке были дети, и её Шайтан покинул, ведя за руку большеглазого и чёрного, как ночь, мальчугана лет девяти на вид. Из третьей после его визита выпустили сразу двух бойцов. Больше иммунных обнаружить не удалось.

— Что с остальными делать будешь? — спросил Шайтан.

— Подожду, пока обратятся, — пожал плечами Батя.

— А как же белки?

— А никак. Нет в этот раз белок. Увели из-под носа, — с этими словами Батя вдруг резко вскинул руку, и бойцы, сопровождавшие их, синхронно взяли рейдеров на прицел.

А Батя совершенно спокойным голосом продолжил:

— Знаю, что не ты, вас мы срисовали ещё на крыше — есть у меня человек, способный видеть в чёртову даль и сквозь любые маскировки, включая те, что даёт этот мир. Вас мы вели. И ты, когда рассказывал, откуда пришёл, не врал. Но кое о чём умолчал, верно? Это сейчас вас стало двое. А вначале было немного больше. И вот что я хочу знать, Шайтан — где те люди, что были с вами? Сколько их? На что способны? Видишь ли, именно они забрали жемчужины у брандашмыга, на которого мы охотились. И я хочу получить эти жемчужины. Причём до того, как мои парни начнут превращаться в монстров.

Глава 37

Всплеск

Бой начался неожиданно. Вот буквально только что заражённые из шпилькиной свиты всего лишь беспокоились и раздражённо урчали, и вдруг урчание сменилось яростным рёвом, а эмоции тех, кого через Дары могла ощущать Шпилька, из обычной настороженности трансформировались в слепую ненависть и желание убивать.

— Лайма, где? — крикнула Шпилька оставшейся внизу овчарке.

И тут же получила примерное направление — словно ветер принёс запах химических реагентов. Вгляделась в щель между двумя домами — четырёхподъездными двенадцатиэтажками с декоративными оранжевыми фасадами. Там мелькали какие-то смутные тени, но разобрать, свои это или чужие, было пока невозможно. А стрелять по «своим» Шпильке как-то не хотелось даже не из-за траты бесценного боезапаса, а, скорее, из-за понимания, что без них жить ей и Лайме осталось минуту от силы.

Овчарка старалась изо всех сил. Она непрерывно бегала вокруг подстанции, лаем привлекая хозяйкино внимание, но тщетно — зрение у Шпильки было отличное, стреляла она тоже на «пять с плюсом», но в той мешанине, что творилась вокруг двора, где она засела, проблемы со стрельбой возникли бы даже у иммунного с Даром снайпера.

Но долго так продолжаться, по понятным причинам, не могло. Гомункулы были творением богов, созданным и заточенным на то, что убить Шпильку. И боги, кто бы они ни были, недооценивать её больше не собирались.

Сразу в двух просветах между домами показались прорвавшиеся сквозь свиту гомункулы. Всего трое, но при виде этих тварей у, казалось бы, ко всему уже привыкшей Шпильки волосы зашевелились на голове.

Мешкообразный скреббер, с которым дрался попутчик, выглядел противно? Вовсе нет, в сравнении с тварями богов он был просто первым красавцем на деревне. При гомункулов Шпильке пришлось до хруста эмали сжать зубы, чтоб только не вскочить и не помчаться в ужасе прочь, не разбирая дороги. Ещё секунда ушла на то, чтоб успокоить дрожи в коленях и руках, мешавшую целиться, и только после этого начала стрелять — холодно и расчётливо, не позволяя больше эмоциям взять верх.

Твари богов за это время успели преодолеть половину отделяющего их от цели расстояния. По их виду нельзя было даже определить, что за биологический вид лёг в основу их мутаций.

Первым свалился огромный крокодил, кожу которого словно бы сняли, вывернули наизнанку и снова надели, не удосужившись хотя бы отчистить оборванные сосуды и нервные окончания. Несмотря на размеры, он в тройке прорвавшихся гомункулов оказался самым слабым — ему хватило семь пуль, чтоб с разгону рухнуть мордой на асфальт, безвольно поджав лапы.

Со вторым, довольно-таки мелким, но подвижным мутантом, перемещающимся длинными зигзагообразными скачками, пришлось повозиться и потратить целых пятнадцать патронов, из которых цель нашли в лучшем случае пять.

Что делать с третьим, Шпилька вообще не представляла. Равно как и не могла подобрать хоть мало-мальски подходящее сравнение с известными ей существами. В этом мутанте что только не было понамешано: свиные копыта, покрытая щитками, как у броненосца, спина, хвост с жалом, клыкастая морда. Но главное — этот плод больной чьей-то мысли был силён, быстр и обладал не одним и не двумя, а сразу тремя Дарами: защитным полем, умением плеваться ядом и ещё кое-чем по-настоящему убойным. А именно — умением выплеснуть из себя волну энергии, начисто уничтожающую всё, что в момент её запуска попалось мутанту на глаза.

Дистанция у этой способности, зарождающейся как волна от пущенного по воде камня, составляла метров двадцать или чуть больше. Первый раз мутант попытался её использовать ещё на подходе. Шпилька успела почувствовать активацию Дара, но не среагировать. А спустя секунду ряд чахлых, но ещё