Одержимые Зоной - Анна Китаева

— Говоришь, не бьёт? — усмехнулась хозяйка, вложив в усмешку всю горькую житейскую мудрость. — Живого места на тебе нет, а ты всё «не бьёт»! Ох, бабы, бабы…

Кажется, переубедить Марию не удастся. Любые попытки Мышки объяснить, как всё обстоит на самом деле, она спишет на стремление жены выгородить мужа. Тьфу, ёшкин кот!

А собственно, зачем её переубеждать? Пускай себе остаётся при своих заблуждениях. И при своём распрекрасном сыночке, который за вечер ни слова не сказал, сидел молча как дебил. Обрадовалась, тётя, что невестка с неба свалилась? Фиг тебе. Дайте только выбраться отсюда, из этой тошнотворной спаленки, дайте встретиться с Кайманом — только вы нас и видели! Сталкеры, говоришь, хуже мутантов? Так я сама сталкер во втором поколении!

Хотя вряд ли стоит говорить об этом хозяйке прямо сейчас. Сумасшедшим лучше не перечить. Пусть уверится, что Мышка ей благодарна по самое не могу. Пусть себе видит в ней будущую жену своего сына. Тогда Мышке будет легче покинуть этот чересчур гостеприимный дом. А то ещё запрут, блин, в чулане с пауками, как Буратино! С этих станется. И где, плешь его побери, Кайман? Может, его как раз того, заперли?!

Надо пошевеливаться.

— Тётя Маша, — выдавила девушка, — я устала ужасно. Можно, я спать лягу?

— Ой, ну конечно! — засуетилась Мария. — Вот, я тебе ночную рубашку из своих приготовила. Великовата, конечно, ты у нас худенькая…

У нас! Быстро же они её к себе определили. Видать, сильно хозяйка хочет сына женить. Боится, что он рванёт из дому в Зону, как сделал Везунчик в его возрасте? И не вернётся обратно? Правильно боится. Если парень нормальный, его мутантами не запугаешь, скорее наоборот.

Вообще непонятно, чего они здесь сидят все, как мышь под веником? Ну допустим, сперва считали, что вокруг сплошная Зона с ужасами. Но теперь-то давно выяснили, что за Периметром целый мир, так что же их держит в Буряковке? Свой дом и огородик? Затерянная деревня — зона в Зоне, вложенная как матрёшка в матрёшку, добраться сюда ох как сложно… Кто напугал этих людей так, что они забились в самый дальний угол и боятся нос высунуть? Или не в страхе дело? Неважно. Мутные люди, странные, но Мышке до них дела нет. Пусть живут как живут. Она с ними жить не собирается.

Девушка старательно изобразила зевок — и тотчас зевнула ещё раз, по-настояшему. Сейчас бы и правда поспать. Длинный был день.

— Спи, спи, а я пойду.

Мария, словно невзначай, прихватила своё платье, в котором Мышка провела вечер. У девушки из одежды осталась только ночная рубашка. Правда, хозяйкина ночная рубашка вполне могла сойти ей за плащ-палатку, и всё равно, бежать в ней в Зону было бы опрометчиво. Как минимум надо взять с собой ещё винтовку.

— Тётя Маша! — воззвала Мышка. — А можно мне мой рюкзак? У меня там, ну, мне надо…

Как назло, ей не приходило в голову ничего такого срочно необходимого, что есть в рюкзаке и чего нету у запасливой Марии. Хорошо, что у хозяйки была привычка думать за собеседника. О чём-то она себе догадалась и даже не стала озвучивать догадку, а сразу закивала:

— Хорошо, девочка, хорошо. Сейчас я Никиту кликну, он его принесёт.

Платье она всё-таки забрала. И, судя по всему, решила, что подобное свидание вписывается в её брачные планы. Ночь, спальня. Таинственная гостья в одной сорочке. Распираемый возрастными гормонами юноша с рюкзаком… Мышка фыркнула. Да уж, если бы она и впрямь собралась затащить в постель хозяйского сына… в чём угодно, только не в хозяйкиной ночнушке!

Хм… а если соберётся он? Мало ли что, лучше не намекать.

Когда в дверь постучали и на пороге появился смущённый Никита, действительно с Мышкиным рюкзаком на плече, девушка восседала на стуле, закутанная в шерстяной плед, как мумия — только кисти рук выглядывали.

— Присаживайся, — кивнула она на кровать. — Поговорим.

Парень опустил на пол рюкзак, бросил на постель неприязненный взгляд и остался стоять, подпирая притолоку.

— Мать мне всё сказала, — буркнул он. — Дурацкая затея. Я на тебе не женюсь, и не мечтай.

— Отлично!

Мышка ощутила прилив душевных сил. Никита сразу показался ей втрое симпатичнее.

— Я за тебя замуж и не пойду, — быстро сказала она. — И здесь ни за что не останусь! Где Кайман? Ну, Гена где, мой напарник? Покажи нам, где выход. Мы даже утра дожидаться не станем, сейчас уйдём.

— Тут это, такое дело…

Чтобы добраться до рюкзака, Мышка выпросталась из одеяла. Девушка уселась на кровать, откинула клапан рюкзака, потянула за шнуровку. В вещах без неё никто не рылся — видать, не успели, занятые другими планами. И очень хорошо. Потому что «винторез» в её руках сразу изменит расклад сил. Но винтовку ещё надо собрать.

— Какое такое дело? — невнимательно спросила она.

Никита вдруг быстро распахнул дверь. Хозяйка попыталась принять независимый вид.

— А я тут мимо шла…

— Мама! — страдальчески заломил бровь Никита. — Ну врать не надо, а? И подслушивать — тоже! Пожалуйста, я тебя прошу!

— Да ладно.

Мария быстро обвела взглядом комнату, оценила Мышку в ночной рубашке на постели и благосклонно кивнула:

— Всё-всё, я уже ухожу. Вижу, у вас всё хорошо.

Никита залился густой краской, щёки у парня сделались как спелые помидорины — вот-вот лопнут. Он демонстративно вышел из комнаты и подождал, пока мать уйдёт.

— Я бы не выдержала, — откровенно сказала Мышка. — То есть это я бы на твоём месте не выдержала. А на месте твоей будущей жены я вообще свалила бы отсюда в темпе спринта.

— Вот и Каринка то же самое говорит, — буркнул Никита.

— Кто-кто? — живо заинтересовалась Мышка.

— Моя… ну… моя невеста.

Мышка оторвалась от рюкзака и с новым интересом посмотрела на парня.

— А матери она, значит, не нравится, твоя Каринка? Причём до того не нравится, что она готова тебя женить на первой же девице, которая вам на голову упала? Ну у вас тут и гадючник! Какого хрена вы с Каринкой здесь сидите, а? Кстати, сколько ей лет?

— Пятнадцать, — вздохнул парень. — Мы друг друга с рождения знаем.

— И что твоей матери так в ней не нравится? — удивилась Мышка.

— Так она ж дочка Петра Нечипорука! — выложил Никита с таким видом, словно это всё объясняло.

— У которого на участке выход? — вспомнила девушка.

— Ну да!

Мышка на мгновение задумалась. Слушать все объяснения интриг, которыми жители деревни оплетали друг друга столько лет, — не то что до утра времени не хватит, а зазимовать тут придётся.

— Значит, ты ведёшь нас с Кайманом к выходу, а по дороге рассказываешь, что к чему, — решила она. — Можем забрать твою невесту и свалить отсюда все вместе. Короче, ты пока подумай… и посторожи за дверью, ладно? Если твоя мать появится, скажешь, что я при тебе раздеваться стесняюсь.

Никита прыснул, затем посерьёзнел..

— А зачем за дверью?

— Ну, во-первых, мне надо переодеться, а я при тебе раздеваться стесняюсь, — строго сказала Мышка. — А во-вторых, чтобы никто не увидел вот это.

И она достала из рюкзака разобранный «винторез».

33

Сталкер Кайман,

затерянная деревня

Шли осторожно, поэтому не слишком быстро. Тьма вокруг была кромешная, абсолютная, как под землёй. Как в том проклятом подвале, откуда Мышка выпустила Каймана, после чего помешала сталкеру отколотить Никиту. Кайман быстро остыл, но особой симпатией к парню не проникся.

Небо, сплошь затянутое тучами, было непроглядно чёрным. Даже в Зоне по ночам не бывает настолько темно. В домах не светилось ни одно окно, так что жилые ничем не отличались от нежилых. Никита, наверное, мог бы пройти по родной деревне и в темноте, но ни Кайман, ни Мышка не были способны на такой трюк. Поэтому приходилось подсвечивать себе фонариками. Светили под ноги, двигались под заборами — в общем, пытались добраться до цели незамеченными.

В любой нормальной деревне их давно бы услышала и облаяла первая же дворовая собака на пути, и прочие псы подхватили бы лай, изобличив чужаков. Но в Зоне обычные собаки не выживали — только слепые мутанты и чернобыльские псы, которые вообще были роднёй волкам, а не собакам. Поэтому в Буряковке дворовых сторожей не водилось. Прямо сейчас это играло на руку беглецам.

Они пересекли деревню и оказались с противоположной стороны от того места, где прошлым вечером Кайман и Мышка вошли в Буряковку под конвоем. Дома закончились, дальше лежали поля и огороды.

— А эти ваши Нечипоруки, что ли, не в деревне живут? — негромко поинтересовался сталкер.

Оказалось — и впрямь не в деревне. В двух шагах от неё, но на отшибе.

— Вон их окна за деревьями светятся, — показал Никита. — Видите?

— И почему они отдельно поселились? — полюбопытствовала Мышка. — Мало ли что… та же химера, скажем?