Ненастоящий герой. Том 3 - N&K@

— Эй! — послышался из-за спины оклик солдата, но его быстро одернул напарник.

— Оставь. Это герои.

— И что? У нас приказ.

— А то, что до конца смены полчаса. Потом — не наша проблема. И внизу сынок мэрский. Пусть сам разбирается.

— И то верно… Наше дело маленькое. Пойдешь потом в «Малышки»? Слышал там новенькая появилась во-от с такими…

Дальше Радремон не слушал.

Первый зал встретил их гулкой тишиной и лужами натекшей сверху грязи. От Раффлезии-короля не осталось и следа, как и от прочих плотоядных растений. Даже мусор прибрали и весь светящийся мох с потолка выскребли. А кое-где проглядывали попытки выдолбить из стен что-нибудь ценное.

Уж следы кирки маркиз теперь узнает даже на ощупь.

— Ты поглянь — факелы. — всплеснул руками Банарв, шествуя по извилистому коридору. — А мы тут, как котята слепые шарились.

— Зато и добыча нам досталась. — усмехнулся фор Корстед.

— Не вся!

— Поправим. Шагай быстрее, время жмет.

Но дварфа торопить не требовалось. Он и так семенил, будто убегая от кредиторов. Запах сокровищ манил его не хуже аромата свежего эля в жаркий полдень. И пусть жара уже пару недель как сменилась на унылые хляби, но на подземную добычу это повлиять никак не должно.

Тем более, что спустя пару минут к ним навстречу выскочил запыхавшийся молодой парень. Тот оказался гонцом, бегущим сообщить, что основной завал разобран и можно звать высокую делегацию.

Его даже пытать для добычи информации не пришлось. Оказалось достаточно лишь показать зависший над рукой Каменный дротик. В связи с последними событиями, Радремон уж и забыл, что на кого-то может так подействовать простая демонстрация магии.

В общем парня оглушили, связали собственным поясом и бросили в один из отнорков. А уже перед последней пещерой их встречал целый отряд лучников под предводительством того самого мэрского сынка.

Мужчина не стал разбираться откуда в столь важный момент взялись чужаки и отдал приказ стрелять.

Это стало его главной ошибкой.

И последней.

У маркиза не было настроя устраивать бойню, но когда тебя пытаются превратить в дохлого дикобраза, даже самый миролюбивый альтруист может сорваться. Фор Корстед же и вовсе себя к числу последних не причислял. Поэтому, пересидев первый залп за увеличившимся щитом Банарва (тот так и не сумел придать защите нормальную форму, и изделие осталось вогнутым), Радремон накрыл лучников двумя Удушающими облаками.

Наружу вывалились лишь посиневшие трупы с выпученными глазами.

Представитель власти, осознав промашку, тут же попытался вымолить прощение, потом сбежать, но его без труда догнал Банарв и опустил тому на спину свой артефактный молот. Сынка сложило пополам. Да к тому же еще и сработал шанс огненного урона, оставивший на теле мужчины пятно горелой плоти.

— Тьфу. — раздосадованно сплюнул дварф. — Лучше бы на монстрах так, а не нулевиках. — и юркнул в укрепленный балками проход.

Не знай Радремон где находится, и никогда не угадал бы, что именно здесь сражался с армией живых грибов под предводительством огромной сыроежки. Что именно здесь погиб Ритер и другие желающие присоединиться к Свите Темного Маршала. Что примерно на этом самом месте едва не отдал богам душу Банарв.

И пусть с тех событий прошло уже больше двух месяцев, но по ощущениям эти воспоминания были во много раз ярче, живее и насыщеннее сохранившихся с прошлой жизни.

Сложно представить сколько тонн скальной породы пришлось вытащить наружу рабочим, чтобы разобрать проход вглубь пещеры. От ее былых размеров не осталось и следа. Повсюду валялись битые камни. Валуны и булыжники различного размера нависали над головой, так и норовя свалиться вниз и закончить начатое пару месяцев назад.

Те же что уже лежали на земле, будто специально бросались под ноги, в неровном свете факелов и лучин походя на ожившие ловушки или небольших зловредных монстров.

— Спокойно, уважаемые. — уверенным тоном произнес Радремон, когда они с Банарвом добрались до рабочих, вооруженных кирками и кайлами. — Кто хочет жить — оставайтесь на месте, остальные могут попытаться сбежать или позвать на помощь. Но честно — не рекомендую.

Тишина была ему ответом.

— Где тут наше…

— Сокровище! — прервал его громогласный крик Банарва, заметившего помятый кованный сундук размером с хорошую тумбочку.

Сорвавшись с места, дварф рванул к добыче, взметнув за спиной облако пыли и каменной крошки, а попавшийся ему на пути сородич отлетел в сторону, будто выпущенный из пращи снаряд. Ничто не может стоять между Банарвом и его трофеем.

Коротко хмыкнув, фор Корстед убедился, что никто не собирается чинить им препятствий, и подошел к куску скалы, который заинтересовал его с самого начала. Не то чтобы сам валун представлял собой какую-либо ценность или обладал особо причудливой формой, но вот набежавшая из-под него лужица густой серой жидкости явно намекала на что-то интересное.

— Уважаемый, если я вот эту каменюку сейчас разнесу, нас всех тут не засыплет к такой-то Бездне? — обратился Радремон к застывшему, словно статуя, рабочему, забирая у того видавшую виды кирку.

Мужчина лишь медленно покачал головой, не в силах вымолвить ни слова. А когда маркиз в несколько ударов раскрошил глыбу, и вовсе вытаращил глаза, уподобившись узревшему чудо атеисту.

Да, семнадцать единиц силы определенно позволяли делать и не такое. Были б они у маркиза раньше… Но история не знает сослагательного наклонения, так что и думать об этом смысла нет.

Вернув рабочему инструмент, на который тот смотрел, словно на артефакт легендарного качества, фор Корстед руками разгреб осколки и обнаружил точную копию банарвовского сундука. Вот только из этого торчали обломанные зубы, длинный помятый язык и какие-то мясные ошметки. А серая жидкость оказалась кровью.

Мимик.

Причем дохлый.

Сомнительная добыча, конечно.

Придавленный скалой монстр умудрился удивительно долго продержаться, перед тем как склеить ласты и предстать перед очи Радремона. А ведь победи они тогда Сыроежку-генерала, и перевертыш вполне мог рассчитывать полакомиться кем-нибудь из расслабившихся интервентов. Тем же Банарвом, например.

Внезапно мимик вздрогнул, и из его раздавленной приоткрытой пасти вывалился серый ком, похожий на клубок свалявшегося меха. Ближайшие рабочие в страхе отшатнулись, но снова замерли под тяжелым взглядом маркиза. Приказа не двигаться никто не отменял.

Комок лежал, не шевелясь, и системой никак не опознавался. Не то последний недопереваренный обед, не то посмертно срыгнутая шерсть. Есть ли вообще у мимиков шерсть? Может они, как кошки. Те тоже умеют принимать множество форм, а по мнению некоторых и вовсе являются жидкостью. А еще могут тяпнуть в самый неожиданный момент. Сходств все больше. Нужно