Чистое Небо: Книга Первая - Сергей Кочеров

Через час, двое, пройдя около четырех километров южнее от «лаза» в «периметре» по опушке, увидели перед собой левее дома. Это была маленькая деревушка в пару улиц, и в десять, а то и пятнадцать домов, точнее того, что от них осталось. Сама деревня, судя по всему, не была покинута, в середине горел скромный огонек из бочки, которую, по всей видимости, топили довольно приличное время. Вся она была покрыта копотью, а вокруг было много золы. Несмотря на умиротворенную картину, деревня казалась обреченной, но не лишенной жизни. Обреченность деревни заключалась в той памяти, которую она несла в себе. Она помнила былые времена и помнила тот переломный день, когда все разом тут погибло. Она обладала своей собственной, непостижимой для других, волей. Одинокий костер горел в бочку, озаряя окружившие его покосившиеся дома. Погибшие яблони во дворах и редкую траву на обочине дороги. Деревня преображалась от этого света. Но, несмотря на это вокруг не было ни души. Только тишина, тишина, которая била по ушам. Даже ветра не было.

–Ну, вот она, твоя деревня. Что теперь?

–Надо полагать, идем туда?! - сарказм оказался не к месту, судя по реакции собеседника, который неуверенно провел рукой по лысине и тяжело вздохнул. Сергей вопросительно посмотрел на «Лысого». - Идем?

–Неуверен… - Как нашкодивший мальчишка, опустив глаза в пол пробурчал неразборчиво Коля, Сергею был предоставлен выбор додумать это бурчание. Которое он уверенно привел как согласие.

Две фигуры, скользнув с холма и преодолев кусты, через несколько минут, показались на окраине деревни. Она выглядела еще более загадочно, чем издалека. Полу стертая и ржавая табличка на дороге, на который черным по белому было написано «Яновi». Обугленная краска домов. Разбитые окна, распахнутые двери. Угнетенная и униженная деревня. Покосившиеся и полуразобраные заборы, калитки, выходящие во двор. Отчетливо можно была прочитать на стрелках, прибитых к столбу, что вот эта улица «Советская», а вон та, «Первомайская». Жалостно, как будто моля о том, что бы ее сожгли, оборвав бессмысленную жизнь полной боли и отчаяния, скрипела дверь одного из покосившихся домов. Чуть дальше потрескивали дрова в бочке, которая озарялась ярким багровым пламенем. Под ногами был песок, перемешанный с гравием. По поднявшейся из-под ног пыли было понятно, что дождь тут был редким гостем или попросту задерживался где-то в Колхозе «Заря». Полуразрушенные дачные строения по бокам дороги начинали давить все сильней. Наконец, подул слабый ветер, и поступь двух друзей стала более уверенной и четкой. Послышался привычный обоим стук сапог, и, переглянувшись, с улыбкой оба пошли дальше по улице, жадно изучая глазами каждый дом. Сергей все же предпочел пренебречь, хотя, скорее всего он забыл про Макаров и теперь увлеченно шагал к центру улицы, ближе к бочке, не понимая зачем. Она его манила. Манила как огонек ночного мотылька. Коля напротив, волновался с каждым новым шагом все больше, ему было страшно. Страшно от огня. Ему казалось, что это пламя ада и ничего хорошего с ним связанно не может быть.

–Сергей, может…

–Еще один шаг и ты умрешь. - Дуло уперлось чуть ниже кепки и больно надавило на затылок. Затем что-то тяжелое ударило сзади по ногам, Сергей упал на колени. Боковым зрением он видел, как Коля падает правее, от удара чем-то стальным в затылок. Дальше не было ничего. Веки навалились тяжестью и свинцом, а в голове раздалось глухое «бум». Темно.

Глава 2. Чудо природы

–Дождь идет.

–Что?

–Слышишь, гроза. Там, сверху.

–Серег. Нам от этого не легче, где мы вообще?

–В гробу, похоронили нас. - Тишина на мгновение окутала пространство, но была вынуждена отступить перед смехом, который раскатывался по землянке

–Все шутишь. Только ручки то, связаны. Голова болит, но зубы на месте.

–Значит, не пытали, значит будут.

Сергей попытался подняться с холодной земли и оглядеться. Тусклый, по всей видимости, лунный, свет пробивался в землянку через щели меж досок сверху стен. Капала вода, а из левой стены протекал ручей, прямо по Коле. Руки у обоих были крепко связанны, каким-то ремнем, который уже изрядно успел натереть запястье.

–Холодно, мокро…

–…и голодно. - Смех опять сдобрил мрак землянки, то и дело озаряющейся всполохами молний.

–Как по твоему, что вообще происходит?

–Ну а что может происходить? Местные аборигены поймали нас, через часок другой изжарят на костре, принося нас в жертву своему божеству.

–А если серьезно?

–Коль, ну откуда мне знать? Что, да, как и почему?! Ты лучше позаботься о том, что бы ни кто не узнал о наших целях. Уж не знаю, кто они такие, но если они связаны как-то с правительством. Нам хана. Строй из себя дурачка, мол, туристы и заплутали. Либо реально подумают, что дураки и отпустят…либо убьют.

–Второе мне нравится меньше.

–Мне вообще вся ситуация не нравится.

Около часа прошло под незатейливые разговоры и звуки грозы, прежде чем сверху послышался голос. Клацанье затворов на автоматах и ритм, звонко отбивавшийся ботинками по бетонной лестнице. Знакомый звук.

–Проснулись. - Свет от карманного фонарика был несильный, свет от него исходил тусклый, но глаза, привыкшие к темноте, отдавали болью у обоих пленников. - Кто такие? Откуда?

Вопрос, удар. Опять вопрос. - Пытать начали. - Заключил про себя Сергей и с улыбкой схватил еще один удар, в грудь.

–Так вы говорите, туристы?

–Да… - Коля отвечал за двоих, второго пытались привести в чувства нашатырем.

–Туристы. Туристы пробрались через кордон правительственных сил. Прошли километры до этой деревни, что бы развести костерок и сделать шашлыки? Рискуя жизнью… Хороший отдых, адреналин. Уважаю. Но давайте на частоту, откровенность за откровенность.

–Слушаю… - Коля продолжал держаться и помнил напутствия Сергея, ни в какой ситуации не рассказывать «цель отдыха».

–Владимир… Владимир Воронин. Пришел, в «ЗОНУ» убегая от, скажем так, правительства. Живу здесь порядка нескольких месяцев, и пока доволен местным наполнением. К нам приходят новые люди, такие же, как мы. Все бегут сюда. Стали появляться и те, кто просто жаждет острых ощущений, но вот вы. Вы похожи на беглецов, чем на просто ищущих себя людей… Я не хочу зла, вам или еще кому-то. Я просто хочу удостовериться в своей безопасности и безопасности моих ребят. - Воронин вопросительно посмотрел на Колю и положил палец на предохранитель автомата Калашникова, который гордо водружался на его коленях. Коле ничего не оставалось, как открыться своему собеседнику, несмотря все на указания Сергея.

–Бежали… бежали от суда. Думали, тут нас ждет спокойствие, да и поговаривают, что заработать очень хорошо можно. Таская всякий хлам и продавая его на черном… Но тут вы, ну и собственно мы тут сейчас сидим. - Лицо Владимира осталось невозмутимым, но в глазах появилась искорка интереса. - Таскать хлам говорите? Ладно, верю вам. С виду мужики вы нормальные. Паш, освободи пленных, а Сашка пусть накрывает поляну. - Воронин поежился в раздумьях. - Добро пожаловать.

Сергея привели в чувства. Сначала в ход шла вода, потом средство по серьезней, нашатырь. Не смотря на довольно увесистые удары по голове, Сергея все же привели в чувства. Он был порядком удивлен сложившейся ситуацией.

–Ну и как прошло? - Сплюнув кровь и откашлявшись, посмотрел вопросительно тот на Николая.

–Ну а как еще может пройти? Отвратно. Но били аккуратно.

–Да, почти гладили. - Сергей улыбался, оголяя окровавленные зубы и трогая свой кровоточащий язык кончиками пальцев. - Эй, добрый человек. Как там вас… Володя? Куда мы собственно идем?

–Ты видимо Сергей? А идем отпаивать вас, чаек… разговоры на ночь. Романтика. Что-то не нравится?

–Да нет, я в восторге от сервиса.

Вся компания вышла на улицу. Ливень, сырость. Погода была лучше некуда, особенно после столь засушливой недели. Путь людей пролегал к одному из центральных домов в деревне, туда, где весело занимался костер. Было тепло и, по всей видимости, сытно.

Спустя полчаса, все сидели в доме, на полу которого горел костер. Сделан он был грамотно. Железный лист на полу, окруженный кирпичной кладкой и аккуратно сложенные дрова. Над костром висел чайник, а вокруг сидело шестеро крепких мужиков. Воронин, Сергей, Коля и три лба лет двадцати. Саша с Пашей и паренек, с ровной осанкой, грустной гримасой и на удивление легким взглядом. У входа в дом стояло еще двое, противоположная же сторона улицы, та, которая была видна через окно, была копией, той на которой сейчас были они. Охрана у домов, в домах теплится огонь костров. Одежда у «солдат» была не богатой. Джинсы, спортивные штаны в довесок с толстовками. Кто-то уже успел разжиться камуфляжем и хорошей армейской обувью. Массивными ботинками. Но в основном дешевые китайские бутсы местами порванные, были повсеместно. За плечами у каждого было по автомату Калашникова укороченного вида. Приклад у всех был сложен. У кого-то и вовсе его не было. Само оружие знало лучшие времена, но теперь оно было покрыто ржавчиной и изрядно потрепанно. Несколько человек имели кобуру, видно выслужились.