Война Каганатов - Дмитрий Янтарный

Глава 1.3

Глава 3.

Вернувшись в гостиницу, Сареф решил подробно обсудить с Бреннером и Эргенашем свою строку умений. В этом плане его спутники были весьма кстати: и тот, и другой имели обширный опыт как подготовки к Состязаниям, так и участию в них. Как и следовало ожидать, Бреннер и Эргенаш с пониманием отнеслись к тому, что Сареф потерял и Тёмное Обнуление, и девятую ячейку способностей. И тут же поспешили утешить его так, как это сделал Хим: единожды открытое Системное усиление закрыть назад навсегда невозможно. А это значит, что рано или поздно утерянное вернётся обратно. Конечно, и сильно обольщаться не стоило: неизвестно, сколько на это уйдёт ресурсов. На данном этапе Сарефу было известно, что это в принципе возможно. Не более того.

Кроме того, раз уж теперь Эргенаш был непосредственно в группе Сарефа, стревлога тоже известили о том, что Сареф обладает хранителем-хилереми. Эргенаша, кстати, не слишком сильно удивила эта новость. Вероятно, Стив ему в своё время на это намекнул. Но, как ни странно, досады у Сарефа это не вызвало. Напротив: если человек уровня Стива так доверяет стревлогу — значит, есть, за что. И Сареф не сильно прогадал, когда позволил ему идти за собой.

— Ну что ж, — сказал Эргенаш, — я так понимаю, сейчас ты хочешь закрыть свою потерянную способность артефактом, не так ли?

— Да, — Сареф немного поёжился, — несмотря на то, что я получил то, чего так хотел… признаться, я до этого момента даже сам не понимал, до какой степени полагался на эту способность.

— В таком случае тебе очень подойдёт Пояс Исцеляющей Боли, — сказал Эргенаш.

— Ты уверен? — уточнил Бреннер, — хотя… на первое время, конечно… да и дальше… Да, хотя почему нет? С его достижениями на Силу Воли этот пояс сядет на него, как влитой.

— Кхм, — деликатно прервал их Сареф, — ваш уровень взаимопонимания, конечно, впечатляет, но хочу напомнить, что я, в отличие от вас, свойств этого артефакта не знаю.

— Этот пояс добавляет своему хозяину 40% здоровья, — начал объяснять Эргенаш, — кроме того, когда твой уровень здоровья падает ниже 25%, его свойства заставляют получаемый по тебе урон исцелять тебя, а любое направленное на тебя лечение будет удвоено. Действует 30 секунд и может преобразить до 5 зарядов урона и лечения прежде, чем уйдёт на перезарядку.

— Звучит слишком круто, — хмыкнул Сареф, — и всё это за просто так?

— Нет, — покачал головой Бреннер, — твой запас выносливости будет уменьшен на 10%. И расход выносливости на любые умения тоже будет увеличен на 10%.

Сареф задумался. С одной стороны, он привык к своему огромному запасу выносливости, благодаря которому в бою можно было почти не беспокоиться о том, что ему на что-то не хватит сил. Но, с другой… добавляемая артефактом живучесть стоила этой небольшой жертвы. По крайней мере, до тех пор, пока он не закроет эту уязвимость.

— Прекрасно. И где нам следует искать этот пояс?

— У орков, — ответил Эргенаш, — Ханство Поющей Ночи. Легендарный монстр 5 уровня Скорпикор.

— Хм… а какие ещё есть варианты? — спросил Сареф.

— Вариантов много, но они для тебя сейчас почти бесполезны, — сказал Бреннер.

— В каком смысле… почему? — удивился Сареф.

— Потому что за восемь лет до Всесистемных Состязаний твоя строка может три раза полностью измениться, — пояснил гном, — кстати, тебе следует знать, что, начиная с десятого, за каждое повышение в уровне ты будешь получать 2 Средних Пункта Развития, а не 1. А за 15 уровень ты получишь один Высший Пункт Развития для корректировки Талантов Полуторного Совершеннолетия. Так что на артефактах, которые усиливают стихийный урон и тому подобное, я бы сейчас не зацикливался. Сейчас твои основные стихии — это холод и воздух, а уже через два года ты можешь полностью уйти в огонь и физику. Или в свет и яд. Поэтому сейчас тебе лучше собирать общие артефакты на выносливость и живучесть, которые будут одинаково полезны в любой ситуации. На крайний случай их можно будет выменять на что-то нужное ближе к Всесистемным Состязаниям.

Сареф пожал плечами. Звучало это вполне логично, и спорить он не стал.

— Значит, мы направляемся в орочьи Ханства? — уточнил он.

— Да. И в идеале, там можно бы провести зиму, — сказал Бреннер, — сейчас начало осени, и пока здесь тепло. Но снег я не особо люблю, так можно было бы перекантоваться и там. Благо там погода ходокам совершенно не мешает работать. Кроме того, — многозначительно добавил он, — там сейчас наёмничают двое моих старых друзей. Если мы точно идём к оркам — я пошлю им весточку. Они встретят нас в клане Мэндрейк и помогут пересечь границу.

— Ладно, — кивнул Сареф, — значит, договорились. Теперь ужинаем — и отдыхать.

На следующее утро они выдвинулись в путь. По итогу им достаточно было сделать совсем небольшой крюк в сторону могил Севрогандских дьяволиц. После чего по побережью идти до самого клана Мэндрейк. Сареф рассчитал, что в этом случае они даже смогут зайти в клане Ондеро, чтобы Сареф ещё раз повидался с матерью. Во-первых, он хотел просто поговорить с ней… и похвалиться своей победой. И, во-вторых… она должна знать, что драконам о ней известно. И это следовало учитывать на будущее.

Путь до границы с кланом Айон занял меньше одного дня. И хотя Бреннер предлагал снова задействовать его навыки, чтобы незаметно пересечь границу клана Айон, Сареф отказался от этой идеи. Ему уже пора было привыкать к тому, что он больше не бегает от своего клана и прочих. Он теперь — Чемпион Состязаний, со всеми положенными правами и привилегиями. И с этим всем придётся мириться.

К вечеру на тракте, наконец, показалась уже знакомая Сарефу по пересечениям границ других кланов застава. Там находились два домика, по одному со стороны каждого клана, где работали и отдыхали пограничники.

Здесь так же была очень заметная разница по сравнению со многими другими пограничными пунктами. Там рабочие этих пунктов зачастую проводили время вместе за игрой в карты или просто за весёлыми разговорами. Здесь этого не было и в помине. Пограничник Андерраст, увидев их, только махнул рукой: покинуть земли этого клана было явно проще, чем прийти сюда. А вот со стороны клана Айон началось не совсем здоровое оживление. В итоге, когда Сареф