Настоящий полковник (СИ) - Шопперт Андрей Готлибович

Осталось ерунда, нужно выбрать цель для броска и метнуть в неё гранату – за счёт взмаха внешняя часть рукоятки с ударником соскакивает с боевого взвода и накалывает капсюль запала, запуская процесс его горения.

Бабах. Сработала. Когда тренировались с новыми только полученными гранатами, то очень часто взрыва не происходило. Не соскакивала внешняя часть рукоятки с боевого взвода, резким должен быть замах.

Всё это описывать долго. Но тысяча раз повторенное действие, правильно говорится – отработанное до автоматизма, результат дало очень не плохой. Пара секунд и бросок.

Японцы не все погибли, одного ветки спасли, он выбежал с круглыми японскими глазами, как у их анимешных красоток, из-за куста. Та-тах. Короткая очередь и счёт стал три ноль не в пользу правофланговых.

– Buki o otosu! (бросить оружие), – закричал Брехт одну из выученных фраз на японском и, не дожидаясь радостных заверений, что господа только об этом и мечтали, бросился назад, за свой куст.

Ожидаемо защёлкали выстрелы. А чего, пусть. Арисака не Калашников и не Томпсон. В обойме всего пять патронов. Сейчас закончатся. Вот. Брехт рывком преодолел расстояние до спасительного дуба. Комиссара нет, вон за соседнее дерево чуть повыше перебрался. Нетерпеливый. Опять забабахали сверху, но и эта обойма закончилась. Высунулся и чуть нос к носу не столкнулся с японцем. Хитрые, подошли под шумок. Та-тах. Дзинь. Закончились патроны в магазине. Перезаряжать нет времени, выхватил Кольт. Бах. Второй любопытный отлетел на метр. Как в кино. Ах, какой замечательный пистолет пиндосы сделали. Бах. Не попал. Перехвалил. Отдача серьёзная – сбивает прицел. Бах. Ну, вот ещё раз три ноль.

– Buki o otosu! (бросить оружие)! – дальше по-русски прокричал. Пусть они тоже учат. А то обидно. – Эй, сдавайтесь! Вы же не самоубийцы! В плену хорошо. На ужин макароны дают.

Событие сорок шестое

Идёт урок истории. Преподаватель:

– Американцы, сбросив бомбу на Хиросиму, убили сразу двух зайцев.

Голос с задней парты:

– И есё нимного японицев.

Таникадзэ Кадзиносукэ – Rikugun-Shōsa (майор) высадился на проклятую землю второй волной. После вчерашнего, чуть поубавилось желания оказаться в первых рядах. Конечно же, он не трус. Сколько раз ходил в атаку на китайские позиции в полный рост, но тут не страх. Тут другое чувство. Как воевать с мёртвыми? А что произойдёт, если кёнси схватит его своими чёрными когтями, вопьётся окровавленными зубами ему в горло. Бр-р. Не хочется об этом думать.

Генералы в штабе решили точно так же. Они дали приказ сравнять это препятствие с землёй. Оказывается, снаряды с шимозой (пикриновая кислота) способны убить даже мёртвых. Ветер над рекой крутил весь день, и дым иногда сносило на корейский берег, и тогда все начинали кашлять и плеваться. Страшно горький этот желтоватый дым за несколько вдохов сильно раздражал горло. За целый день обстрела удалось уничтожить всех кёнси. Теперь ничто не сможет помешать сынам Ямато убить всех проклятых русских колдунов.

Таникадзэ запретил себе думать, что возможно одним из столпившихся на берегу вампиров был его брат. Нет, скорее всего, он был ранен и попал в плен, и теперь коварные большевики пытают его, а Рикугун – Тайса (полковник в армии) Таникадзэ Кунгоро стойко терпит боль и молчит, надсмехаясь над западными варварами.

Хотелось быстрее попасть на тот берег и в первых рядах бежать и стрелять в проклятых русских коммунистов. Только какое-то предчувствие и небольшая вероятность, что среди расстрелянных кёнси может оказаться его брат, останавливало майора. Бежать по останкам брата, превращённого в малюсенькие кусочки, и втаптывать их в песок было выше его сил.

Он будет во второй волне десанта. Русских много, он успеет отомстить, а если брат жив, то и отбить его у сдающихся в панике от мощи императорской армии большевиков. Когда катера с первыми солдатами скрылись в тумане, неожиданно спустившемся из Китая, майор поморщился. Воевать в таком густом тумане не просто. Неожиданно за этой белой стеной раздались взрывы, проклятые варвары обстреливают берег. Ничего, мы задавим вас. Жаль нельзя подавить их пушки артиллерией, из-за тумана ничего не видно.

Бронекатера появились совершенно неожиданно. Чтобы, как в первый день, не бежать по пояс в воде, на берег были брошены сколоченные из дерева щиты, а от щитов к корабликам переброшены длинные сходни. Они раскачивались от бега солдат, и иногда какой-нибудь деревенский увалень все же слетал в воду. К счастью, осадка бронекатеров была всего ничего, два Сяку (мера длины, равная 30,3 см). Не прошло и пяти минут, как кораблики были загружены. И в это время, налетевший с океана, ветер, как мановением руки волшебника, разогнал туман. Или это сделала для своих верных сынов Аматэрасу?

Высадились без проблем, тут качающихся сходней не было, и все просто прыгали в воду. Ничего, что она ледяная. Сейчас бежать больше шести Тё (мера длины, равная 109,09 метра), успеют не только согреться, но и высушить на себе мундир.

Дальше по приказу майора Хокутоуми рота, высадившаяся на усеянном трупами японских солдат берегу, разделилась. Половина стала атаковать ближнюю высоту, где и должны были располагаться русские, его брат три дня назад доложил в штаб 19 дивизии, что там отрыт окоп и созданы укреплённые артиллерийские позиции. Вторая часть солдат, во главе с сё: и или младшим обер-офицером (лейтенантом), побежала мимо озера небольшого на соседнюю сопку «высоту 155.1». Неизвестно почему, но ноги понесли майора именно туда. Наверное, это духи подсказали ему, что там можно найти или брата, или убийцу брата, чтобы отомстить.

После озера случилась заминка. Оттуда начинался подъём сразу на две расположенные рядом сопки. На западе была «высота 141.2» или как отмечено на русских картах сопка «Богомольная», а на северо – запад «высота 155.1» или «Заозёрная». Младшим обер-офицером отряд был ещё раз разделён два, и он попросил, поклонившись Младшего штаб-офицера (майора) Таникадзэ Кадзиносукэ возглавить отряд, который будет штурмовать «высоту 155.1», а сам сё: и повёл сорок солдат на западную сопку.

Майор чуть запыхался, не молод уже. Но долг есть долг, и он стал впереди доверенных ему людей, и они, стараясь не растягиваться, начали взбираться на сопку. Выстрелы загремели неожиданно, и рядом с Таникадзэ упал на земле молодой боец нито: хэй (солдат 2-го класса), схватившись за плечо.

– Перевяжи себя, – крикнул майор и выстрелил из пистолета несколько раз в ответ.

Японцы ускорились, используя как прикрытие стволы деревьев и выходы на поверхность скальных пород, они почти без потерь добрались до вершины. Один раз всего Таникадзэ слышал вскрик позади. Может, были те, кто был убит сразу и потому не закричал, или стойкие японские солдаты мужественно сносили боль, но, скорее всего, большевики стреляли из рук вон плохо. Плохие у них командиры, не обучили своих красноармейцев метко стрелять.

Они взбежали на вершину сопки и сыны Ямато пошли в штыковую атаку и пограничники, а это были именно они, на дурацкой русской острой шапке звезда была на зелёном фоне, дрогнули и побежали. Майор смеялся и стрелял им вслед из пистолета, а солдаты вторили его смеху и стреляли в спины этим трусам из винтовок. Они легко взяли эту высоту.

Событие сорок седьмое

Стратегия без тактики – это самый медленный путь к победе. Тактика без стратегии – это просто суета перед поражением.

© Сунь Цзы

– Buki o otosu! (бросить оружие)! – прокричал Брехт в третий раз. И тут по нему шарахнуло, так шарахнуло. У кого-то из японцев был с собой пулемёт. Хорошо хоть крупнокалиберный и хорошо, что сидел, точнее, лежал Иван Яковлевич за приличным дубом, а не за предыдущим кустом. Там бы и хана пришла. Тут тоже кора и щепки полетели во все стороны, а пули, что впивались в землю, просто осыпали землёй и мусором с головы до ног. Пулемётчик был близко. Буквально метров пятнадцать – двадцать. И ведь достаточно ему сделать десяток шагов вправо или столько же влево, и ноги комбата станут ему видны.