Тень Джоре - Сергей Рейнов

Вмешиваться штурмовикам не пришлось — абордажный бот, включив слабое поле подавления щита, беспрепятственно подошел к обшивке корабля работорговцев — щит он преодолел играючи. Непонятно, обычно, для этого требовалось вмешательство извне. Для того и висели рядом штурмовики, чтобы залпами бортовых орудий продавить защитное поле и дать возможность боту произвести абордаж. В итоге, пока абордажники успешно брали корабль под контроль, я и Ари, нарезая круги вокруг, чувствовали себя лишними на этом празднике жизни. Прошло минут двадцать, и тут что-то пришло в голову, наверное, мысль:

— Ари, снимаем маскировку!

В ответ донеслось несколько удивленное:

— Принято, Капитан!

И вот. Вот они мы! Что дальше?

Дальше, нас наконец увидели. Внезапно, от уже практически захваченного, по докладам абордажной команды, крейсера, веером брызнули ракеты. Арид произвел рекогносцировку — по пять ракет на наши, с Ари, штурмовики и пятнадцать на основной борт — на «Тень». Не смертельные, но серьезные противники. Вышли ракеты не штатно — на корабле не имелось специализированных пусковых, поэтому под пусковую была переоборудована одна из палуб малых пустотников, что на несколько секунд обеспечило значительную скученность целей. Как только система целеуказания выдала отметки, отработал по ним из всех стволов, и даже попал — одна ракета взорвалась, а еще две, вдруг прекратили разгон. Либо я накрыл, либо поражающие элементы первой, взорвавшейся. Тоже не плохо, ждать больше нечего — не прекращая огня, начал маневр уклонения, но тут вмешалась Ари:

— Капитан, прими двести влево, дай мне прицелиться!

На автомате выполнил требование, и только потом сообразил — из бортового оружия она могла стрелять и раньше. Мой штурмовик не мешал.

Ну конечно! Вот зараза! Она выперлась в космос на своем модернизированном драндулете, и теперь лихорадочно пыталась навести длинные стволы «зушек» на ускоряющуюся групповую цель — ракеты. К моему удивлению, через секунду ей это удалось, и штурмовик Ари вспыхнул как новогодняя елка. Сначала полыхнули, стабилизируя штурмовик и не думая выключаться, все маневровые двигатели, а еще через секунду заработали четыре двуствольных автомата. Исходя из скорострельности и штатного боезапаса, замолчать они должны были практически сразу, но этого не произошло — модернизированные «зушки» исправно плевались огнем, от штурмовика начали отстреливаться пустые снарядные короба, а ракеты, одна за одной стали взрываться — Ари доработала не только орудия, но и боеприпасы тоже — проходя мимо цели снаряд детонировал, отправляя в полет град осколков. В итоге, от плотной массы стартующих ракет, остался пшик — три не дострелянные железяки, вяло плетущиеся в сторону рейдера. Думаю, с ними Арид разберется. Последний, даже возмутился, заявив, что без особых проблем мог сбить все ракеты.

— Хорошо, молодец. Только Ари не рассказывай, пусть думает, что спасла мир.

Как оказалось, Ари не уходила со связи с искином:

— Капитан, я все слышала! Тебе должно быть стыдно!

Штурмовик Ари, без энергии и без грамма топлива, изрядно откинутый реактивной отдачей залпа «зушек» — и компенсаторы не помогли — медленно удалялся в сторону. Штурмовик умер, не получив ни одного попадания. Мысленно усмехнулся — и так бывает, Ари. Будет тебе сегодня урок. Девчонка, не дожидаясь помощи вылезла из кабины. Она нашла оригинальное решение — поправить траекторию с помощью ранцевого двигателя скафандра. Надо сказать, ей бы это удалось, будь штурмовик раза в три легче, но нет, топливо в двигателе скафандра закончилось, а штурмовик по-прежнему удалялся. Решив, что хватит издеваться над ребенком, послал эвакуатор — по сути обычный бот с навешенным манипулятором.

— 48 —

Немного позже я сидел в своей каюте и думал. Просто не знал, как поступить. Противник был успешно взят на абордаж, и потерь в живой силе мы не имели. Незначительные повреждения скафандров и дроидов не в счет — это «лечится» на коленке. Смущало меня другое. Наши бравые парни захватили целых четыре «языка», включая капитана, и Колесников их шустро расколол. Впрочем, бандиты особо и не запирались. Плюс к этому мы сняли информацию с бортового искина корабля работорговцев. Сам по себе захваченный корабль особой ценности не представлял, если только как сырье — наш бортовой шахтерский комплекс вполне мог распустить его на металлы. Груз — три сотни анабиозных капсул. Этого добра нам тоже не надо — уровень технологий ниже плинтуса. Невольно усмехнулся — однако… быстро я освоился. Еще недавно и этот пират показался бы фантастикой. Но дело было не в этом. Проблема в информации, полученной от пленных и искина. И вот я сидел и думал — как довести ее до Ари? Ведь сейчас она закончит возиться со своим недоделанным, но достаточно эффективным штурмовиком, заскочит в душ, придет ко мне и спросит — ну, чего мы навоевали, Капитан? Врать я ей не смогу, да и не стану… Но как сказать правду? Открылась дверь и вошла Ирина. Ничего не говоря, она села рядом. Через пару минут зашел Сергей Михайлович, а за ним потянулся и остальной костяк команды — Витька, Стимул, Шкет, Серый… К моменту, когда веселая и возбужденная Ари ворвалась в мою каюту, та была полна звенящей тишиной и группой сумрачных людей, отводящих глаза от Ари и друг от друга. Мысленно выругался — пора. Должность капитана — это не только привилегии. Я встал и произнес:

— Ари, я обязан тебе это сказать. Мы допросили пленных и взломали бортовой искин трофея. К сожалению, тут не может быть ошибки. В этом мире, Джоре нет — они легенда. Никто и никогда их не видел, хотя попадаются артефакты этой цивилизации. Они очень дорого стоят.

Чем больше я говорил, тем ниже опускались плечи девчонки, но останавливаться было нельзя, я не смогу сделать это еще раз.

— Современный мир состоит из нескольких государств, среди которых имеются и с рабовладельческим строем. Объединение этих государств носит самоназвание — Содружество. Уровень технологий, насколько нам удалось выяснить, значительно уступает нашему… уровню Джоре. То корыто, что мы захватили, достаточно продвинуто по меркам Содружества…

Я растерянно замолчал. На Ари было больно смотреть. Не было никаких сомнений или недоверия — она поверила сразу. Двигаясь непривычно неловко, девушка повернулась и медленно вышла из каюты.

Обвел недобрым взглядом находящихся в каюте людей:

— Ну, господа-товарищи, что делать с девчонкой? Что молчите?

Первым отреагировал Стимул. Он, почему-то виновато, посмотрел на Ирину и произнес:

— Олег, успокаивать Ари нужно тебе. Ей сейчас нужна жилетка — выплакаться. Ты самая подходящая кандидатура.

Народ согласно закивал, даже Ирина, грустно усмехнулась и произнесла:

— Иди, милый, пока она глупостей не натворила.

У меня тоже мелькнула такая мысль — в шоковом состоянии люди способны на необдуманные поступки. Думаю, Ари тоже — она не железная.

— 49 —

Дверь в каюту Ари была заперта, но не для меня — капитанский доступ никто не отменял. Девушка навзничь лежала на кровати и рыдала навзрыд. Подошел и осторожно провёл рукой по плечу, в ответ огрызнулись:

— Оставьте меня!

Я осторожно произнес:

— Ари, послушай меня.

Сказать мне ничего не удалось. Девчонка на секунду очнулась:

— Олег?

И, повиснув у меня на шее, заревела вновь. Так она в итоге и уснула, на пропитанном слезами кителе, обхватив меня за шею и, временами, нервно вздрагивая. Постаравшись устроиться поудобнее, я осторожно погладил Ари по голове. Да уж, вот кому не позавидуешь — в один миг узнать, что твоя цивилизация больше не существует. Даже не знаю, как бы я сам воспринял подобное известие. Влить бы в нее грамм сто — сто пятьдесят водки как антистрессовый препарат, но не будить же беднягу для этого. Пусть спит. Что там себе Ирина думает, интересно.

Проснулся спустя, — нейросеть подсказала — пять часов. Сам не заметил, как задремал. Ари по-прежнему сопела на плече. Надо выбираться. Осторожно приподняв голову девушки, я аккуратно сполз с кровати и на цыпочках вышел. По пути к своей каюте, дал поручение Ариду присмотреть за девушкой, и сообщить, когда она проснется.

Ирина меня ждала. На экране, точнее на стене, ведь вся стена и была экраном, крутилась старая земная комедия, почему-то без звука. На журнальном столике, возле дивана, на котором расположилась девушка, стояла початая бутылка текилы. Хорошо так початая. Из крепких напитков, Ирина предпочитала именно этот. Она взглянула на меня:

— Не говори ничего. Я знала, что рано или поздно это произойдет…

Сделал вид, что не понял:

— О чем ты, солнце?

Девушка встала и почти не шатаясь подошла ко мне:

— Все ты понял! Я об Ари.

Привлек ее к себе и мягко сказал:

— Перестань, я просто уложил ее спать. Ты же не думаешь, что я стану тебе изменять так демонстративно?