Проверка на прочность - Дмитрий Даль

   Завид взял стержнемет наизготовку и бросился назад, к избе.

   Змеи показались в тот момент, когда ему удалось отвалить в сторону труп Ивана, блокировавший дверь. Завид встретил трех ворогов сплошным огнем, опустошая магазин. Змеи даже не успели огрызнуться в ответ. Так и полегли в некошеную траву возле проломленной изгороди, которую Ивач так и не собрался обновить.

   Отворив дверь, Завид поймал вырвавшуюся на волю Любаву, жену Ивача. Она слышала выстрелы и успела сообразить, что беда приключилась. Увидев мертвого мужа, она залилась слезами и бросилась к нему, но ведуну удалось перехватить ее. Он встряхнул женщину, пытаясь привести ее в чувства. Не получилось. Тогда Завид отвесил ей несильную пощечину.

   - Очнись. Детишек спасай. Ему уже не поможешь.

   Это подействовало. Любава прекратила рыдать и посмотрела осмысленно на Завида.

   - Бери детей. И выходи. Я жду.

   Любава метнулась назад в избу.

   Завид отщелкнул обойму. Со стрежнями туго. Обойма почти пустая. Отбросив в сторону оружие, он подбежал к мертвому змею и содрал с него оружие. Отщелкнул обойму, взглянул. Странная конструкция. Эта штука явно не стержнями стреляет. Но на это плевать, главное, что стреляет.

   Разоружив трупы, Завид осторожно подкрался к проломленной изгороди (дед Мошкарь на пьяные глаза буянить начал, да вот и завалил загородку) и выглянул. Змеи рассредоточились по всей деревни. То тут, то там раздавались выстрелы. Враги, воспользовавшись внезапным нападением, уничтожали деревню. Мужики спросонья ничего не могли им сделать. Зачастую они падали замертво в двух шагах от своей избы. Скоро вся деревня окажется в руках Змеев.

   Гнев застил разум Завида. Он выскочил из укрытия, собирая в руки всю внутреннюю магическую силу. Его появление заметили четверо врагов, стоявшие в оцеплении. Они обернулись к нему, и в этот момент Завид раскинул руки, заканчивая плетение силы. Поток энергии выплеснулся, сметая все на своем пути. Змеев слизнуло, не оставляя от них ничего, даже кусочка металла от доспеха. Изгородь двух ближайших изб разлетелись в стороны, как стог сена. Одна из жердин, словно копье, пробила вывернувшего из-за угла Змея насквозь. Одна изба покачнулась и развалилась - вот силища проснулась! Думать не хотелось, что случилось с теми, кто остался внутри.

   Завид оступился, чувствуя, что силы в нем почти не осталось. Как бы ноги унести. Тут уже не до сражения, а супостаты, привлеченные взрывом, уже выбегали со всех сторон, норовя окружить ведуна. Как же их все-таки много. Завид попытался поставить морок, но силушки не хватило, и мираж вышел кривовато. Пусть такой, но глаза врагов отведет и хоть не надолго, но задержит. Ведун пошатнулся и стал заваливаться на бок...

   Чьи-то теплые руки подхватили его и не дали упасть. Он увидел, склонившееся над ним лицо Любавы, и вспомнил о том, что оставил Ладу в постели. Как же она? Он должен вернуться за ней. Мысль потекла, исчезая в растворяющемся сознании.

   Любава не только не дала ему упасть. Но и в чувства привела, отвесив весомую пощечину. Ну и тяжелая рука у бабы. Завид встрепенулся. Он все еще был очень слаб, практически обессилел, но надо было бежать, пока Змеи плотно не обложили.

   Возле Любавы похлипывали двое малых мальчишек, сыновья Ивача.

   - Уходите околицей в сторону леса. На опушке, возле лешачьей полянке встречаемся, если разминемся.

   Любава кивнула.

   Они обогнули избу, выбрались на соседнюю улицу. Первым выглянул Завид. Вроде чисто. Любава с детьми шмыгнула в соседний двор. Завид прикрывал их. До опушки леса оставалось совсем ничего. Пару дворов. Тут уже Любава и сама может справиться. Он отдал ей один из чужих стержнеметов.

   - Ты куда? - испуганно спросила она.

   - Я за Ладой вернуться должен, - выдохнул Завид, оборачиваясь в сторону своего дома.

   И тут полыхнуло. Столбы огня взметнулись к небу. Сомнений быть не могло. Это горел его дом. Один за одним вспыхнули еще дома. Похоже, Змеи намерены сжечь деревню.

   Завид дернулся было к своему дому, но Любава схватила его за плечо и резко обернула к себе. Ничего себе сильна баба.

   - Ты уже ей не поможешь.

   - Я должен, - он посмотрел на нее с ненавистью.

   - Дома горят. Там полно врагов. Ты и сам погибнешь, и мы сгинем. В лесу одна с детьми. Мне страшно...

   Что-то сомнительно, что эта железная женщина, настоящая жена кузнеца, могла чего-то бояться.

   - Лада совсем не дура. А у вас и подпол большой. Она наверняка там спряталась. Когда здесь все закончится, мы вернемся и поищем ее.

   Завид понимал, что это слабое утешение, но и бросить Любаву одну он не имел права. У нее пара сынишек. Их трое, а Лада одна. И их он может спасти, а вот как с Ладой получится, не известно. К тому же она может уже мертва.

   В горло странно запершило, а веки предательски дрогнули, закрыв глаза. Он отказывался в это верить.

   - Надо идти, - потянула его за руку Любава.

   Огонь разливался по деревне. Ведун поборол себя, широко раскрыл глаза, отгоняя слезу.

   - За мной! - рявкнул он, увлекая Любаву и детишек за собой.

   Утро выдалось дивным. После серых непроглядных дождей, с утра выглянуло солнышко, согревшее продрогшую землю. Край Долуда проснулся задолго до утренней побудки, и как это водилось за ним, выскочил в одном исподнем на площадь перед дружинными казармами. Поприседав, он сделал несколько кругов вокруг плаца, полсотни раз отжался, после чего бросился бегом к колодцу. Вытянув ведро, он встал, набрал воздуха в легких и опрокинул ведро ледяной воды на себя. Аж дух захватило! Но от этого кровь быстрее заструилась в жилах, моментом ушли остатки сна. Теперь стяжник Край Долуда был готов к службе. Осталось дело за малым, разбудить бойцов и устроить им утреннюю разминку.

   Военная крепость "Мельничный ручей" находилась на границе между землями, принадлежащими боярским родам ур-Ламов и ур-Камыдов. Здесь была сосредоточена система ПВО данного сектора, бронесамоходный полк и полтысячи пехотинцев.

   Вернувшись в казарму, Край стянул с себя мокрое исподнее и облачился в форму. Застегнувшись на все пуговицы, он затянул вокруг пояса кожаный ремень с кобурой, внутри которой лежал пистолет, пристегнул за спину горизонтальные ножны с родовым мечом, и нахлобучил на голову меховую шапку. Оценив свой внешний вид в зеркало, стяжник остался доволен увиденным. Староват, конечно, стал, вон и морщины лицо испещрили, не то, что несколько лет назад, когда у него была жена и сын: Ольга и Игорь, но ничего. Он еще поборется за место под солнцем.

   Стареть Край стал аккурат после гибели жены и сына. Ему тогда еще не успело исполниться пяти лет. Накануне дня рождения отпрыска, в месяц лютый[26] Ольга поехала к родителям. Он сам провожал ее на вокзале, и не знал тогда, что видит их в последний раз. Поезда не доехал до города Изборска, вотчины бояр Маловичей. На подходе к городу, взрыв буквально разметал в щепку и стружку несколько вагонов, другие сошли с рельс, налезли друг на друга... Погибших тогда исчисляли десятками. В этот траурный список попали и Ольга с Игрем. Официальная сводка говорила о подвижке грунтовых пластов, в результате которой произошло смещение рельсов и их разрыв...

   Край затряс головой, избавляясь от воспоминаний, и отвернулся от зеркала. Почитай три года уж прошло, а он ничего не забыл. Если бы не служба, то свихнулся бы окончательно.

   Когда он вышел из своей комнаты, в казарме зазвучала сирена побудки. Она пропела положенные двадцать секунд, после чего торжественно зазвучал княжеский гимн.

   Мы родины своей   Отважные сыны.   Мы встанем как один   И двинуться полки.   В сердцах своих мы веру   Отцовскую храним.   И ворогу любому   Отпор всегда дадим.

   Не успел еще закончится второй куплет, как казарма наполнилась грохотом, топотом сапог и громкими командами десятников. Довольно осклабившись, Край вышел на плац, вытянул за цепочку из кармана полукафтана хронометр и, зажав его в левой руке, стал следить за стрелками. Из казармы выбегали и строились дружинники, а он не отрывал взгляд от циферблата. Наконец, когда стрелки остановились на делении 6, означавшее шесть утра, Край вернул хронометр в карман и пристально осмотрел выстроившиеся в пять колонн по десять дружинников.

   Все были на местах. Ни одного опоздавшего. Хорошо для новичков. Управились. А то в первое время после прибытия, не всем по утрам бередила нервы сирена побудки. Кто-то умудрялся под такую музыку блаженно спать дальше. Пришлось с этим бороться. Хорош боец, если во время авиа-налета врага он одеяло между ног тискает, словно желанную милку.