Весь Роберт Джордан в одном томе - Роберт Джордан

заметила Эгвейн, "очевидным фактом остается, что я - та среди нас, кто самый опытный в Тел'алан'риоде. Вы обе прокачались, но я имею больше опыта." "К тому же, я - не только лидер Айз Седай, я - инструмент, которым Белая Башня должна пользоваться". Она колебалась, "я мечтаю об этом, Найнив. Если мы не завалим Месану здесь, всё может быть потеряно. Все будет потеряно! Это - не время, чтобы переживать за инструмент, его цена не имеет значения"

Найнив потянулась к косе, но она пока была до плеча. Она стиснула зубы. "Ты можешь быть приманкой. Но мне это не нравиться."

"Аил ходящие по снам" сказала Суан. "Мать, Вы сказали, что будете встречаться с ними. Они могли бы помочь? Я чувствовала бы себя намного лучше, если бы знала, что они присмотрят за Вами в этой битве."

"Да," сказала Эгвейн. "Хорошее предложение. Я свяжусь с ними, прежде чем мы встретимся и сделаем запрос, на всякий случай."

"Мать," сказала Найнив. "Возможно Ранд—"

"Это дело Башни, Найнив", сказала Эгвейн. "Мы управимся с этим"

"Очень хорошо."

"Теперь," Эгвейн продолжала, "нам необходимо решить, как правильно распространить слухи, так, чтобы Мессана не смогла устоять против того, чтобы прийти подслушать..."

Перрин заставил кошмар начаться. Воздух искривился вокруг него, и городские дома - на сей раз, для разнообразия, с плоскими кайриэнскими крышами, - исчезли. Дорога под его ногами размягчилась, затем превратилась в жидкость.

Он плюхнулся в океан. Снова вода? - подумал он с досадой.

Темно красная молния обрушилась с неба, бросая по всему морю волны кроваво-красного света. Каждая вспышка высвечивала смутных существ, которые скрывались под волнами. Массивные твари, злые и извивающиеся под ударом алой молнии.

Люди цеплялись за обломки того, что когда-то было кораблем, крича от ужаса и оплакивая близких. Мужчины на сломанных досках, женщины, пытавшиеся держать своих детей над водой, когда высокие волны нависали над ними, трупы, качавшиеся как мешки с зерном.

Твари под волнами атаковали, хватая людей с поверхности и утаскивая их на глубину, с их плавников летели брызги, и искрились бритвено-острые зубы. Вскоре вода запузырилась краснотой, источником которой были не молнии.

Тот, кому снился этот кошмар, обладал особо извращенным воображением.

Перрин отказывался быть втянутым в него. Он подавил свой страх и не стал плыть к одной из тех досок. Это не реально. Это не реально. Это не реально.

Несмотря на понимание, часть его знала, что он погибнет в этих водах. В этих ужасных, кровавых водах. Стоны других терзали его, и он очень хотел попытаться им помочь. Они не были настоящими, он знал это. Просто вымысел. Но это было трудно

Перрин стал подниматься из воды, волны превращались обратно в землю. Но вдруг он вскрикнул, когда что-то задело его ногу. Сверкнувшая молния расколола воздух. Женщина рядом с ним скользнула под волны, невидимые челюсти утащили ее. Запаниковавший Перрин вдруг снова оказался в воде в мгновение ока, всплыв в совершенно другом месте, одна рука была перекинута через обломок.

Это иногда случалось. Если бы он хоть на секунду дрогнул, позволив себе принять кошмар за реальность, это затянуло бы его и поместило в свою страшную мозаику. Нечто двигалось под водой неподалеку, и он отплыл подальше для начала. Одна из бушующих волн подняла его в воздух.

Это не реально. Это не реально. Это не реально.

Вода была такой холодной. Что-то снова коснулось его ноги, и он вскрикнул, затем захлебнулся, когда проглотил полный рот соленой воды.

ЭТО НЕ РЕАЛЬНО.

Он находился в Кайриэне, в лигах от океана. Тут была улица. Твердые камни под ногами. Запах выпеченного хлеба из соседней пекарни. Вдоль улицы протянулся ряд небольших тонкостволых ясеней.

Зарычав, он вцепился за это знание, как люди вокруг него держались за свои обломки. Перрин сжал руки в кулаки, сосредоточившись на реальности.

Под его ногами были булыжники. Не волны. Не вода. Никаких зубов и плавников. Он снова медленно поднялся из океана. Перрин вышел из него и поставил ногу на поверхность, чувствуя твердый камень под своим сапогом. Вторая нога последовала за первой. Он очутился на небольшом плывущем каменном круге.

Нечто огромное выросло из воды слева от него, крупный зверь - полу-рыба, полу-монстр, - с пастью настолько широкой, что человек мог пройти в нее не пригибаясь. Зубы были размером с ладонь Перрина, и они сверкали, кровь стекала с них.

Это не было настоящим.

Существо взорвалось туманом. Брызги окатили Перрина, а затем моментально высохли. Кошмар вокруг него изогнулся, пузырь реальности выталкивал его. Темное небо, ледяные волны, кричащие люди расплывались как мокрая краска.

Не было никаких молний - он не видел их свет под веками. Не было грома. Он не мог слышать грохот. Тут не было волн, не в центре не имевшего выхода к морю Кайриэна.

Перрин резко распахнул глаза, и весь кошмар распался на части, исчезая как ледяная корка под лучами весеннего солнца. Вновь появились здания, вернулась улица, волны схлынули. На небо вернулась кипящая черная буря. Яркая белая молния сверкнула в ее глубинах, но без грома.

Невдалеке на улице сидел Прыгун. Перрин подошел к волку. Разумеется, он мог бы тот час же прыгнуть туда, но ему не нравилась идея делать все так просто. Он мог бы поддаться этому, когда вернется в реальный мир.

-Ты становишься сильнее, Юнный Бык, - послание Прыгуна было одобрительным.

-Я трачу слишком много времени, чтобы стать спокойным, - сказал Перрин, бросая взгляд через плечо.

-Каждый раз, когда Я проникаю это требует от меня несколько минут, чтобы взять контроль. Я должен быть быстрее . В бою с Губителем, несколько минут это слишком много.

"Он будет не таким сильным, как это."

-Он все еще сильнее меня, - сказал Перрин.

-У него были годы для обучению контролю за волчьим сном. Я же только начал.

Прыгун улыбнулся.

Юнный Бык ты начал уже тогда, когда в первый раз пришел сюда.

- Да, но я начал обучение всего несколько недель назад

Прыгун продолжил смеяться. Он был прав, по-своему. Перрин провел два года в подготовке, посещая волчий сон по ночам. Но ему все еще нужно было учиться столько, сколько вообще возможно. В некотором смысле, он был рад отсрочке суда.

Но он не мог мешкать слишком долго. Последняя охота надвигалась на них. Многие волки бежали на север; Перрин чувствовал, как они проходят. Бегут к Запустению, к Приграничью. Они двигались, как в реальном мире так и в