История про одолженную жизнь. Том 3 (СИ) - Иванов Александр Анатольевич

— Что я должен буду сделать? — тут же спросил он, а я внимательно вгляделся в его лицо

Нет, он не играет. Он совершенно серьезен. Однако, глядя на него, я никак не мог поверить в то, что наш разговор происходит в реальности, и что это — не театральная постановка. Я сейчас будто наблюдал сценку пьесы, где отважный рыцарь предлагает юной даме свою помощь.

— Скажи, Андрей, есть ли у тебя возможность достать незарегистрированный видеофон, и кое-что еще? Или, по крайней мере, зарегистрированный не на твое имя и не на имя твоих родных? — спросил я, выжидательно посмотрев на него

Услышав мою просьбу, юноша встал со своего места и не спеша подошел к пианино, усевшись на круглый табурет. Отрегулировав его высоту, он начал наигрывать незнакомый мне мотив.

Я ему не мешал. Встав рядом с инструментом, я молча слушал музыку, которая внезапно нашла отклик в моей душе. Я на секунду отвернулся, ибо на моих глазах выступили слезы. Непритворные. Всамделишные.

Это длилось совсем недолго, и через считанные мгновения я снова взял себя в руки, подавив ненужные эмоции.

— Вы из какого класса и почему не на уроке?

Мы оба вздрогнули и обернулись на незаметно вошедшую в кабинет музыки женщину. Типичнейшая учительница. Строгое выражение на интеллигентном лице, очки…

— Здравствуйте, — улыбнувшись вошедшей, вежливо, как и полагается примерной школьнице, поздоровался с ней, сказав затем, — мы из восьмого заочного и у нас сейчас контрольное занятие по физической культуре. Мы освобождены от физических нагрузок и предупредили учителя о том, что будем дожидаться следующего занятия в этом музыкальном классе. Так что, пока у нас есть свободное время, мы решили немножко помузицировать…если вы не против

— Нет, конечно, музицируйте. Как вас зовут?

— Меня зовут Кайей. Филатовой Кайей, — представился я

— Аа яя Аарсееньев Аандрей, — в свою очередь представился юноша

— Хорошо, — сказала женщина, добавив, — только до конца урока по школе не ходите

Сказав это, она вышла, прикрыв за собой дверь.

Я улыбнулся слегка напрягшемуся юноше, подмигнув ему.

— Сыграй, пожалуйста, еще чего-нибудь, — попросил я и Андрей исполнил какую-то совершенно невероятную по мощи и энергетике мелодию

— Ого! — я искренне похлопал в ладошки, ибо и сама музыка, и уровень ее исполнения, были какими-то ну просто запредельными, — А говоришь, что играть умеешь «немного«…обманываешь барышню!

Юноша улыбнулся такой светлой и искренней улыбкой, что мне вновь пришлось глядеть в пол, успокаивая сердечко Кайи…

— Ввсе пппознается в сссравнееении, — ответил он, пожав плечами

Юный, блин, философ…

— Подожди секунду, — сказал я и выглянул в коридор, дабы убедиться, что за дверью никого нет

И когда я вернулся, Андрей был уже собран и серьезен.

— Вво-ппервыых, — сказал он, — неезаррегистриировааааный виидеофоон, тыы доостать не ссмоожеешь…

Я поднял руку, останавливая его. Длинные фразы давались юноше явно с трудом, и слушать их со всем вниманием было тоже крайне непросто, поэтому, я негромко произнес:

— Не надо говорить об этом вслух, а то мало ли что…, — я обвел взглядом музыкальный класс

— Тыы пправва…, — сказал он и достал, из своего очевидно дорогущего кожаного портфеля, бумагу и пенал.

Я присел за пианино, рядышком с ним, так что мой локоть слегка касался его, от чего у юноши участилось дыхание. Опустив крышку клавиатуры, и положив на нее письменные принадлежности, он начал писать:

«Ты не сможешь достать незарегистрированную аппаратуру для выхода в Коммуникационную Сеть…», — прочитал я предложение, написанное красивым и ровным почерком, «…а если кто и предложит подобные устройства, знай, что передают их тебе с ведома и под контролем специальных служб! И что пользоваться ими нельзя ни в коем случае! Даже просто брать в руки опасно, а то мало ли что!»

«А разве покупка подобных устройств — это не просто вопрос денег?» — написал я ответ

«Покупка в магазине???» — в свою очередь задал он вопрос эпистолярным способом

Я кивнул.

Юноша, прочтя то, что я написал, явно боролся со смехом, но изо всех сил сдерживался, опасаясь меня обидеть.

— Можешь смеяться, — милостиво разрешил я, — не обижусь, не переживай на этот счет

Однако юноша смеяться не стал, сумев побороть приступ смеха. Вместо этого он написал:

«Фабрики, производящие разные штуки, с возможностью выхода в Сеть, делают их строго в рамках заключенного контракта. Для кого-то конкретного. В основном, конечно, для различных торговых предприятий. Подобная аппаратура проходит регистрацию сразу, в момент производства. И когда ты покупаешь себе видеофон или что-то вроде того, то он УЖЕ зарегистрирован. На ответственное лицо предприятия, заказавшего партию этих штуковин. И при покупке просто происходит перерегистрация на твое имя. То есть, никаких незарегистрированных устройств в магазине нет и быть не может».

«Ты немало знаешь об этом», — написал я

«Моя Семья занимается, в том числе и подобным», — был ответ

Производят или торгуют? Я не стал спрашивать.

«А достать «неучтенку» на фабрике? Возможно?»

И тут Андрей уже рассмеялся в голос.

— Ппрости…, — сказал он, отсмеявшись

— Да ладно, я, наверное, глупые вопросы задаю, — ответил я, дружелюбно улыбаясь

«Кайа, деньги в нашем мире решают очень многое, конечно, но далеко не все…», — написал он (а мое имя вывел особенно красивыми буквами), — «…для производства любого оборудования, так или иначе связанного с работой в Сети, необходима государственная лицензия и контроль со стороны государства за всем процессом осуществляется самый серьезный. Как думаешь, сколько денег нужно предложить владельцам фабрики, чтобы они вдруг решились на что-то такое, за что у них запросто смогут отобрать лицензию, а их самих отправить на каторгу?»

«Думаю, что просто за деньги они этого делать не станут…», — ответил я

«Вот именно! И если тебе предлагают подобное, будь уверена на 100 %, что это специальные службы затеяли с тобой какую-то свою игру, ведь те из высоких персон, у кого имеются в личном пользовании подобные штуки никогда и ни за что тебе их не дадут! Незарегистрированное — скорее всего не означает безнадзорное!»

«То есть, подобное устройство, по факту, тоже именное?» — уточнил я

«Я практически уверен в этом, хотя доподлинно, естественно, знать не могу. Государственная тайна. Но знаю другое. То, что никто из знатных, кем бы он или она ни были, и у кого гипотетически могут иметься подобные штуки, не дадут их тебе, если существует хотя бы малейшая вероятность того, что найденное у тебя устройство может указать конкретно на них! Ведь если за передачу своего зарегистрированного устройства другому лицу, без перерегистрации, положен лишь большой денежный штраф, если только с его помощью не совершено какое-либо преступление, то за незаконную передачу незарегистрированного устройства, если таковое по какой-то причине положено иметь — могут обвинить даже в подготовке мятежа, я про такое слышал. Никто и никогда, из людей твоего сословия, не станет из-за тебя рисковать своей репутацией и всем прочим».

«Понятно. А есть ли возможность достать два устройства, оформленных на чужое имя? Ты сможешь это сделать?» — написал я

Прочитав написанное, он на некоторое время задумался, после чего ответил:

«Могу. Только у меня тоже будет просьба. Не спрашивай меня, пожалуйста, КАК я достану все это…Ведь, как ты верно заметила, если не будешь знать, то и тяжкой вины твоей здесь не будет. Максимум — обвинят в незаконном использовании. Когда нужно будет все это достать?»

Ну уж вряд ли незнание освободит от ответственности, — подумал я, прочитав написанное.

«До завтрашнего утра сможешь?» — написал я и улыбнулся парню, передавая листочек

Почесав в затылке, тот написал в ответ лишь одно слово: «Смогу!»

«Сколько денег, примерно, я буду должна?» — поинтересовался я, вполне осознавая, что подобного рода покупки обойдутся как минимум очень недёшево, а налички в моем распоряжении не то чтобы слишком много…