Всевидящее око - Игорь Масленков

При виде богатея следопыт встал и, не зная тонкостей местного этикета, поприветствовал лёгким поклоном.

– Позвольте представить, высокородный господин бардалг Инигард Лидергейдский, начальник городской стражи, – важно произнёс Элидирг, озадачив попаданца. Чем он обязан визиту столь важного чина? Если у него дело к Мастеру, то зачем обсуждать в присутствии посторонних? Но коль д'айдрэ поступил иначе, то разговор наверняка касается всех троих. Начальник городской стражи!

Следопыта осенило. Наверняка пришёл расспрашивать о событиях вчерашнего вечера.

В ответ на речь Элидирга старый Инигард отвесил простой поклон.

– Прошу садиться, господа. – Мастер занял место напротив Алексея, а главный стражник оказался между ними. В том, вне всяких сомнений, заключалась маленькая хитрость хозяина дома. Теперь гость вынужден отражать атаки с двух флангов, вертеть головой, обращаясь попеременно то к Элидиргу, то к следопыту. В довершение ко всему в глаза не бросался испачканный кровью костюм великого герцога.

Инигард принял предложение без возражений, только закряхтел и прокашлялся. Возможно, он раскусил замысел Мастера, но промолчал.

– Мы внимательно слушаем, – продолжил д'айдрэ.

– Да, светлые господа. – Старый служака вновь прокашлялся. – Вчера поздним вечером, знаете ли, неподалеку отсюда произошло прискорбное происшествие. В столице давно не случалось ничего подобного. Кто-то зарубил шестерых человек! Представляете? Шестерых!

– Чего же вы от нас хотите, бардалг? – делано удивился Мастер.

– Тут вот какая штука, высокородный светлый господин Элидирг. Есть сведения, то злопакостное дело учинил кто-то из ваших.

– Позвольте узнать, кем оказались невинные жертвы? Надеюсь, трупы опознаны? – Алексей едва сдержал гнев. Он сразу смекнул, куда клонит имперский чиновник. Только обвинений в убийстве недоставало!

– В том-то и закавыка, светлый господин Аль Эксей. Пятеро паскудников мне хорошо известны. Все они члены тайного «Братства ночи». Есть такая организация в Тамарвалде. Нечто сродни ремесленной гильдии. Только ремесло у них особое. Мастера грязных дел, одним словом. Промышляют убийствами, похищениями людей, воровством, вымогательством…

– Стало быть, город теперь вздохнёт с облегчением? – Следопыт попытался направить беседу в выгодное для себя русло.

– Оно-то так, многоуважаемый светлый господин Аль Эксей. Я бы с радостью наградил храбрецов, ежели бы дело касалось только «Братства ночи». Но, извольте видеть, есть и шестой покойник. Некий мелкий торговец…

– Интересно, что делал поздним вечером мелкий торговец в компании отпетых головорезов? – вставил Элидирг.

– Вот и мне, кхе-кхе, хотелось бы знать. За тем к вам и пришёл.

– Полагаю, о том лучше расскажет светлый господин Аль Эксей. – Элидирг подмигнул следопыту, дал понять, мол, говори, не стесняйся. – Вы, многоуважаемый бардалг, человек чести, преданный слуга императора, а потому от вас секретов держать не станем.

– Благодарю за доверие. И всё же?

– Видите ли, высокородный господин, – начал великий герцог голосом важным и весомым. – Вчера я имел сомнительное счастье встретиться с неким Шидельротом. Надеюсь, имя вам известное?

– Как же, как же! – Глаза чиновника округлились и полезли на лоб. Имя старого прохвоста и ловкача ему было не только хорошо известно, но и вызвало бурю противоречивых чувств – смесь страха, ненависти и отвращения. – Неужели вот так запросто и беседовали? Простите старого служаку. Недооценил. Виноват. Шидельрот никого к себе не подпускает. Всё покушений боится, чтоб его хорс задрал!

– Да, представьте себе. Беседовал. Прямо как сейчас с вами. Шидельрот сделал предложение, от которого я, по его расчётам, не мог отказаться. Вам ведь известны методы работы гильдии?

– Да, натурально. Известны. Это многое проясняет.

– Но Шидельрот ошибся. Я отказался.

– Каково! – вновь удивился Инигард. – Признаюсь, господа, он и меня не раз пытался купить. Однажды предложил пятьсот золотых! Но мне честное имя дороже. Да и голова тоже. Однако я вас перебил. Прошу, продолжайте.

– Да, я отказался. И нисколько не жалею. Сокрушаюсь лишь о том, что не могу раздавить этого гнусного таракана. И, зная методы гильдии, нетрудно понять, Шидельрот не собирался оставлять меня в живых. Вот он и нанял тех пятерых из «Братства ночи».

– Ну а шестой? Он-то кто?

– Представьте себе, мой старый знакомый. Говорят, здесь, в Тамарвалде, у него есть дом и семья. Сам он промышляет… простите, промышлял в Коралтаре. Состоял в братстве «Две молнии». Шпион, тайный соглядатай, а попросту стукач. Работал не только на братство, но и на гильдию, и даже на Моридор!

– Великая Восьмёрка! И за какие грехи мне такая радость на старости лет? – Глаза Инигарда вновь полезли на лоб.

– Верьте, так оно и есть. Наверняка возле тела ваши ищейки нашли арбалет.

– Не скрою, было дело.

– Тот арбалет предназначался для контрольного выстрела. Если по каким-либо причинам убийцы не справятся с заданием, Тун, так звали предателя, должен был поставить жирную точку. Замысел Шидельрота почти удался, но неожиданно вмешалась моя спутница, Кайдлтхэ. Она и уложила тех пятерых. Шестого не успела. Арбалетный болт прошил её насквозь. Потому сегодня она не с нами и пока по делу ничего добавить не может.

– Сожалею. – Инигард искренне опечалился. – Буду молиться о скорейшем выздоровлении вашей подруги. Стало быть, шестой… ваша работа?

– Моя. И какое наказание за то причитается? – В голосе следопыта прозвучали ирония, упрёк и угроза одновременно.

– Сегодня же доложу императору. Думаю, вам назначат награду. Хотя не вполне официальную и довольно скромную. Но коль тут замешана гильдия, я не могу просто так закрыть дело. Люди там влиятельные. Однако, учитывая вновь открывшиеся обстоятельства, постараюсь всё представить пьяной поножовщиной. Благо «Голое колесо» поблизости. Плюс к тому – пустим пергамента по канцелярским лабиринтам. Глядишь, там всё и заглохнет. Но в городе показываться вам не советую. На улицы без особой надобности не выходите. Едва ли гильдия откажется от собственных намерений. Да и неспокойно нынче в столице. Среди черни и ромедерских беженцев начинается брожение, зреет бунт. Даже я, начальник городской стражи, не могу гарантировать вам безопасность… Благодарю вас, господа. Я узнал всё, что хотел. Честь имею. – Инигард встал, поклонился и тяжёлой походкой, поскрипывая кожаной амуницией, зашагал прочь.

Элидирг поспешил проводить гостя.

– Высокородный господин бардалг! – окликнул чиновника Алексей.

– Да, – обернулся сановник.

– Полагаю, в самом ближайшем времени вас ожидает множество неприятных сюрпризов.

– Не сомневаюсь, – как-то холодно, почти отстранённо ответил службист и покинул дом.

Следопыт расслабился, небрежно откинулся на спинку резного кресла и задумался. Визит официального лица столь высокого ранга не сулил ничего хорошего. Вспомнился Орест Януарьевич Баранов. Вот ведь как обернулось. Раньше менты Алексею патроны подбрасывали, а теперь начальник городской стражи к нему на беседу рвётся. И всё же лучше от правоохранителей держаться подальше. Благо Мастер в хороших отношениях с Инигардом. Если он развалит следствие, спустит всё на тормозах, то выйдет очень славно. Славно? Кайдлтхэ едва жива! Чего тут славного?

Вернулся Элидирг, успокоил взволнованного гостя. Инигард обещал всё уладить и не упоминать в служебных записках лишних имён. Да и Кайдлтхэ явно шла на поправку. Угроза жизни, такая явственная вчера, миновала. Элидирг опасался воспаления лёгких и абсцесса. Но пока всё шло хорошо, чему Мастер не уставал удивляться…

Кайдлтхэ очнулась к обеду. Алексей разве что не прыгал от счастья. Девушка хотела пить и есть. После сильного обезвоживания её мучила жажда. И следопыт дважды подносил кубок, который она залпом осушала. И всё же девушка была крайне слаба. Великий герцог помог Элидиргу сделать перевязку. Кайдлтхэ вновь, теперь уже в сознании, предстала нагой перед мужчинами. Но она не противилась, лишь смущённо улыбалась уголками губ. Алексей бережно поддерживал её за спину и руку, а Мастер перевязывал. Те лёгкие прикосновения обжигали, доставляли следопыту особое наслаждение. Он старался быть предупредительным, ласковым и заботливым, не оскорбить лишним взглядом или неосторожным словом, сам стал кормить её с ложки, не доверяя служанке. И в том не было позёрства или притворства. Он не мог поступить иначе, ведь все свои помыслы посвящал только ей.

Рана Кайдлтхэ не кровоточила, почти затянулась, стала покрываться твёрдой тёмной коркой и особых неудобств не доставляла. Девушка только жаловалась, что не может вдохнуть полной грудью. Каждый глубокий вдох отзывался болью.

На следующий день д'айдрэ смогла самостоятельно встать и пройтись по дому. Надобность в сиделке отпала, но Алексей по-прежнему ходил за девушкой хвостом, не желал оставлять её одну даже на минуту.