Весь Роберт Джордан в одном томе - Роберт Джордан

Лан повернулся, его плащ хлопал на ветру за спиной. Трое мужчин приблизились, но не остановились. Они разделились и объехали их с Буленом.

Лан смотрел, как они проезжают мимо.

— Андер? – позвал он. – Что ты задумал?

Один из троих – худой, опасный на вид мужчина – оглянулся через плечо. Его длинные волосы были убраны назад с помощью хадори. Прошло много лет с тех пор, как Лан в последний раз видел Андера. Было похоже, что он, в конце концов, избавился от своей кандорской формы. На нём был кожаный охотничий костюм, а сверху накинут длинный черный плащ.

— А, Лан, – ответил Андер, и все трое натянули поводья, осаживая коней. – Я тебя и не заметил.

— Уверен, так и есть, – ровно ответил Лан. – И ты тут, Назар. Ты ведь снял свое хадори ещё мальчишкой. А теперь надел?

— Я волен поступать, как захочу, – заявил Назар. Он постарел, волосы побелели. Ему, должно быть, уже минуло семьдесят, но он был при мече – тот был прикреплён у седла.

Третий мужчина, Раким, не был малкири. У него были раскосые глаза салдэйца, и в ответ на слова Лана он смущённо пожал плечами.

Лан коснулся рукой лба и закрыл глаза. Троица ускакала вперёд.

Что за нелепую игру они ведут? «Неважно», – подумал Лан, открывая глаза.

Булен раскрыл было рот, собираясь что-то сказать, но Лан остановил его свирепым взглядом. Он свернул с дороги на юг, срезая путь по небольшой старой тропе.

Вскоре он услышал позади приглушенный цокот копыт. Повернувшись, Лан увидел всех троих, по-прежнему скачущих следом. Стиснув зубы, Лан остановил Мандарба.

— Я не поднимаю Золотого Журавля!

— А кто сказал, что ты поднял? – возразил Назар. Они снова объехали его и ускакали дальше.

Лан пришпорил Мандарба и догнал их.

— Тогда перестаньте следовать за мной!

— Когда я проверял в последний раз, мы были впереди тебя, – заметил Андер.

— Вы свернули на эту дорогу следом за мной, – упрекнул их Лан.

— Дороги тебе не принадлежат, Лан Мандрагоран, – заявил в ответ Андер. Он бросил взгляд на Лана, лицо его было скрыто ночной тенью. – Если ты не заметил, я уже не тот мальчишка, которого давным-давно бранил Герой Салмарны. Я стал солдатом, а солдаты нужны везде. Так что если захочу, я поеду этим путем.

– Я приказываю тебе повернуть назад, – сказал Лан. – Ищите другой путь на восток.

Раким рассмеялся. Его голос, несмотря на прошедшие годы, оставался хриплым.

— Лан, ты больше не мой командир. Почему я должен подчиняться твоим приказам?

Остальные ухмылялись.

— Конечно, королю мы бы подчинились, – заметил Назар.

— Верно, – согласился Андер. – Если он прикажет нам, то возможно, мы подчинимся. Но я не вижу здесь короля. Или я ошибаюсь?

— У павшего народа не может быть короля, – произнёс Лан. – Без королевства нет и короля.

— И всё же ты скачешь, – сказал Назар, щёлкнув поводьями. – Скачешь навстречу смерти туда, где, как ты утверждаешь, больше нет королевства.

— Такова моя судьба.

Все трое мужчин пожали плечами и тронулись в путь.

— Не глупите, – мягко сказал Лан, останавливая Мандарба. – Этот путь ведёт к смерти.

– Смерть легче перышка, Лан Мандрагоран, – крикнул Раким через плечо. – Если впереди только смерть, тогда путь будет легче, чем я думал!

Лан заскрипел зубами, но что он мог поделать? Избить всех троих до потери сознания и оставить у дороги? Он чуть пришпорил Мандарба.

И где прежде было двое, там стало пятеро.

* * *

Галад завтракал, когда заметил, что Чадо Байар пришел поговорить с ним. Завтрак был простым: овсянка с горстью изюма. Обычная солдатская еда, завидовать нечему. К столу некоторых Лордов Капитанов-Командоров подавалась еда намного лучше, чем ели их подчиненные. Но Галад был не из таких. Особенно сейчас, когда в мире столько голодающих.

Чадо Байар ждал официального приглашения внутри шатра. На тощем мужчине со впалыми щёками был белый плащ и табард поверх кольчуги.

Наконец Галад отложил ложку и кивнул Байару. Солдат подошёл к столу и снова встал по стойке смирно. В шатре Галада не было лишней мебели. Его меч, точнее, меч Валды, лежал прямо на столешнице за деревянной миской. Он был немного вытащен из ножен. Из них выглядывала цапля, а на отполированной стали отражалась фигура Байара.

— Говори, – разрешил Галад.

— У меня есть новости о той армии, милорд Капитан-Командор, – произнес Байар. – Они почти точно там, где указали нам пленники. В паре дней пути отсюда.

Галад кивнул.

— У них поднят флаг Гэалдана?

— Вместе с флагом Майена. – В глазах Байара сверкнула искра истового рвения. – А также знамя с волчьей головой, хотя мне доложили, что вчера поздно вечером они его убрали. Златоокий там. Наши разведчики в этом уверены.

— Он и в самом деле убил отца Борнхальда?

— Да, милорд Капитан-Командор. Я уже знаком с этой тварью. Он со своими войсками явился из местности под названием Двуречье.

— Двуречье? – уточнил Галад. – Как странно, но в последнее время это место на слуху. Не оттуда ли появился ал’Тор?

— Говорят, оттуда, – ответил Байар.

Галад потёр подбородок:

– Там выращивают неплохой табак, чадо Байар, но я не слышал, чтобы они собирали урожай из армий.

— Это темное место, милорд Капитан-Командор. Мы с Чадо Борнхальдом провели там некоторое время в прошлом году. Оно кишмя кишит Приспешниками Тёмного.

Галад вздохнул.

– Ты рассуждаешь, как Вопрошающий.

— Милорд Капитан-Командор, – настойчиво продолжил Байар. – Милорд, пожалуйста, поверьте мне. Я не просто предполагаю, тут совсем другое.

Галад нахмурился. Потом махнул в сторону второго табурета, стоявшего у стола. Байар сел.

— Объяснись, – приказал Галад. – И постарайся рассказать все, что тебе известно о Перрине Златооком.

* * *

Перрин мог вспомнить время, когда его устраивал простенький завтрак из сыра и хлеба. Но теперь все было иначе. Быть может, повлияла его связь с волками, или просто его вкусы со временем изменились. Отныне ему хотелось мяса, особенно по утрам. Это получалось не всегда – вот и отлично. Но, как правило, просить ему не приходилось.

Так случилось и сегодня. Он встал, умылся и увидел входящую служанку с огромным куском окорока, ароматным и сочным. Никаких бобов, никаких овощей. Никакой подливки. Просто окорок, натёртый солью и подрумяненный на огне. И пара вареных яиц в придачу. Служанка