Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

Но оказавшись рядом, мальчик сказал совсем другое, то, что предназначалось только мне.

— Он не так силён, как старается вам показать. Сегодня чуть раньше я нашел его на полу у камина, когда он пытался встать. Ему было тяжело взять меня за руку. И ещё тяжелее вытерпеть боль, пока я помогал ему подняться. Вы видите, что он может ходить и подниматься с кровати или кресла. Но с пола он встать не может. — И тем же шепотом добавил: — Вот теперь гораздо лучше.

— Спасибо, — ответил я, так чтобы и меня было слышно. Я поймал его руку и кратко пожал. Я был уверен, что он поймет невысказанную признательность. Гнетущие новости. Однако ещё больше меня угнетало то, что мой друг скрывал от меня, насколько он был слаб. С тяжелым сердцем я спустился по лестнице в свою комнату.

Стоило мне только закрыть потайной ход, как я услышал громкий стук в дверь своих покоев.

— Минутку, — крикнул я.

Через дверь до меня донесся голос Риддла:

— Это на минуту больше, чем я могу тебе дать.

Как только я открыл дверь, он сообщил мне:

— Меня послали найти и привести тебя вниз к обеду вне зависимости от твоих возражений и того, как ты выглядишь. Хотя мне кажется, что ты неплохо поработал над собой.

— Ты тоже, — ответил я не менее колкой любезностью, потому что на самом деле Риддл выглядел как обычно. Воротник и манжеты его белой рубашки были оторочены пурпуром — цветами Кетриккен. На нем были черные брюки. Меня кольнула зависть от того, что ему было позволительно носить простые сапоги.

Он вздернул подбородок и продемонстрировал мне свой профиль.

— Тебе не кажется, что я уже выгляжу более знатным? Теперь я — кесир Риддл, что, по словам Кетриккен скорее переводится как «слуга», чем «лорд», учитывая взгляды на обязанности правителей в Горном Королевстве. Тем не менее, сегодня ко мне будут обращаться кесир Риддл, и я буду сидеть за королевским столом.

— Тебя отправили сопровождать меня, чтобы я не опоздал? Или меня должны видеть с тобой в подтверждение моего отцовского благословения вашему браку с моей дочерью?

— Вероятно, и то, и другое. Хотя надо признать, это немного странно: ты выступаешь в этой роли, а выглядишь моложе меня.

Я уже запер за нами дверь, иначе я бы точно настоял, чтобы мы вместе вернулись к зеркалу. Я молча изучал его. Риддл был Риддлом, таким, каким я видел его многие годы. Он едва ли выглядел пожилым, но, присмотревшись, я заметил, что вокруг его рта обозначились морщины, а на лбу наметилась плешь. Он неожиданно ухмыльнулся.

— Ты упустил возможность великодушно не согласиться со мной, Том. Ох, это имя тоже пора откинуть? Пойдемте, принц Фитц Чивэл Видящий. Пора спуститься вниз и предстать перед толпой доброжелателей.

Он взял меня под руку и зашагал со мной рядом с таким видом, словно вел меня на виселицу. Пока мы шли по коридору и спускались по лестнице, я постарался вжиться в свою роль. Принц Фитц Чивэл Видящий. Герой. Скромный герой, который десятилетиями жил среди мифических Элдерлингов, возвращается после долгих лет, проведенных в изгнании в Ивовом лесу. Я — сын Чивэла Видящего, племянник Верити. Двоюродный брат короля Дьютифула. Защитник короны. Каким народ, простой и знатный, ожидает увидеть этого доморощенного героя?

Когда мы шествовали по залам мимо зевак, я решил, что буду молчаливым, но не мрачным. Я буду проявлять к людям такой же интерес, как и Уэб, и по возможности стану переводить разговор на собеседника. Я буду помалкивать и внимательно слушать. Пускай скромность по поводу моих подвигов сослужит мне службу, пока мы с Чейдом не решим, какие мои деяния стоит явить публике.

Что это был за вечер! Я заставил всех задержаться, и запоздало сообразил, что из-за меня Неттл сильно разволновалась. Я шёл слева от неё, а Риддл — справа. Когда мы следовали по коридору, ведущему в Большой зал, она шепнула мне, что мне нужно бывать на утренних встречах в башне Верити если я собираюсь вникнуть в события, которые происходят в Оленьем замке. Сегодня, мне следовало подыгрывать Чейду, а если у меня возникнут сомнения, то обратить к ней Скиллом. Я ловко скрыл, что меня веселит её повелительный тон, сделав вид, что увлечен тем, как Риддл пытается взять себя в руки.

Большой зал был убран по случаю. Королевский стол возвышался на помосте так, чтобы все желающие могли наблюдать за трапезой короля и королевы. Рядом располагался второй помост, чуть пониже, который предназначался для избранных придворных, а также герцогов и герцогинь из королевской свиты. Меня успокоила мысль, что он послужит своего рода преградой для неумелого убийцы, который может попытаться устранить меня. В центре зала стоял третий помост, который был украшен еловыми ветками и усыпанным ягодами остролистом, словно мы только собирались отмечать Зимний праздник.

Тут была и Старлинг, которая восседала перед своей арфой в самом необычном костюме, который я когда-либо видел на менестреле. Когда мы вошли, она взяла несколько звучных аккордов, которые соединялись нежным переливом нот. Немного тише она продолжала играть, пока мы рассаживались и паж объявлял каждого из нас по мере того, как мы занимали свои места за столом. Меня представили после Неттл, но перед Риддлом, так что шум голосов, поднявшийся при упоминании моего имени, заглушил ропот, который вызвало объявление Риддла не просто дворянином, владеющим землями, но и мужем Неттл.

Еду подали быстро. Уверен, что она была выше всяких похвал, но я едва замечал её. Я мало ел, а пил ещё меньше, и во все глаза рассматривал Большой зал, как будто никогда не видел его раньше. И вправду, я никогда не видел его со столь выгодного положения. Когда убрали еду и внесли вино и бренди, Старлинг сильнее ударила по струнам и вскоре приступила к новой версии вчерашней баллады. Я заметил, что она немного изменила её; интересно, чья тут заслуга — Чейда или Кетриккен? Сегодня она упомянула шута короля Шрюда, и как он помог Кетриккен сбежать и добраться до отцовского дома. И заслугу Шута, когда он спас меня раненого и вернул Кетриккен. И даже как он помог мне разбудить драконов, которые поднялись на помощь Верити. Мне было приятно, что ему отдали должное перед столь благородным обществом, и жаль, что он не мог присутствовать и слышать все сам.

Ещё больше я был поражен в конце. Когда последние