Сердце Пекла (СИ) - Ирэн Рудкевич

Там, откуда они приехали, виднелись столбы тумана — сразу четыре кластера, расположенные через один, отправились на перезагрузку. А со стороны, куда они держали путь, неслась орда. Нет, не стая и даже не сто стай. Самая что ни на есть орда, насчитывающая десятки тысяч разнообразнейших тварей, не имеющих предводителя и движимых лишь одним-единственным желанием — жрать. Вернее, ЖРАТЬ.

Фронт орды был растянут километра на три, не меньше, и охватывал как дорогу, упёршуюся в бетонные блоки, так и местность, где оказались рейдеры. И только тут Шайтан, наконец, понял, почему его так тянуло именно к этому дому — он был последним из тех, в которые они могли успеть заскочить, чтоб попытаться пережить нашествие орды.

— Зина! — растягивая гласные, заорал Шайтан. — А ну за мной! Живо!

И побежал к торчащей посреди крыши квадратной надстройке, укрытой листами жести. Оказавшись рядом, присел, сложил руки в замок.

— Залезай!

Надо отдать должное Зинаиде, она на глазах превращалась из неопытной свежей в готового ко всему рейдера. Не задав ни единого вопроса, она встала одной ногой на руки внешника, а второй изо всех сил оттолкнулась. Шайтан, крякнув, тоже привстал, подбрасывая женщину вверх. Зина легла животом на постройку, закинула ногу, влезла целиком. И свесила вниз руку.

— Давай!

Шайтан отступил на несколько Шагов, коротко разбежался, оттолкнулся от стены и повис, ухватившись руками за верх постройки. Зина не растерялась, ухватила его за воротник куртки, помогая.

— Что за спешка? — уточнила она, наконец.

— Туда глянь, — показал пальцем Шайтан. — Догадываешься, что это?

Женщина кивнула.

— Чем выше мы будем, тем больше вероятность, что нас не учуют. Но будь готова врубать скрыт, орда пройдёт прямо под нами.

— Но… там же машина… — вдруг испугалась Зинаида. — Хоть винтовку бы забрать…

— Не успеем, — отрезал Шайтан. — Может, не заденут её в такой близости от дома, но сильно обольщаться я бы не стал. С машиной на всякий случай стоит попрощаться.

Глава 27

О нестандартной пользе электрических самокатов в Улье

Не успела Шпилька миновать галерею и задуматься о том, как и чем собирается выбивать окно, как послышались первые полные ужаса крики. Люди, оказавшиеся вместе с ней на галерее, прильнули к окнам и тут же отхлынули в панике, увидев толпу приближающихся заражённых.

— Лайма, запрыгивай!

Галерея, как назло, была длинной. Людей в ней было много, и все они бросились к единственному, по их мнению, выходу. А Шпильке надо было в противоположную сторону, и быстро.

Выручил самокат.

— Разойдись! — орала Шпилька, лавируя среди людей. — Посторонись!

Как ни странно, это срабатывало, люди, пусть и перепуганные, сами отпрыгивали из-под колёс, и нужное Шпильке окно становилось всё ближе и ближе.

Наконец, она остановилась. Прислонила самокат рядом, потрогала оконное стекло. Ну и чем его разбить? Об этом Шпилька заранее не подумала.

Может, садануть прикладом двести третьего? Или самокатом — он ведь достаточно тяжёлый для этого? Или…

Шпилька с сомнением покосилась на саблю. С одной стороны, вариант сомнительный. А с другой — это же нодий. То есть — тот ещё ядрён-батон, да ещё и в форме оружия. Если шпилькины браслеты способны не только усиливать её собственные Дары, но и творить чудеса, развивая чужие, то, наверное, и сабля из этого материала может намного больше, чем кажется с виду. Так что попробовать явно стоит.

С некоторым опасением Шпилька вынула саблю из ножен, взвесила в руке. Прикинула, как надо размахнуться и сама не поняла, как так вышло, что замах практически сразу перешёл в удар.

Зазвенело разбитое стекло, осколками стекая к ногам Шпильки. Кто-то рядом завизжал так громко, что заглушил крики остальной толпы и слышное с улицы урчание заражённых. Шпилька, не обращая ни на кого внимания, срезала торчащие из нижней части оконной рамы обломки стекла, наслаждаясь зрелищем того, как легко лезвие проходит сквозь стекло. Убрала клинок в ножны, подняла самокат, перекинула его через окно. Перелезла сама. Следом перебралась и Лайма.

Так, теперь надо найти укрытие. Чем выше и вонючее, тем лучше, а то что-то много внизу заражённых, как бы не орда оказалась. На запах старой крови твари, будучи рядом с только что перезагрузившимся кластером, не пойдут. Главное — чтоб Шпильку с Лаймой среди смрада не унюхали.

Дверь на лестницу, как назло, оказалась заперта. Поискав другую, Шпилька наткнулась только на несколько лифтовых шахт. Вот же дрянь дело! Тупик?

Нет, так просто сдаваться Шпилька не собиралась. Надо осмотреться. Может, второй лестницы тут и нет, но вдруг отыщется место, где ей всё-таки удастся спрятаться и переждать нашествие заражённых?

Выход обнаружился в подсобном помещении и являл собой пожарную лестницу, идущую по внешней стороне здания. Выйти на неё можно было через единственное окно, на раме которого красовались шпингалеты. Шпилька провернула их, вылезла на металлическую площадку, втащила за собой самокат. Подняла голову на пролёты крутых ступеней, сваренных из сетки и арматуры, с сомнением покосилась на самокат — бросать удачно найденное средство передвижения категорически не хотелось.

— Лайма! Вперёд, — скомандовала Шпилька, взваливая на плечи самокат.

Овчарка чёрно-рыжей тенью метнулась вверх по ступенькам разведывать дорогу, и тут же обрушила на хозяйку шквал запахов. Шпилька только поморщилась. Она давно привыкла к уникальной развитости лайминого нюха, научилась вычленять нужные запахи и блокировать лишние. И не без причин считала этот Дар крайне полезным.

Вот и сейчас она убедилась, что путь наверх чист, и припустила по ступеням вслед за Лаймой. Но было поздно.

Заражённые, как известно, всеядны. Они способны перекусить даже себе подобными, не говоря уж о людях. Но животные, а тем более, животные иммунные для них сродни деликатесу, который явно стоит того, чтоб упустить пару свежих человечков. А нюх у заражённых, надо сказать, был покруче, чем у Лаймы.

Под лестницей как раз в тот момент, когда Шпилька с Лаймой на неё выбрались, оказался элитник ростом метров так семь и, похоже, матёрый. Он в первых рядах ломился на кластер со свежей едой, безжалостно разбрасывая в стороны заражённых послабее, но остановился, едва только учуяв овчарку. Поднял лобастую, полностью покрытую бронёй голову, плотоядно распахнул пасть и решительно сменил маршрут.

Шпилька успела добраться до четвёртого этажа, когда элитник с размаху прыгнул на лестницу. Металл натужно заскрипел под его весом, но выдержал. Шпилька, облившись холодным потом, матюгнулась — ну кто так строит? Пожарная лестница, по реалиям её мира, должна быть ржавой и грозящей развалиться