Цель оправдывает средства. Том четвертый - Илья Сергеевич Модус

Не подействовало.

Значит, стоит достучаться до остатков головного мозга этих недалеких мечников более доступным способом.

— Можно махать своими светошашками где-нибудь в другом месте? — язвительно поинтересовалась она, даже не двинувшись с места, продолжая восседать в позе для медитации посреди тренировочного зала.

— Подруга, а ты часом не охренела ли? — на пике своей вежливости поинтересовалась Зул Ксисс, сделав знак Асоке прервать тренировку.

— Ничуть, — ответила Старстоун. — Если бы я охренела, я бы сказала.

— Тебе никогда не хотелось ей немного поправить мордашку? — поинтересовалась полукровка, в которой сочетались зелтронские и фоллинские гены, у тогруты, молча стоящей в стороне.

— Чаще, чем ты себе это можешь представить, — вздохнула Асока, деактивируя свои клинки. Оли заметила, что сегодня девушка использовала пару с алыми цветами кристаллов. «Да сколько же у нее их?», — раздраженно подумала первая ученица Императора, но вместо этого в своей привычной манере произнесла:

— Но мы же обе знаем, леди Тано, — девушка подчеркнуто выделила обращение к бывшей ученице Энакина Скайуокера, — что стоит тебе лишь дыхнуть в мою сторону неровно, я прожарю тебя Молниями Силы до состояния, когда даже костный мозг вскипит.

— Матки вырывать уже не интересно? — хмыкнула Реннакс Омани, облаченная в тренировочный костюм. Девушка приблизилась к этой троице, прервав свои упражнения на тренажерах.

— Это ниже моего достоинства, — фыркнула Старстоун.

— Значит, гизка выучила новые трюки, — закивала Зулл, любовно поглаживая цилиндр своего меча. — Не прошло и трех лет, а ты уже придумала новую угрозу. Что-то ты «тормозишь», мать.

Словно старая знакомая, Темная Сторона Силы молниеносно откликнулась на мгновенно вскипевшую ярость. И лишь понимая, что Ксисс неспроста употребила к ней именно это обращение, Оли, чтобы не доставлять задаваке удовольствия, промолчала, улыбнувшись.

И с наслаждением ощутила, как в Силе волнами разбежались отголоски замешательства всех троих ее оппоненток.

— Торможение — тоже движение, — повторила она однажды услышанную от Рика фразу. — Но вы же знаете об этом, мечницы. У вас же по жилам тормозная жидкость струится.

— Решительно, тебе бы стоило повырывать твои кудряшки, — заявила Реннакс.

— Попробуй, — сощурила глаза до узких щелочек Оли, окатив сиреневоволосую девушку презрительно-оценивающим взглядом. — И я распинаю твою задницу до таких размеров, что ее можно будет использовать вместо космических гиперврат гри.

— То есть уменьшится вдвое, — понимающе закивала Реннакс. — Я не против. Хоть буду чувствовать, когда твой язык щекочет мой…

— Вы всегда так лаетесь? — прозвучал тихий, но полный разочарования в бренности бытия голос из дальнего угла отсека. Там, где расположилась, как и всегда — подальше от коллектива, поближе к стенам — еще одна «тренирующаяся».

— Если тебе что-то не нравится, Уин, — крикнула Оли той, даже не удостоив взглядом, — то ты смело можешь передать Рику, что не в состоянии продолжать жить в нашем дружелюбном женском коллективе.

— Да уж, — раздался язвительный голосок той, с кем Оли негласно соперничала за звание самой стервозной девушки в категории «До двадцати пяти». — Дружбомагией в этом змеином логове так и несет.

Мара Ульго, альдераанская королева, уложив свои пышные волосы (объему и красоте которых Оли завидовала не то что черной, а непроглядно поглощающей любые спектры света, завистью), на пару с зелтронкой Дени, осваивали очередные километры бегом трусцой на беговой дорожке.

— Я же говорю: кому не нравится, те могут собрать свои вещички и сматываться куда душа и яйцеклетки зовут, — произнесла Оли. — У нас по плану остановка на Н’Зоте — могу договориться о том, чтобы вам выделили корабли. По одному на каждую недостойную…

— То есть ты у нас, типа, достойная? — поинтересовалась Зул, с усмешкой, не предвещающей ничего хорошего. Но, справедливости ради, конечно стоит заметить, что Ксисс ухмылка заменяла улыбку, причем постоянно. Но сейчас Оли решила расценить ее именно как угрожающую. «Собственно, а почему бы и да?», — подумала она. — «Медитация все равно уже пошла по пизде, так почему бы не устроить женскую драку?»

— А у тебя есть еще какие-нибудь кандидатуры на место самой достойной девушке в гареме? — спросила она, всем своим видом давая понять, где она видела мнение окружающих и с какой частотой вертела вокруг оси, ни разу не уступающей габаритами станции «Воронка», что в Скоплении Мау.

— Полно, — фыркнула Зул, кивнув в сторону Асоки. — Взять хотя бы ее…

— Не надо меня впутывать в ваши разборки, — сразу открестилась Тано, демонстративно поворачиваясь, чтобы уйти. — Я в таких делишках принимать участие не собираюсь.

— Серьезно? — рассмеялась Оли, глядя на полукровку. — Тано? Очнись, Каштанка, Асока давно уже превратилась из язвы и занозы в заднице в послушную и примерную. Как Обри Уин…

— Меня тоже не втягивайте! — крикнула та. — Я против женских конфликтов, драк и вообще разговоров за спиной.

— С чего бы это? — удивилась Реннакс. — Мы же молоды, красивы, у нас один мужик на всех — волей не волей должны друг друга поубивать.

— Мне поебать, что вы там думаете, — неожиданно резко ответила «тихоня Уин». — Я — мать.

— Было бы чем гордиться, дорогуша, — парировала Мара, на зависть Оли демонстрируя идеально подогнанные к пропорциям остальной фигуры ножки. — Не перед тем ты ноги раздвигала…

— «А тому ли я дала?», — нараспев произнесла Оли, припомнив веселенькую песенку из воспоминаний Рика. Да уж, если как следует настроиться и вспомнить «культурные» моменты его прошлой жизни, такая оторопь берет…

— Когда тебе кто-нибудь из девочек сломает челюсть или нос — даже не приходи ко мне, чтобы все исправить, — предупредила Уин, демонстративно повернувшись спиной к спорщицам. Оли хотела было что-то сказать, ехидное и обидное, но чертыхнулась, увидев, что Обри демонстративно закрыла уши наушниками, погружаясь в мир столь любимой ей инструментальной музыки.

— Видишь, Старстоун, — хмыкнула Зул, — не так-то уж и силен твой авторитет.

— Достаточно крепок, чтобы руководить гаремом, — заметила Оли.

— Я не хочу показаться занудой, — Дени бросила пробежку, сломавшись морально и решив поучаствовать в излюбленной с начала времен женской игре «Засри мозги подруге». — Но гаремом руководит Ашша.