'Фантастика 2024-146'. Компиляция. Книги 1-24 - Антон Дмитриевич Емельянов

— Каком? — мистер Хиггс даже сделал шаг вперед.

— Вы будете десять лет поставлять по миллиону таких двигателей в Россию.

— Бесплатно⁈ — возмутился американец.

— За деньги. По цене, по которой их же будет продавать Стальный. Скажу сразу, это будет не очень дорого, но издержки покроет, и даже в плюс выйдете.

— В плюс за миллион единиц в год. Звучит подозрительно хорошо, господин полковник, — мистер Хиггс широко улыбнулся. — Но теперь я точно должен узнать детали и, как вы и предложили, задержусь тут на месяц.

Вроде бы договорились. Я развернулся и со спокойной душой двинулся обратно к дирижаблю. Вот теперь я точно сделал тут все, что можно, и пора лететь дальше в Санкт-Петербург. На встречу с новым царем, его ближним кругом и всеми теми неприятностями, что они подготовили мне и России.

— Постойте, полковник! — меня нагнал крик мистера Хиггса.

— Да?

— Почему вы так спокойно обсуждаете мирные закупки, когда у вас идет война сразу с двумя великими державами?

— Война, когда, несмотря на все их старания, мы осадили столицу Турции и взяли проливы? — я пожал плечами. — Мы — империя, войны случаются, но это совсем не значит, что в это время нам стоит прекращать думать о будущем.

— Англия и Франция скупают оружие по всей Европе…

— А мы делаем свое и… Всем тем, кто сейчас распродает своим запасы, стоит задуматься. А что, если царь Александр, как его дядя, снова решит дойти до Парижа? Придется ведь ответить за каждый подаренный нашим врагам патрон или поданный рубль.

— И они боятся этого, — мистер Хиггс ходил кругами, словно раздумывая, говорить мне то, что хотел, или нет.

— Вы привезли какие-то новости? — спросил я прямо.

— Говорят, в Вене некоторые круги недовольны нерешительностью короля Франца-Иосифа.

— Неужели хотят, чтобы тот исполнил союзнический долг перед Россией?

— Скорее наоборот. Чтобы помог вашим врагам, чтобы у России не было сил и возможностей за этот долг спросить.

— Какие-то еще детали?

— Я был в Вене месяц назад, и что-то мне подсказывает, что новости с юга могут заставить ваших врагов поторопиться. Решить проблему кардинально…

— Значит, Вена, мистер Хиггс, я запомнил… — я задумчиво склонил голову, и американец улыбнулся, довольный, что оставил меня в должниках.

Бесплатно для себя. И я ведь ничего поделать не могу с тем, что узнал. С другой стороны, расстояние от Стального до Вены — две тысячи километров. Вроде бы и много, но «Адмирал Лазарев» в зависимости от ветра выдает от шестидесяти до ста километров в час, можно долететь чуть больше чем за сутки.

Вариант? Вариант!

Глава 6

— Мы никуда не полетим! — стало первым и главным ответом на мое предложение.

Правда, я думал, что останавливать меня будут Горчаков и Зубатов, однако против неожиданно выступил пресветлый князь Меншиков.

— Но почему?

— Вы не понимаете, полковник? Так я расскажу! — Александр Сергеевич ходил из стороны в сторону словно тигр в клетке. — Представим, что американец прав, и Вена взбунтуется против Габсбургов. Прольются реки крови, и кого обвинят в этом, когда все увидят летающий над Австрией русский «Кит»? Если же никакого бунта нет, то и это ничуть не лучше. Наше появление подтолкнет заговорщиков к действиям, и новая революция, которой можно было бы избежать, снова поразит самый центр Европы. Тут ведь дело не в обиде или даже этой войне, нужно смотреть в будущее. С кем мы сможем иметь дело, когда все закончится, а кто по самой своей природе станет нашим врагом.

— Я понимаю, что нужно думать о будущем, но… Царь Николай остался в стороне во время революции 1830 года, и это стоило нам Польского восстания. И Франции, которая стала полноценным союзником Англии. Зато помог Австрии в 1848-м, и пусть Франц-Иосиф быстро об этом забыл, тем не менее, это подарило нам еще 5 лет мира. И никаких новых врагов. Так, если сдержанность не работает, может, и к черту ее?

— Нельзя так просто сравнивать столь разные события, — Меншиков грустно покачал головой. — Я видел много войн. Пока они идут, в груди горит ярость, жажда славы и справедливости. Но вот война заканчивается, ты сначала скучаешь, потом смиряешься, а после этого… Как озарение — осознаешь, что мир лучше. Понимаешь, что ради него ты и сражался, и что ради него иногда можно пойти на уступки. Если есть хотя бы шанс…

— Если в Австрийской империи случится революция, шанса не будет, — неожиданно тихо возразил Горчаков.

— Что вы имеете в виду? — повернулся к нему Меншиков. — Вы же сами еще недавно были в Вене, и никаких панических новостей ни от вас, ни от кого-либо еще я не слышал.

— Когда я уезжал, ситуация держалась на трусости министра Буоля и твердой руке Софии Баварской, матери Франца-Иосифа, но… Еще до приезда сюда до меня дошли слухи, что в Вену вернулась Сиси, и вместе со всеми остальными новостями это выглядит не очень хорошо.

— Кто такая Сиси? — осторожно уточнил я.

— Елизавета Австрийская, жена императора, — пояснил Горчаков. — Известна тем, что отбила будущего мужа у старшей сестры, с которой тот и был изначально помолвлен. Что говорит о ее принципах. А еще Елизавета замечена в тесных связах с венгерскими дворянами и промышленниками, которые и могут стать движущей силой нового переворота.

Я невольно вспомнил, что уже слышал это имя. В моей истории Елизавета стала той, через кого с Францем-Иосифом договорились о превращении Австрийской империи в двуединую Австро-Венгрию. Впрочем, случиться это должно было только через восемнадцать лет, когда Австрия уже проиграет войну Сардинии и Франции за свои итальянские земли, а потом и Пруссии — за лидерство среди германских народов. Сейчас же добром Габсбурги на такое ослабление не пойдут, а значит, заговорщики если и будут действовать, то только силой.

— Пара сплетен — это не повод рисковать дипломатической обстановкой на Дунае, — Меншиков не собирался отступать от своего мнения.

— Еще у меня есть письмо купца 3-й гильдии Никифорова[115], который лишился своего товара в