Весь Роберт Джордан в одном томе - Роберт Джордан

пока Илэйн не согласилась, что на этот раз им придется всего лишь обеспечить транспортировку людей и только, на чем обе и согласились, поцеловав кончики пальцев, прижав их к губам друг друга. Только после этого Врата истончились до вертикальной серебристой вспышки, а затем снова развернулись на сто шагов в ширину, явив панораму Кэймлина с юга.

В рынках, сложенных из кирпича, протянувшихся вдоль убегающей на север от Переходных Врат в сторону Фармэддингских Ворот дороги людей не оказалось, однако на расстоянии полета стрелы от стен на дороге теснилась огромная масса людей, верховых и пеших. Первые из них находились всего в нескольких сотнях шагов от Переходных Врат. Казалось, что они заполнили и все переулки в том числе. Впереди остальных находились всадники со множеством знамен, однако все – и кавалерия, и пехота – были развернуты в сторону ворот Кэймлина. Закрытых ворот. Илэйн хотелось завопить от радости.

Она ринулась вперед, однако Бергитте не оставила ей никаких шансов. Ее окружили телохранители, сомкнувшись со всех сторон. Бергитте оказалась справа от нее. Тем не менее, это не выглядело будто они столпились вокруг нее. К счастью, никто не пытался ей возразить, когда она начала проталкиваться на своей серой кобыле вперед, пока между ней и дорогой не осталась одна единственная шеренга женщин. Но эта шеренга была крепка как каменная стена. В любом случае, ее серая кобыла оказалась достаточно высокой, чтобы ей было все видно без необходимости подниматься в стременах. Она должна была их удлинить, так как для нее они были немного коротки. Должно быть, это была лошадь Чесмал, поскольку та была единственной приблизительно равной ей по росту. Лошадь не могла заразиться от наездницы. То, что Чесмал была из Черной Айя, не могло никак извратить лошадь – однако она чувствовала себя довольно неуютно на этом животном, и не только из-за коротких стремян. Серую надо будет продать, как и всех остальных лошадей Приспешников Темного, а деньги раздать бедным.

Следом за Чарлзом из Врат показалась кавалерия и пехота. Их было столько, что они заполнили Врата от края до края. Следуя за Белым Львом и Золотой Лилией, он устремился к дороге, за ним рысью последовали пять сотен Гвардейцев, рассредоточиваясь, чтобы занять всю ширину дороги. Остальные отряды примерно такой же численности, отделялись, исчезая среди улочек Нижнего Кэймлина. Когда из Врат вышли последние люди, они истончились и исчезли. Теперь если что-то пойдет не так, быстро отступить не получится. Они обязаны или победить, или Аримилла получит трон независимо от того, возьмет ли она Кэймлин штурмом.

«Сегодня нам потребуется вся проклятая удача Мэта Коутона», – пробормотала Бергитте.

«Ты говорила нечто похожее и раньше», – сказала Илэйн. – «Что ты имеешь в виду?»

Бергитте одарила ее многозначительным взглядом. Узы донесли… веселье! – «Ты когда-нибудь видела, как он кидает кости?»

«Едва ли я провожу много времени в заведениях, где играют в эту игру, Бергитте».

«Позволь сказать проще: он удачливее всех, кого мне когда-либо доводилось встречать раньше».

Покачав головой, Илэйн выбросила Мэта Коутона прочь из головы. Люди Чарлза, выехав вперед, перекрыли ей обзор. Они еще не атаковали, и пытались не шуметь больше, чем это было необходимо. С каплей удачи, ее людям удастся окружить армию Аримиллы прежде, чем они поймут, что случилось. А затем они ударят со всех сторон. Мэт был удачливее всех, кого встречала Бергитте? В таком случае, он действительно очень удачлив.

Внезапно Гвардейцы Чарлза двинулись вперед, опуская стальные пики. Должно быть кто-то оглянулся назад. Разнесся крик тревоги и один, громовой, клич, который подхватили с разных сторон: «Илэйн и Андор!»

Были и другие: «Луны!» и «Лиса!», «Тройной Ключ!» и «Молот!», и «Черный Стяг!» И другие – кличи мелких Домов. Однако с ее стороны раздавался только один, повторяясь снова и снова: «Илэйн и Андор!»

Внезапно она затряслась, наполовину от смеха, наполовину от рыданий. Свет свидетель, она не хотела отправлять этих людей погибать ни за что.

Крики стихли, по большей степени уступив место звону стали о сталь, возгласам и крикам убиваемых и убивающих. Внезапно она поняла, что ворота открываются. А ей ничего не было видно! Рывком освободив ноги от стремян, она начала карабкаться вверх, чтобы взобраться на высокую луку седла. Кобыла нервно сдвинулась с места, непривычная к таким действиям, однако не достаточно сильно, чтобы нарушить ее равновесие. Бергитте пробормотала особенно крепкое ругательство, однако в следующее мгновение она тоже оказалась стоя на седле. Из Фармэддингских Ворот хлынули сотни лучников и арбалетчиков. Однако были это ее люди или изменники?

Словно в ответ, стрелки принялись стрелять по многочисленной коннице Аримиллы, настолько быстро, сколько им было необходимо, чтобы наложить стрелу и натянуть тетиву. Первые арбалеты взметнулись и дали залп. В тот же миг они начали работать взводными механизмами, взводя арбалеты, однако следующая шеренга бросилась вперед, чтобы выпустить второй залп болтов, которые скосили людей и лошадей, словно косы, пожинающие ячмень. Из ворот хлынуло еще больше лучников, стреляя со всей возможной скоростью. Третья шеренга арбалетчиков вышла вперед, изготовившись к выстрелу, за ней четвертая, пятая, а затем мимо рядов арбалетчиков, все еще выбегающих из Ворот, протолкались люди с алебардами в руках. Алебарда была внушающим страх оружием, объединявшим острие копья и лезвие топора с крюком, чтобы стягивать всадника из седла. У кавалеристов не было места, чтобы пустить в ход свои копья, а мечи не доставали даже до середины древка алебарды, поэтому они быстро начали проигрывать. Теперь из Ворот галопом устремились люди в красных мундирах и нагрудниках. Гвардейцы рванулись влево и вправо, чтобы отыскать путь к войскам Аримиллы. Их поток все нарастал и нарастал, и был непрерывным. Как, во имя Света, Дайлин удалось собрать так много Гвардейцев? Если только… Чтоб ей сгореть, этой женщине, она, должно быть забрала всех новобранцев! Что ж, несмотря на то, что они еще зелены, сегодня они отведают вкус крови.

Внезапно сквозь ворота проехали три фигуры в золоченных доспехах с мечами наготове. Две из них казались очень маленькими. Когда они появились, стали нарастать новые крики, отдаленные, однако различимые сквозь шум битвы: «Черные Орлы! Наковальня!», и «Красный Леопард!» В Воротах также появились двое женщин верхом. Казалось они боролись, пока более высокой не удалось оттеснить лошадь второй из поля зрения.

«Кровь и проклятый пепел!» – прорычала Илэйн. – «Думаю, Конэйл уже достаточно взрослый, но Бранлет и Пэривал еще совсем мальчишки! Кто-то должен был удержать их подальше от всего этого!»

«Дайлин удерживала