Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

— Тебе не стоит об этом беспокоиться, — отрезал я.

Я был уязвлен его словами, хотя старался этого не показывать. Проклятье. Теперь он пойдет прямо к Неттл и сообщит ей, что я забросил её младшую сестру? Я смотрел на него. Риддл прямо встретил мой взгляд. Мы давно знали друг друга и вместе пережили несколько плохих приключений. Когда-то я оставил его мертвым, и даже хуже, чем мертвым. Он никогда не упрекал меня за это. Я должен был оказать любезность и выслушать его. Я опустил голову и ждал, когда он заговорит.

— Мы беспокоимся, — тихо сказал он, — даже о том, что нам не принадлежит. Сегодня ты выглядишь ужасно. Ты не худой, ты исхудалый. Пьешь, не обращая внимания на вкус, ешь, не глядя на пищу. Я знаю, что ты все ещё в трауре, и это правильно. Но горе может заставить человека не замечать очевидного. Например, нужды ребёнка.

Он желал только добра, но я был не в состоянии услышать его.

— Я не забываю про её нужды. Именно поэтому я ухожу. Дай мне три дня на подготовку, прежде чем привезешь Шан к моей двери. — Он кивал и глядел на меня так искренне, что мой гнев растаял. — Ты увидишь Би и поговоришь с ней. Я обещаю, что не забуду про неё, Риддл. Она необычный ребёнок. Замок Баккип будет для неё плохим местом.

Он смотрел недоверчиво, но, к счастью, держал свои сомнения при себе.

— Тогда до встречи, — ответил он.

Я чувствовал его взгляд, пока шёл по коридору. Усталый и полный раскаяния, я спустился по лестнице. Я знал, что меня гложет. В моем сердце была слабая надежда, что Чейд устроил эту встречу, потому что хотел меня видеть, хотел предложить поддержку и сочувствие моей потере. Давно прошли те времена, когда он был моим наставником или защитником, но моё сердце жаждало ещё раз почувствовать спокойствие его мудрости. В детстве мы считаем, что взрослые знают все, и даже когда мы не можем понять мир, они способны на это. И вырастая, в моменты страха или печали, мы снова обращаемся к старшему поколению в надежде узнать, наконец, большие тайны боли и смерти. Но все, что мы узнаем — что жизнь продолжается. Я знал, как Чейд обходится со смертью. Я ничего не должен был ждать от него.

Я поднял воротник, плотнее завернулся в мокрый плащ и вышел в бурю.

Глава 14

СНЫ

Этот сон начинается с конца моей жизни. Он снился мне в шести разных вариантах, и я опишу только то, что всегда остается неизменным. Волк, огромный, как лошадь. Черный, он стоит неподвижно, как камень, и смотрит. Мой отец — серый, как пыль, и старый, очень старый. «Я просто очень устал», говорит он в двух снах. В трех он говорит: «Мне так жаль, Би». В одном из снов он ничего не говорит вообще, но его молчание означает именно это. Хотела бы я прекратить этот сон. В нем такое ощущение силы, будто это должно произойти, какой бы путь я не выбрала. Каждый раз, когда я просыпаюсь после него, чувствую, что сделала ещё один шаг к какому-то холодному и опасному месту.

«Дневник снов», Би Видящая.

Мне не верится, что я спала. Как можно в таком безнадежном ужасе предаваться сну? Вместо этого я съежилась внутри, за закрытыми веками, дрожа от страха.

И в первый раз пришел Волк-Отец.

Я и раньше видела сны, сны необычайные, сны, которые не забывались после пробуждения. Я даже начала записывать те сны, которые считала важными. Но я знала, что это сны.

Это же был не сон.

Запахи пыли и мышиного помета смело свежим ароматом хвои и снега. Потом появился теплый, чистый запах здорового животного. Он подошел ближе. Я погрузила руки в его мех и прижала их, чувствуя, как согреваются пальцы. Его морда была у моего уха, он дышал теплом.

Прекрати скулить. Если ты напугана — молчи. Скулит добыча. Это привлекает хищников. А ты не добыча.

У меня перехватило дыхание. Горло болело, рот пересох. Я плакала, не сознавая этого. Пристыженная его укором, я остановилась.

Так-то лучше. Итак, что у тебя за беда?

— Темно. Двери не открываются, и я здесь в ловушке. Я хочу попасть домой, в кровать.

Разве отец не велел тебе оставаться в безопасном логове? Почему ты оставила его?

— Мне было любопытно.

А любопытные щенята попадали в беду с начала мира. Нет, не начинай скулить. Скажи мне, чего ты боишься?

— Я хочу вернуться в постель.

Это то, чего ты хочешь. Ты умна и способна вернуться в логово, где отец оставил тебя, и запомнить, что не надо покидать его без разрешения. Так почему бы тебе не сделать это? Чего же ты боишься?

— Я боюсь крыс. И я не могу найти дорогу обратно. Я здесь в ловушке, — я попыталась вздохнуть. — Я не могу выйти.

А почему же?

— Темно. Я заблудилась и не могу найти дорогу назад.

Я начинала злиться на спокойный, неумолимый голос, даже нежась в тепле и чувстве безопасности, которые он дарил. Возможно, уже тогда я поняла, что почувствовала раздражение, очутившись в безопасности. Постепенно до меня дошло, что я больше не боюсь, а просто растеряна.

Почему же ты не можешь найти дорогу назад?

Теперь он был просто глупым. Или злым.

— Темно. Я ничего не вижу. И даже если бы я видела, я не помню, в какую сторону идти.

Голос терпеливо продолжал.

Возможно, ты ничего не видишь. Возможно, ты не помнишь, потому что испугалась. Но ты можешь чувствовать запах. Вставай.

Выпрямиться оказалось трудно. Я вся промерзла и дрожала, но поднялась.

Иди вперед. Следуй за своим носом. Следуй за ароматом маминой свечи.

— Я не чувствую запаха.

Выдохни через нос. И медленно вдохни.

— Тут пахнет только пылью.

Попробуй ещё раз. Неумолимо.

Я низко зарычала.

Вот. Ты искала мужество. Теперь найди разум. Унюхай путь домой, щенок.

Я хотела, чтобы он ошибся. Я хотела оправдаться в своем страхе и отчаянии. Я вздохнула, чтобы сказать ему, что это глупо, и… различила запах мамы. На меня нахлынуло одиночество и жажда по той, которая так меня любила. Моё сердце повлекло меня к запаху, а мои ноги последовали за ним.

Я была как в полусне. Дважды я останавливалась,