Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

свое любопытство на коротком поводке, не задавая вопросов. Когда Чейд впервые начал показывать мне записи о Белом Пророке, я посчитал их ещё одной странной религией из далеких мест. Эду и Эль я понимал достаточно хорошо. Эля, бога моря, беспощадного и требовательного, тревожить было не желательно. Эда, богиня сельскохозяйственных угодий и пастбищ, была по-матерински щедра. Но даже к этим богам Шести Герцогств Чейд научил меня проявлять почтение, как и к Са, двуличному и двуполому богу Джамелии. Поэтому его увлечение легендами о Белом Пророке озадачило меня. Свитки предсказывали, что в каждом поколении рождается бесцветный ребёнок с даром предвидения и способностью влиять на ход мира манипуляциями большими и малыми случайностями. Чейд был заинтригован этой идеей и легендами о Белых пророках, которые предотвращали войны или свергали королей, создавая небольшие случайности, вызывавшие лавину перемен. Одна история повествовала о Белом Пророке, который тридцать лет жил у реки, просто чтобы предупредить одного путешественника в определенную ночь, что мост обрушится, если он попытается перейти по нему во время шторма. Путешественник, как оказалось, должен был стать отцом великого генерала, который сыграл важную роль для победы в битве какой-то далекой страны. Я полагал, что это все очаровательный бред, пока не встретил Шута.

Когда он объявил себя Белым Пророком, я воспринял это скептически, и тем более, когда он заявил, что я — его Изменяющий, который изменит ход истории. И все же, несомненно, мы это сделали. Если бы его не было в Баккипе в те дни, я давно был бы мертв. Не раз его действия сохраняли мне жизнь. В горах, когда я лежал в лихорадке и умирал в снегу, он принес меня в свою хижину и выхаживал, пока я полностью не поправился. Он сохранял мне жизнь, чтобы драконы вернулись на свое законное место в этом мире. Я все ещё не был уверен, что это полезно для человечества, но не было никаких сомнений, что без него этого бы не случилось.

Я понял, как глубоко завяз в воспоминаниях, только когда мысли Чейда встряхнули меня, возвращая к его сознанию.

Итак, недавно несколько странных людей прошли через Баккип. Примерно дней двадцать назад. Я не слышал о них, пока они не ушли, иначе нашел бы способ узнать больше. Человек, который рассказал мне о них, говорил, что они путешествовали как купцы, но их товары были просто дешевыми безделушками и самыми обыкновенными вещами для обмена: стеклянные драгоценности, медные браслеты и тому подобное. Ничего по-настоящему значимого, и хотя они утверждали, что прошли долгий путь, мой человек сказал, что все это выглядело для него, как простые вещи, которые городской торговец может прикупить на сельской ярмарке, потратив не больше медяка. Ни специй из далекой страны или уникальных драгоценных камней. Просто жестяной мусор.

Таким образом, твой шпион не поверил, что они купцы.

Я старался сохранять спокойствие. Чейд верил, что правду можно найти, только тщательно изложив все детали. Конечно, он был прав, но хотелось, чтобы он сразу перешел к сути вопроса, оставив подробности на потом.

Он думал, что на самом деле они хотели купить, а не продать, а ещё лучше — получить информацию бесплатно. Они спрашивали, не видел ли кто их друга, очень бледного человека. Но странно, что они по-разному описывали «бледного друга». Кто-то говорил о молодом человеке, путешествующем в одиночку. Другой описывал высокую бледную светловолосую женщину, путешествующую с рыжим веснушчатым парнем. Ещё один спрашивал о двух молодых людях, светловолосом и темном, но с очень белой кожей. Как будто они знали только, что им нужно найти неестественно бледного человека, который мог путешествовать один или с товарищем.

Или они искали людей, которые путешествую, переодевшись. Но все это звучит, будто они разыскивают Белого Пророка. Но почему же в Баккипе?

Они ни разу не упомянули Белого пророка и совершенно не были похожи на благочестивых паломников. Он помолчал. Мой человек решил, что это наемники, отправленные на задание, или, может быть, охотники, которым обещано вознаграждение за эту добычу. Однажды вечером один из них напился, и когда его товарищи пришли в таверну, чтобы забрать его, начал сыпать проклятиями. По-чалсидиански.

Интересно. Не думаю, что у Белого Пророка есть последователи в Чалседе. В любом случае, Шута не было в Баккипе больше десяти лет. И когда в последний раз он был там, он был скорее смуглый, чем белокожий. Он выдавал себя за лорда Голдена.

Ну конечно! Все это мне известно! Он использовал мои размышления, чтобы обострить свою стареющую память, и это раздражало его. Но знали об этом немногие. Тем не менее их вопросы побуждали некоторых вспомнить старые сказки белого шута короля Шрюда. Но торговцы не интересовались такими старыми новостями. Они стремились узнать новости о тех, кто недавно прошел через Баккип.

И поэтому ты подумал, что Шут вернулся?

Удивительно, но именно так. И ещё я подумал, что тебя он будет искать в первую очередь. Но если ты ничего о нем не слышал до сих пор… ну, тогда это какая-то тайна с несколькими ключами.

Куда эти купцы направлялись?

Я почувствовал его досаду.

Отчет пришел поздно. Мой человек не знал, будет ли эта информация мне интересна. Ходили слухи, что они пошли по Речной дороге в глубь страны.

К Ивовому Лесу. Ты сказал, двадцать дней назад? И больше никаких вестей о них?

Их исчезновение выглядело эффектно.

Все-таки не купцы.

Нет.

Мы оба замолчали, обдумывая эти скудные сведения. Если их целью был Ивовый лес, они давно должны прибыть сюда. Возможно, они уже прошли через наш город. У нас не было достаточно фактов, чтобы сложить хоть какую-то картинку, не говоря уж о принятии решения.

Ещё один интересный момент. Когда мои шпионы не нашли никаких следов бледного путешественника или этих торговцев, один из них спросил, интересуют ли меня рассказы о других удивительно бледных людях. И поведал мне об убийстве на Королевской дороге четыре года назад. Тогда нашли два тела в иностранной одежде. Их обнаружили королевские гвардейцы во время обычного патрулирования. Одного парня забили до смерти. Рядом с ним было найдено тело девушки, бледной, как живот рыбы, с волосами цвета сосульки. Она тоже была мертва, но на её теле не было никаких признаков насилия. Вместо этого она, казалось, умерла от какой-то изнурительной болезни. Похоже, умерла после своего спутника, ибо она оторвала полоску ткани от плаща, пытаясь перевязать его рану. Возможно, этот человек ухаживал за ней, и после его смерти она тоже