Белый Z на лобовой броне - Михаил Александрович Михеев

– Видать, любит его Бог.

– Да-да, помню. Слыхал, один так выпрыгнул, а у него парашют не раскрылся. Бог его поймал за шиворот, спросил, не гомик ли он. Тот ответил, что нет. Ну, Бог извинился и отпустил…

– Сейчас уже не проверишь, – хихикнула Тамара.

– Делать мне нечего, наклонности врага проверять. Отлеживаемся, ждем, а потом шустренько едем отсюда. Времени у нас не вагон.

Все три пункта озвученной им программы отработали на все сто, и примерно через час смогли продолжить путь. Единственно, Виталий качественно измазался в грязи, когда они выдергивали застрявшую машину. Зато, въезжая в город, он чувствовал себя довольно уверенно: колеса под задницей обеспечивали ему неплохую мобильность и, случись нужда, возможность оперативно свалить.

Городок походил на растревоженный улей. Правда, камуфлированных пчел было совсем немного, зато гражданские сновали туда-сюда, и воздух содрогался возмущенно от перекатов непривычного человеческому уху ядреного украинского суржика.

Возле местной больницы, обшарпанного здания совершенно затрапезного вида, облагороженного тем не менее небольшим, но ухоженным парком, сновал народ – выгружали раненых. Похоже, жертв того самого авиационного налета. Пара грузовиков, доставивших их, перегородила, раскорячившись, почти всю улицу. Виталий, несмотря на достаточно скромные габариты своей машины, протиснулся с трудом.

Но вообще, городок уютный. Жалко будет такой разрушать. И улицы чистые – градоправитель, похоже, свое дело знал. А вот к государственным символам относился без особого трепета. Во всяком случае, над мэрией грязной мятой тряпкой болтался сине-желтый флаг. И выглядел он столь жалко, что не приходилось сомневаться – сменят его на триколор, если возможность подвернется, моментально.

И дело тут даже не во врожденной предательской сущности (хотя здесь она у многих), а в нормальном человеческом эгоизме. Когда одна сторона творит беспредел, а вторая обеспечивает пусть не самую богатую, но спокойную жизнь и защиту от всякого хамья, выбор очевиден. А заморачиваться с приведением в божеский вид символа умирающей страны никто не будет: не стоит оно затраченных усилий.

Искомый дом располагался недалеко от центра города и выглядел солидно и красиво. Резные наличники в местном народном стиле. Высокий забор в стиле современном. Два этажа… В общем, более всего это походило на обиталище средней руки бизнесмена. Из тех, для кого дом и приличная машина – это уже пройденный этап, нечто само собой разумеющееся, но яхта и личный самолет еще далеко за пределами мечтаний.

Что интересно – и это Виталий знал точно, – его прикрытие именно таким и было. Провинциальный бизнесмен. К слову, не так и сложно быть акулой местечкового уровня, имея за спиной сверхдержаву.

На стук ворота открылись почти сразу, и хозяин, которого Виталий узнал, благо видел на фотографии, безбоязненно вышел навстречу гостю. Обмен паролями прошел буднично и как-то без особых эмоций, после чего Виталий был приглашен в дом. Где и имел удовольствие рассмотреть агента повнимательнее.

Удовольствие, к слову, было достаточно сомнительным – более неприятного типа представить сложно. И, можно не сомневаться, это тоже было частью легенды. И сальные волосы, и подхихикиванье, и липкие на ощупь руки.

В том, что он прав, Виталий убедился спустя буквально несколько минут. Вот перед ним скользкий мужичок укропской наружности – а вот спокойный, уверенный в себе человек среднего роста, без особых примет, но притом со спокойным, внушающим уважение взглядом. Причем момент перевоплощения Виталий упустил полностью. Этому агенту актером бы быть – миллионы бы зарабатывал.

Обмен информацией прошел буднично. Виталий передал, что надо, на словах. Получил флешку телефонного формата и комментарий, что ничего особо важного нарыть не удалось. Что резидент имел в виду, Третьяков не понял, да и не пытался, по совести говоря. Дурацкое ощущение – он был попросту не в курсе происходящего, совсем иная задача. Впрочем, плевать.

– Обедать будете?

Слова резидента оторвали Виталия от раздумий. Секунду подумав, он кивнул:

– С превеликим удовольствием.

– Тогда идите сначала в душ, от вас неслабое амбре. Водоснабжение отключили еще дня три как, но у меня собственная скважина.

Что же, оставалось лишь согласиться с предложением хозяина, благо подходящих размеров вещи у него в загашнике нашлись. Правда, мылся Виталий, держа пистолет под рукой. Конечно, вряд ли здесь и сейчас кто-то рискнет попытаться его тронуть, не те расклады, но все же… Впрочем, аналитики оказались правы, обошлось без эксцессов, и всего через полчаса он уже наслаждался хорошим, полноценным обедом.

Пельмень – мучная раковина, хранящая мясную жемчужину. Именно так – и по виду, и на вкус. И угощали здесь и сейчас именно пельменями, а не варениками, галушками или еще чем-то местным. Виталию показалось, что родным домом пахнуло. И отвалиться от стола он сумел лишь после того, как последний кусочек ушел прямиком в желудок.

– Мне нужна ваша помощь.

И вновь безо всякого перехода. Вот только что они общались на отвлеченные темы за рюмкой чаю – и вдруг деловой тон, отсутствие вступлений и отступлений. Признаться, такой стиль разговора был непривычен, однако же в чем-то удобен. Как минимум экономил время, а это уже немало.

– Весь внимание.

– Мне надо эвакуировать одного человека.

– Вам необходима эвакуация? Реальная угроза или инициатива?

– Скорее второе.

– Я не уверен, что принимать такое решение в моей компетенции. Почему вы не действуете установленным порядком?

– Потому что эвакуация нужна не мне.

– Вот как?

– Именно. Учитывая, что мы сейчас информационно фактически отрезаны, нет ни связи, ни интернета… Плюс я не уверен, что почта не люстрируется, а звонки не прослушиваются.

– Ставлю, что все с точностью до наоборот.

– Учитывая, как адресно ведутся аресты здешними безопасниками, и кого именно они берут за жабры, подозреваю, так и есть. В общем, сами понимаете, связаться я не могу, а задействовать резервный канал – значит с большой долей вероятности раскрыться. Провал не нужен сейчас никому.

– Согласен. – Виталий в задумчивости сплел пальцы рук. – Подробности?

– Он иностранный корреспондент. Итальянец. Работал в наших местах, был арестован СБУ.

– Вот как? Они ж вроде к иностранцам относятся как к священным коровам.

– Смотря к кому. Этот писал правду. Ну, почти. Смягчал акценты, чего уж, иначе его никто бы не стал печатать, но все же работал адекватно.

– И? Как я его эвакуирую? Разнесу ваш городок в щебень и вытащу за шкирку из чудом уцелевшего подвала? Открою вам страшную тайну – я не супермен.

– Все проще, – уголками рта усмехнулся резидент. – Он сумел сбежать. Наши бомбили колонну с войсками, их машину тоже зацепило. Я проверял, все так и было. Автозак вдребезги. А нашего клиента слегка посекло осколками, но он смог