Гепан - Анатолий Громов

может вспомнить как называется неприятное чувство, привело его в такое бешенство. С этим нужно кончать, нужно уничтожить их отряд и базу. Из-за них добыча Элириума застопорилась, а этого никак нельзя допускать. Найти их базу задача довольно сложная, а вот отряд заманить в ловушку можно прямо сейчас. С этого и начнем, сначало он лично уничтожит их бойцов, потом вычислит и найдет базу. А после запросит фрегат для уничтожения флота людей. И тогда ничего не будет мешать добыче Элириума. А когда его наберётся достаточно, и материнский корабль восстановят рабы-земляни, он совершит переход сюда, чтоб раз и навсегда покончить с этими мерзкими людишками.

От этих мыслей Хозяин пришел в возбуждение, и уже хотел было отдать приказ, чтоб взять курс на Астерию. Но тут вдруг отчётливо вспомнил как называлось то чувство, которое он на мгновение испытал. Это давно забытое слово его раса не использовала вот уже много столетий. И смертельная опасность крылась за этим чувством, имя которому СТРАХ.

Хозяин продолжал парить в центре зала, его разум был захвачен тревожными мыслями. Страх. Это чувство вспыхнуло в его сознании так внезапно, что потрясло его до глубины. Люди. Эти примитивные создания, которых они считали недостойными даже внимания, оказались не просто угрозой на поле боя. В их слабости крылась сила, которую Хозяева не могли ни предвидеть, ни понять.

Псионика. Их способность проникать в разум и контролировать сознание оказалась неожиданной угрозой. Хозяева всегда гордились своей коллективной психической сетью, считая её вершиной эволюции разума. Но то, что они увидели через глаза мёртвого клона, привело их в ужас. Люди, казалось, не имели ограничений в своем сознании. Они были способны на то, что Хозяева давно потеряли — на чувства, которые казались слабостью, но сейчас внушали смертельный страх.

Хозяин вспомнил момент, когда псионик заставил клона поднять руку. В тот миг он ощутил не просто контроль, а глубинную связь, которую его раса утратила многие века назад. В этом кратком соприкосновении с человеческим разумом он увидел не только страх, боль и гнев, но и нечто иное — любовь, самопожертвование, стремление защитить своих близких любой ценой.

Эти эмоции были непонятны Хозяевам. Они не испытывали таких чувств. Их сознание было единым, общим для всех, и в нём не было места для личной привязанности, для отношений между отдельными существами. Но сейчас Хозяин осознал, что это была их слабость. Люди были способны пожертвовать собой ради тех, кого любили. Они могли пойти на смерть, чтобы защитить тех, кто им дорог. И эта способность, эта невероятная сила воли, основанная на чувствах, оказалась вне понимания Хозяев.

— Они не боятся смерти, — прошептал Хозяин, обращаясь к Сверхразуму. — Они способны на то, что мы давно забыли.

Эта мысль потрясла всю их систему. Сверхразум, который существовал тысячелетия, изучал сотни поглощённых цивилизаций, но никогда не сталкивался с тем, что делало людей столь опасными. Люди не просто сражались за своё выживание. Они сражались за своих близких, за тех, кого любили. И это делало их невероятно сильными.

Сверхразум заглянул глубже в природу этих существ, пытаясь понять источник их силы. Но каждый раз сталкивался с тем, что нельзя было предсказать или проанализировать. Люди, несмотря на свою физическую слабость, обладали непостижимой способностью восставать против любого, даже самого могущественного врага, ради тех, кого любили. Эта любовь, это желание пожертвовать собой ради других, было для Хозяев чуждо. Но теперь оно стало их главным страхом.

— Они… могут разрушить нас, — прошелестел Сверхразум, его голос дрожал в сознании всех Хозяев. — Если их не уничтожить сейчас, они найдут способ превратить наши слабости в свою силу.

Хозяин понимал, что их раса не могла с этим справиться. Люди, со своей псионической силой и эмоциональной связью, представляли собой угрозу, которая могла разрушить саму суть Хозяев — их коллективное сознание. Если они смогут проникнуть глубже, они разрушат их изнутри. Этот страх оказался сильнее всех прежних угроз, ведь они не могли победить то, что не понимали.

— Мы должны уничтожить их. Любой ценой. Не позволить им раскрыть свою силу до конца, — приказал Хозяин.

Но в его разуме, оставалось зерно сомнения. Ведь как можно победить тех, кто не боится умереть ради любви?

Лицом к лицу

Маша и Нестеров очнулись от неприятного ощущения сдавленности, словно их тела сжались в крошечную точку и снова развернулись в пространстве. Голубая вспышка, вызванная телепортацией, исчезла, и вместо ожидаемого бункера на Земле они оказались в тускло освещенном помещении, с металлическими стенами, покрытыми незнакомыми символами. Пол был гладким и почти зеркально отражал их фигуры.

Нестеров медленно встал, ощупывая себя, словно проверяя, не распался ли он на молекулы. Маша, едва не потеряв равновесие, вцепилась в его руку.

— Это не бункер, — прошептала она, оглядываясь. — Где мы?

Нестеров посмотрел по сторонам. В помещении было тихо, но за стенами ощущалось нечто тревожное, как будто они находились в сердце чего-то чуждого и враждебного. Он подошёл к ближайшей стене и осторожно прикоснулся к ней. Материал оказался холодным и слегка вибрировал, как будто вокруг шла огромная работа.

— На этом корабле, — наконец сказал Нестеров. — Это корабль пришельцев.

— Телепортировали нас не туда, — с отчаянием в голосе произнесла Маша. — Мы на корабле врага!

Нестеров кивнул, пытаясь удержать холодную логику в голове. Телепортация, видимо, прошла не так, как планировалось. Возможно, произошел сбой и вместо Земли они оказались здесь. Вопрос был только один: зачем?

— Мы должны разобраться, как отсюда выбраться, — сказал Нестеров. — Возможно, это наш шанс узнать их слабые места. Если уж мы здесь, нам нужно использовать это.

Маша посмотрела на него, пытаясь сдержать подступающую панику. Они находились в эпицентре вражеской силы, среди существ, которые уничтожили их мир. Но Нестеров был прав: паника сейчас была их главным врагом.

— Как мы будем искать выход? Они найдут нас в считаные минуты, — сказала она, пытаясь сосредоточиться.

Нестеров приблизился к центральной панели, которая ярко светилась. Он наклонился над ней и увидел, что символы начали меняться. На экране возникла странная последовательность изображений, как будто система распознала их присутствие.

— Это ловушка, — сказал он, — или приглашение. Но у нас