Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

уши. Неистовство первой волны миновало, но от пришедшей с ней воды река вздулась и течение усилилось. Элис сжимала драконицу коленями, словно сидела верхом на лошади, крепко держалась за пояс Тимары и молилась. Все её мышцы болели от слишком долгого напряжения. Милостивая Са, сколько ещё продлится этот кошмар? Синтара пока боролась с течением, но гребла уже заметно слабее. Сколько же времени прошло? Драконица, должно быть, начинает выдыхаться. Если Синтара сдастся, они все погибнут. Элис понимала, что одним им в этом разливе не выжить. Она склонилась ближе к драконьей голове.

— Осталось уже немного, красавица моя, моя королева. Видишь, там впереди ряд деревьев. Ты справишься. Не пытайся плыть прямо к ним. Пусть течение несет тебя, а ты просто правь к берегу, радость моя, моё бесценное сокровище.

Драконица откликнулась, слегка воспрянув, как будто какие-то пустые слова действительно ободрили её и придали сил.

Тимара тоже это почувствовала.

— Великая королева, ты обязана выжить. Память всех твоих предков доверена тебе, и ты должна пронести её через века. Плыви! Иначе все воспоминания будут утрачены навсегда, и мир не оправится от такой потери. Ты должна выжить. Должна!

Берег приближался очень медленно. Несмотря на все их попытки её подбодрить, силы Синтары таяли. Затем до них донесся трубный зов. Вдоль берега, вклинившись между деревьями, маячили драконы. Они звали Синтару, и Элис встрепенулась от восторга, услышав человеческие голоса, вплетающиеся в звучные кличи.

— Это Синтара! Синяя драконица Тимары! Плыви, королева, плыви! Не сдавайся!

— Слава Са, у неё на спине кто-то есть! Кто это? Кого она спасла?

— Плыви, дракон! Плыви! Ты справишься!

— Сильве? — окликнула вдруг Тимара. — Это ты? Мы с Элис здесь, Синтара нас спасла!

— Не пытайся залезать на топляки, — донесся до них высокий голос Сильве. — Застрянешь. Продерись через затор к живым деревьям. Там мы подсунем под тебя большие бревна, и ты сможешь передохнуть, Синтара. Только не запутайся в плавнике! Он утянет тебя на дно, как рыболовная сеть.

Спустя несколько минут они оценили этот совет. Самый разный мусор прибивался к берегам. Если в самой реке течение волокло за собой отдельные обломки, то чем ближе Синтара подгребала к деревьям, тем плотнее и спутанней становилась их мешанина. Тимара изо всех сил держалась за драконицу; ей казалось, что этот последний этап борьбы длится, по меньшей мере, день. Спасительные деревья маячили над головой, и девушка никогда так не мечтала ощутить под когтями кору, вцепиться в ствол одного из этих великанов и понять, что она в безопасности. Сумрак ещё не уступил место свету, но где-то уже брезжила заря, растворяя мглу и обрисовывая очертания мусорного затора на воде. Неужели они боролись с потоком целую ночь? Теперь Тимара ясно различала под деревьями темные громады драконов. Они обессиленно лежали на воде и сопротивлялись течению, обхватив передними лапами стволы. Время от времени драконы трубили, как будто кого-то окликали. Несколько хранителей сидело на нижних ветвях. Тимара не разобрала, сколько их там и кто именно, но в её сердце затеплилась надежда, что все ещё будет хорошо. Лишь несколько часов назад она боялась, что выжили только они с Элис и Синтарой. А теперь уже надеялась, что благополучно уцелели все.

Драконица раздвигала грудью плотное месиво плавника. Ей было трудно внять совету и не попытаться взобраться на него. Тимара ощущала её усталость, её желание все бросить и просто отдохнуть. Сердце девушки замерло от радости, когда она увидела сначала Сильве, а затем и Татса, пробирающихся по веткам и бревнам им навстречу.

— Осторожнее, — крикнула им она. — Если вы сорветесь и уйдете под воду, мы никогда не найдем вас под этим месивом.

— Знаю! — откликнулся Татс. — Но нам придется как-то разгрести затор, чтобы Синтара смогла добраться до деревьев. Некоторым драконам мы помогли, подсунув им под грудь большие бревна, чтобы поддержать на воде.

— Это было бы кстати, — тут же отозвалась Синтара, и по этому признанию Тимара поняла, что драконица устала гораздо сильнее, чем ей казалось.

— Нам надо слезть с неё, — тихонько шепнула девушка Элис. — Этот слой мусора на вид достаточно плотный, чтобы выдержать нас, если ступать осторожно.

Та уже разматывала кушак с платья. Он оказался длиннее, чем ожидала Тимара, поскольку женщина из Удачного дважды обернула его вокруг талии.

— Привяжи конец к запястью, — предложила Элис. — И я тоже так сделаю. Если одна из нас провалится, вторая вытащит.

Тимара слезла первой, полусъехав со скользкого плеча Синтары. Кушак на запястье пригодился ей сразу же, когда Элис придержала её над самой поверхностью затора, позволив выбрать местечко понадежнее. Поблизости нашлось бревно с торчащим суком. Тимара успешно спрыгнула на него, и ствол её не сбросил, хоть и слегка просел и закачался. Девушка предположила, что его притонувшие ветки перепутались с другим мусором, так что теперь дерево так просто не перевернется.

— Держит надежно! Спускайся, — окликнула она Элис.

Затем Тимара оглянулась через плечо и увидела, что Татс почти добрался до них и уже ступил на её бревно.

— Стой там! — велела она ему. — Пусть сперва Элис спустится, пока дерево не просело под твоим весом.

Татс замер на месте, явно раздосадованный и встревоженный, но подчинившийся. Когда Элис осторожно спустилась, придерживаясь за крыло Синтары, они услышали голос Сильве, успевшей обойти драконицу с другой стороны.

— Будем действовать медленно, а не то ты меня опрокинешь. Я подойду к тебе по этому бревну. Когда оно затонет под моим весом, ты попытаешься забросить на него переднюю лапу. Потом я отойду назад, а ты попробуешь сдвинуться вдоль бревна. Так мы сумели поддержать на воде уже трех драконов. Ты готова?

— Ещё как готова, — отозвалась драконица.

В её голосе звучала едва ли не признательность, что совсем на неё не походило. Тимара едва не улыбнулась. Может, теперь драконица увидит хранителей в ином свете.

Татс поймал её за руку, и девушка вскрикнула от неожиданности.

— Держу, — успокаивающе произнес он. — Иди сюда.

— Отпусти! Ты так меня опрокинешь, — рявкнула она, но, заметив на его лице обиду, добавила примирительно: — Надо оставить на бревне место для Элис. Сдвинься назад, Татс. — И, когда он послушался, доверительно сообщила, понизив голос: — Я так рада видеть тебя живым, что даже слов не нахожу.

— Кроме «отпусти»? — с горьким смешком уточнил он.

— Я больше не сержусь на тебя, — заверила его Тимара и слегка удивилась, поняв, что так оно и есть. — Левее, Элис! — крикнула она, когда женщина, все ещё цепляясь за крыло Синтары, попыталась на ощупь найти опору для ноги. — Ещё, ещё… вот так. Ты