Цель оправдывает средства. Том четвертый - Илья Сергеевич Модус

— Может быть с землей? — уточнил Шейд.

— Пробовали уже, — заметил Джайнг. — Хреново вышло. Поэтому мы здесь. Объект охраняется ротой трандошан с дезинтеграторами, ситуация внутри нам не известна. Работают несколько отрядов спецназа — я разговаривал с Меерелем, его группы уже на позиции. Мы наносим удар, имитируем отступление, выманивая за собой погоню. Два отряда находятся в засаде по пути отхода. Пока будем отстреливать ящерок, главные силы нанесут удар и взорвут все к хатту.

— И даже не будем пытаться спасти наработки? — усомнился Найнер.

— Командованию это ни к чему, — заметил Джайнг, но Дэвин почему-то ему не поверил. Было бы руководству «не интересно» относительно данных лаборатории, нанесли бы удар с орбиты. Но почему-то не захотели этого делать. Вывод напрашивался сам собой. — В любом случае — лаборатория не наша проблема. Этим занимаются Прудии и его группа.

— Мне одному интересно, что там такого интересного в этой лаборатории, что ее не захотели разбомбить? — поинтересовался Найнер.

— Если хочешь, спроси у генерала Альфы, — предложил Джайнг.

— Нет-нет, спасибо, — сразу пошел на попятную командир «омег». — Хотя, разрешите вопрос, майор?

— Валяй, — просто ответил командир группы.

— Вас, как ЭРКа «Нуль-класса» не задевает тот факт, что ИКССН командуют ЭРКи «Альфа-класса», а не вы с братьями? — спросил Найнер.

— Абсолютно, — ровным тоном произнес Джайнг, лязгнув затвором верпинского картечного пистолета. — Ненавижу возиться с бумажками. Поэтому знайте: если из вас кто-то сдохнет на этом задании — оформлять рапорта о гибели будете сами.

Шипение герметических дверей отвлекло Кэда Бейна от самого увлекательного занятия на свете — дурос чистил ножом грязь из-под ногтей. Заметив мое приближение, он поднялся, крутанув клинок на руке, вернул его в ножны за поясом.

— Клиент готов к разговору? — поинтересовался я, кивнув в сторону камеры, отделенной энергетическим полем от просторного коридора, снабженного автоматическими турелями. Меж рядами камер бродили боевые дроиды, дроиды-стражи, парили надсмотрщики. Все происходящее в «одиночках» фиксировалось и анализировалось. Но не сказать, что это помогло нам в понимании юужань-вонгов больше, чем вскрытие нескольких пленников. Вот там — да, там информации просто горы. На какую-нибудь премию тянет. Учредить, что ли?

— Нет, Ваше Императорское Величество, — честно произнес прославленный в прошлом наемник. — Боль он любит, электричество его щекочет, огнемет почти расположил его к диалогу, но его панцирь треснул и обуглился. Глаза решили пока оставить, да и резать его на части не вариант — понравится еще. Иными словами, я не знаю, как его разговорить — обычные методы не сработают. Хотя, он отреагировал конечно, когда с него срезали большую часть имплантов…

— Почему не все? — удивился я.

— Некоторые вживлены во внутренние органы, — пояснил Бейн. — Изымем — он сдохнет. Оставили на крайний случай. И да, есть подозрение, что он нас вообще не понимает.

— Вон оно что, — кивнул я, подходя к алому энергетическому пологу, отделяющему меня от командира авангарда вторжения. — Молчим, значит, Да’Гара?

Юужань-вонг, более походящий на хорошо отбитый кусок мяса, покрытый черной коркой запекшейся крови, безразлично смотрел прямо перед собой, всем своим видом давая понять, что ему абсолютно наплевать на происходящее.

— Ну что же ты, — я опустился на табурет, любезно представленный Кэдом Бейном, с любопытством наблюдая за вражеским командиром. Он так старательно пялился в одну точку, демонстрируя смирение с происходящим, что я даже бы поверил, будто он в самом деле сломался. Есть у юужань-вонгов такая черта — они дорожат своими шрамами и увечьями, считая, что это приближает их к богам-бдсмщикам. Потерять импланты — позор и крах всей жизни. Ибо тогда юужань-вонг, вне зависимости от касты, к которой он принадлежал, превращался в Опозоренного — члена самой презираемой и самой ненавистной касты межгалактических цыган.

И Да’Гара всячески демонстрировал, что сейчас он именно что стал Опозоренным, а потому вся его жизнь подошла к концу и впору гроб заказывать, да вот враги сожгли родную хату и мавзолей уже не построить.

— Забавно то, как ты пытаешься доказать нам насколько бесполезно тебя держать здесь, — произнес я, смотря прямо на него. — Я-то думал, что вонги — гордый народ, которому чуждо притворство — особенно касте воинов. А тут, ты, сидишь, шлангом прикидываешься… Эх, что бы о тебе сказал Юм-Яммка.

Предводитель авангарда вторжения бросил на меня осторожный взгляд, натолкнувшись на насмешливую улыбку с моей стороны. Поняв, что бессмысленно прикидываться дальше, он поднялся на ноги, возвышаясь надо мной на добрых метра полтора.

— Значит, — произнес он с довольно ужасным акцентом, режущим слух. Впрочем, то, что он явно в бешенстве, могло тоже сыграть свою роль на интонациях. — Ты и есть тот, кого они называют «Император»?

— О, — Кэд Бейн хохотнул. — Разговорился.

— Конечно, — кивнул я. — Видишь ли, Кэд, у него в ухе есть биотехнология — так называемый тизовирм, универсальный переводчик, который прекрасно работает, интерпретируя любую речь на родной язык вонгов. И наоборот.

— Юужань-вонгов, — военачальник противника что есть силы ударил по энергетической завесе. — Юужань-вонгов!

— А в чем разница? — поинтересовался Кэд Бейн, смотря на меня.

— Особенности культуры, — пришлось пояснить. — Для этого народа «юужань-вонг» — тот, кто любим богами. А «вонг» — это презираемый. Больше относится к Отверженным, чьи организмы отвергают импланты.

— И вы это знали, когда называли его расу «вонгами», — констатировал Бейн.

— Конечно, — ухмыльнулся я, видя, что Да’Гара понял, к чему была вся предшествующая беседа. — Это же оскорбление. Не отреагировать на него он просто не мог. А мне, чтобы поговорить с ним по душам, нужно установить психологический контакт.

— Уловки интендантов, — фыркнул предводитель авангарда вторжения. — Тебя характеризовали как воина, а не шпиона…

— Многозадачность — великое достижение человечества, — хмыкнул я. — Ты бы присел, разговор долгий предстоит.

— Мне не о чем с тобой говорить, неверный, —