Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

На Сигрейвзе был синий рабочий комбинезон с надписью «Сервис» на спине. Изготовленный заранее ключ легко открыл простой замок на двери пустующего здания, ожидающего капитального ремонта. Держа в одной руке ящик с «инструментами», а в другой — фонарик, он, шагая через ступеньку, поднялся на верхний этаж и оказался в комнате с единственным окном, выходящим на улицу. В предыдущий визит сюда он оставил его открытым и хорошенько смазал петли.

Открыв ящик, Сигрейвз быстро собрал снайперскую винтовку. Потом навинтил на дуло глушитель и загнал в ствол единственный патрон — настолько был уверен в себе. Потом подошел к окну и открыл створку буквально на пару дюймов, чтобы только просунуть в щель глушитель. Посмотрел на часы, потом в оба конца улицы. Роджер ничуть не беспокоился, что его кто-то заметит, ведь здание было совершенно безлюдным. Кроме того, его винтовка была отделана по технологии «камофлекс», то есть меняла цвет в зависимости от окружающей обстановки, а оптика не давала бликов.

Подумать только — человеку подсказали это какие-то жалкие мотыльки!

Когда лимузин и машина охраны подкатили к дверям клуба, он навел лазерный прицел на одного из пассажиров длинной машины, но стрелять пока не стал. Еще не время. Человек вошел внутрь, сопровождаемый телохранителями с толстенными шеями, торчащими из накрахмаленных воротничков. Он смотрел, как отъезжают лимузин и машина охраны.

Сигрейвз еще раз взглянул на часы: ждать еще два часа. Он продолжал осматривать улицу внизу, а автобусы и такси все подвозили женщин с серьезным выражением на лицах, но одетых не в роскошные тряпки от Версаче и бриллианты от «Де Бирс», а в строгие деловые костюмы и со вкусом подобранную бижутерию, с правильно настроенными политическими антеннами. Сопровождавшие их мужчины с такими же серьезными лицами были одеты в костюмы в тонкую полоску, убогие галстуки и, кажется, пребывали в скверном настроении.

«А лучше и не будет, джентльмены, можете мне поверить».

Сто двадцать минут тянулись и тянулись, а Роджер неотрывно следил за кирпичным фасадом клуба. Сквозь огромные, хорошо освещенные окна он видел постоянное перемещение народа внутри — люди с бокалами в руках чинно беседовали тихими голосами — как настоящие конспираторы.

«О'кей, настало время действовать».

Он еще раз быстро осмотрел улицу: ни души. Сигрейвз терпеливо дождался, пока его жертва оказалась в перекрестье прицела, и тогда указательным пальцем нажал на спуск. Ему не нравилось, что приходится стрелять сквозь оконное стекло, хотя подобная преграда не могла повлиять на полет пули, которую он выпустил.

Бах! Сразу за этим последовали звон стекла и тяжелый удар — пухлый человек уже мертвым рухнул на до блеска натертый дубовый паркет. Достопочтенный Роберт Брэдли не почувствовал никакой боли — по правде говоря, не самый скверный способ покинуть сей мир.

Сигрейвз спокойно положил винтовку и стянул комбинезон, оставшись в форме полицейского округа Колумбия. Надел на голову соответствующую фуражку, которую принес с собой, и пошел вниз по лестнице к заднему выходу. Покинув здание, он услышал крики на другой стороне улицы. С момента выстрела прошло всего девятнадцать секунд. Он знал это точно, потому что отсчитывал время в уме. Потом он быстро пошел по улице, продолжая отслеживать время операции. И в следующий миг услышал рев мощного автомобильного мотора — тщательно разработанный сценарий продолжал осуществляться. Теперь он уже бежал во всю мочь, на ходу вытаскивая из кобуры револьвер. Ему требовалось пять секунд, чтобы успеть на место. Завернул за угол — как раз вовремя, чтобы оказаться почти сбитым машиной: седан на дикой скорости пронесся мимо. В последний момент Роджер отпрыгнул в сторону, упал, перекатился и вскочил на ноги уже посреди мостовой.

Люди, столпившиеся на улице, что-то кричали ему, указывая вслед машине. Он повернулся, ухватился за рукоять револьвера обеими руками и стал стрелять по стремительно уносящемуся седану. Звук от выстрелов холостыми патронами был просто прекрасный, прямо как от настоящих. Он выстрелил пять раз, а затем помчался вперед по асфальтовой мостовой, пробежал с полквартала и ввалился в припаркованную там машину — на первый взгляд обычный полицейский патрульный автомобиль. Машина рванула за седаном, мигая проблесковыми маячками и ревя сиреной.

Седан, который они «преследовали», на следующем перекрестке свернул влево, потом вправо, проехал немного по переулку и остановился. Водитель выскочил из машины, подбежал к желто-зеленому «фольсксвагену-жуку», стоявшему чуть впереди, плюхнулся в него и умчался прочь.

Полицейская машина, отъехав подальше, выключила сирену и маячки, развернулась и поехала в противоположном направлении. Человек, сидевший за рулем, даже не взглянул на Сигрейвза, когда тот ввалился на заднее сиденье, снимая полицейский мундир. Под формой оказался облегающий спортивный костюм для пробежек; черные кроссовки уже были у него на ногах. На полу машины лежал шестимесячный черный Лабрадор в наморднике. Машина пронеслась по узкой боковой улочке, свернула налево и остановилась напротив парка, безлюдного в этот поздний час. Задняя дверь распахнулась, Сигрейвз вылез, и машина умчалась в темноту.

Сигрейвз взял поводок, и они с его «домашним любимцем» начали свою «ежевечернюю пробежку». Когда они повернули направо, мимо них пронеслись четыре полицейские патрульные машины. И никто не обратил на него внимания.

Минуту спустя совсем в другом районе города в небо рванул огненный шар — над взятым в аренду и, к счастью, пустым в тот момент домом уже мертвого человека. Сначала все решат, что это утечка газа с последующим возгоранием. Но потом, состыковав пожар с убийством Брэдли, федеральные власти начнут искать иные причины — правда, сделать это будет очень нелегко.

Пробежав три квартала, Сигрейвз бросил своего «любимца», забрался в поджидавшую его машину и менее чем через час уже был дома. А между тем правительству Соединенных Штатов уже требовалось срочно найти нового спикера Палаты представителей вместо скончавшегося Роберта Брэдли. Ну, это будет совсем нетрудно, думал Сигрейвз, добираясь следующим утром на службу, после того как прочел в утренней газете о вчерашнем убийстве Брэдли. В конце концов, этот проклятый город просто кишит битыми-перебитыми политиками. Битые политики? Очень подходящий термин! Он подогнал машину к охраняемым воротам, предъявил удостоверение вооруженному охраннику, который его прекрасно знал.

Он прошел через парадный вход широко раскинувшегося здания в Лэнгли, штат Виргиния, миновал