Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

Когда я предложил Олуху вторую чашку, он не стал отказываться. Возможно, он успокоился и поверил, что его не собираются отравить, когда увидел, как я сам пил отвар. Вернулись Уэб и Свифт с множеством покупок, щеки мальчика раскраснелись от прогулки на свежем воздухе. Олух осторожно сел, чтобы поглядеть на то, что они принесли.

— А вы купили пирог с земляникой и желтый сыр? — с надеждой спросил он.

— К сожалению, нет, но взгляни, что нам удалось найти, — предложил Уэб, раскладывая покупки на столе. — Копченая красная рыба, соленая и сладкая. Маленькие булочки с семечками. А вот корзинка с ягодами для тебя. Мне никогда не доводилось видеть ничего похожего. Женщина назвала их мышиными ягодами, поскольку мыши охотно запасают их на зиму. Ягоды кисленькие, но мы купили козий сыр — вместе получится вкусно. Эти смешные желтые корешки нужно жарить на углях, а потом очистить кожуру и посыпать солью. Ну и наконец, главное лакомство — они немного остыли, но пахнут превосходно.

«Главным лакомством» оказались пирожки размером с мужской кулак. Уэб принес их в мешке, сплетенном из травы и водорослей. Пока он раскладывал пирожки на столе, я уловил рыбный запах. Оказалось, что начинка сделана из крупно порубленной белой рыбы с густым соусом. Меня порадовало, когда Олух поспешно соскочил с кровати и подошел к столу. Он торопливо съел пирожок, остановившись лишь один раз, когда у него начался приступ кашля. Однако второй он жевал уже медленнее, запивая травяным чаем, — мне пришлось налить ему ещё чашку. Потом он так сильно раскашлялся, что я даже испугался, но приступ прошел, Олух слезящимися глазами посмотрел на меня и сказал дрожащим голосом: — Я так устал.

И не успел он с помощью Свифта улечься в постель, как тут же заснул.

Свифт оживил нашу трапезу, увлеченно рассказывая о путешествии в город. Мы ели, слушая рассуждения мальчика, я все больше молчал. Он оказался наблюдательным и толковым. Почти все торговцы, стоило им увидеть деньги, начинали вести себя дружелюбно. Наверное, тут помогла и природная любознательность Уэба. Одна женщина даже рассказала ему, что утренний отлив — самое подходящее время для сбора в полосе прибоя маленьких сладких моллюсков. Упомянув об этом, Уэб принялся рассказывать, как в ранней юности он вместе с матерью собирал моллюсков, а потом перешел к другим историям из своего детства. Свифт и я слушали его, затаив дыхание.

Потом мы выпили по чашке чая, и когда я уже начал думать, что день все же удался, появился Риддл. — Лорд Чейд послал меня сказать, что вам следует явиться в материнский дом, — заявил он с порога.

— Тогда вам не следует терять времени, — с неохотой сказал я Уэбу и Свифту.

— И ты тоже должен идти, — заявил Риддл. — Я останусь с придурком принца.

Я бросил на него мрачный взгляд. — Олух, — негромко проговорил я. — Его зовут Олух. Я впервые сделал Риддлу выговор. Он лишь посмотрел на меня, но я не смог понять, обиделся он или нет.

— Олух, — не стал спорить Риддл. — Я останусь с Олухом. Ты же знаешь, я никого не хотел обидеть, Том Баджерлок, — добавил он с некоторым раздражением.

— Я знаю. Но Олух обижается.

— Ах вот оно что. — Риддл посмотрел на спящего, словно для него было новостью, что Олух может испытывать какие-то чувства.

Я смягчился и сказал: — На столе осталась еда, а в котелке горячая вода, если захочешь чаю.

Он кивнул, и я почувствовал, что мир восстановлен. Я сменил рубашку и пригладил волосы. Потом причесал Свифта, хотя он был от этой идеи вовсе не в восторге. Оказалось, что он совсем не следит за своими волосами.

— Тебе нужно расчесывать волосы каждое утро, — сказал я. — Не сомневаюсь, что отец тебе не раз объяснял: не следует разгуливать по улицам, точно косматый горный пони.

Мальчишка бросил на меня быстрый взгляд и удивленно воскликнул: — Да, в точности так он и говорит!

Пришлось срочно изобретать правдоподобное объяснение: — Так часто говорят в Бакке. Ну, посмотрим, как ты теперь выглядишь. Ладно, сойдет. Кстати, тебе не помешает почаще мыться, но сейчас у нас нет времени. Пошли.

Я немного пожалел Риддла, которому пришлось остаться со спящим Олухом.

Глава 10

Таков их брачный обычай. Брак связывает супругов до тех пор, пока того желает женщина. Именно женщина выбирает мужчину, хотя мужчина может ухаживать за женщиной, которая ему нравится, совершая в её честь воинские подвиги и преподнося дары. Если женщина с Внешних островов принимает ухаживания мужчины, это вовсе не означает, что она намерена вступить с ним в брак, а значит лишь, что она согласна разделить с ним ложе. Их любовные игры могут продолжаться неделю, год или всю жизнь. Решение принимает женщина. Все находящееся под крышей дома принадлежит женщине, как и все плоды земли, отходящие к её материнскому дому. Дети являются собственностью клана, обычно их воспитывают братья и дяди матери, а не отец. Пока мужчина живет на её земле или в её материнском доме, приказы ему отдает женщина. Путешественники никак не могут взять в толк, почему мужчина добровольно соглашается на такое подчиненное положение, но для обитателей Внешних островов наши обычаи кажутся столь же непонятными. Иногда они спрашивают: «Почему ваши женщины добровольно покидают дома своей семьи и становятся служанками в доме мужчины?»

Федврен, «Рассказ о путешествии по варварским землям»

НАРЧЕСКА

Материнский дом клана нарвала одновременно был крепостью и жилищем. Не вызывало сомнений, что это самое старое строение в Уислингтоне. Массивная стена, окружавшая дом и сад, была первой линией обороны. Если захватчикам удавалось преодолеть стену, защитники могли отступить в дом. На его каменных стенах виднелись следы огня — очевидно, дом выдержал несколько пожаров. Стены первого этажа были абсолютно глухими, на втором имелись лишь узкие бойницы, и только третий мог похвастать настоящими окнами, которые закрывались массивными ставнями, способными защитить обитателей дома от стрел.

И все же дом не являлся замком в нашем понимании. Здесь нельзя было разместить овец и дать убежище другим обитателям Уислингтона. Да и отсутствие помещений для хранения запасов продовольствия не позволяло выдерживать долгую осаду. Ещё одно существенное различие между обитателями Внешних островов и народами Шести Герцогств.

Двое молодых мужчин в цветах клана нарвала пропустили нас в ворота. Внутри дорожка была выложена гравием и битыми ракушками, они искрились у нас под ногами.