Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

на здоровье, Чейд не мог прислать к ней целителя, чтобы подтвердить мои слова. Нарческа несколько раз отказывалась от приглашений принца отправиться на прогулку, поэтому Дьютифул был не в силах оценить её состояние. А королева не хотела слишком часто приглашать нарческу на приемы, чтобы не продемонстрировать излишнюю заинтересованность в предстоящем браке. В конечном счете, оставалось лишь анализировать мои наблюдения. Однако нам не удавалось разгадать тайну нарчески и понять Хению.

Эта женщина оставалась для нас загадкой. Мы не знали, о какой Госпоже она говорила, если только не имела в виду какую-то старшую родственницу Эллианы, имеющую над ней власть. Осторожные расспросы ничего нам не дали. Шпионы Чейда также потерпели неудачу. Дважды за Хенией следили, когда она выходила в город. И оба раза ей удавалось улизнуть от наблюдения: в первый она скрылась в толпе на рыночной площади, в другой просто свернула за угол и исчезла. Мы не знали, с кем она встречалась в городе и зачем. Волшебное наказание, которому подверглась Эллиана, говорило о неизвестной нам магии. Возможно, нам следовало радоваться, что у нас есть союзник, который настаивает на браке нарчески с принцем. Однако нас смущала жестокость наказания.

— Ты уверен, что лорд Голден не может пролить свет на эти события? — однажды спросил Чейд. — Кажется, он как-то сказал, что изучал историю и культуру Внешних островов.

Я лишь пожал плечами. Чейд фыркнул.

— А ты у него спрашивал?

— Нет, — коротко ответил я, а когда Чейд нахмурил брови, я добавил: — Я уже говорил тебе. В последнее время он почти не покидает постели. Даже ест в спальне. Он опустил занавески на окнах и загородил свою постель ширмой.

— Быть может, он заболел?

— Он не говорил, что плохо себя чувствует, но именно такое впечатление он произвел на мальчика, который ему прислуживает. Иногда мне кажется, что он специально взял на службу Чара, чтобы тот распространял о нем выгодные ему слухи. Мне представляется, что Шут хочет поменьше попадаться людям на глаза, пока послы Бингтауна не покинули Баккип. Он довольно долго жил в Бингтауне, но там его знали не как Шута или лорда Голдена. Полагаю, он боится, что его кто-нибудь узнает и это подорвет его положение при дворе.

— Ясно. В таком случае его поведение выглядит разумным. Послушай, Фитц, ты не можешь поговорить с ним относительно способностей к Скиллу Сельдена Вестрита?

— Поскольку он сам не владеет Скиллом, не думаю, что лорд Голден сможет сказать нам что-нибудь вразумительное.

Чейд поставил на стол чашку.

— Но ты у него не спрашивал, не так ли?

Я взял свою чашку и сделал несколько глотков, чтобы выиграть время на размышление.

— Нет, — ответил я, поставив чашку, — не спрашивал.

Чейд внимательно посмотрел на меня.

— Похоже, вы поссорились? — с удивлением спросил он.

— Я бы не хотел это обсуждать, — холодно ответил я.

— Хм-м. Вы выбрали очень подходящий момент. Сначала в Баккипе пересеклись пути послов Бингтауна и обитателей Внешних островов, а потом ещё и ты обидел королевского менестреля и устроил дурацкую ссору с Шутом, в результате проку от вас никакого. — Он откинулся на спинку кресла и сердито посмотрел на меня, словно я все это сделал исключительно для того, чтобы ему насолить.

— Сомневаюсь, что у него есть что сказать по данному поводу, — заявил я.

За последние три дня я не обменялся с Шутом и дюжиной слов, но рассказывать о наших разногласиях Чейду не собирался. Если Шут и заметил мою холодность, то никак на неё не отреагировал. Он велел Тому Баджерлоку отказывать в приеме всем гостям, пока его самочувствие не улучшится, что я и делал. Я старался как можно меньше времени проводить в наших покоях. Несколько раз, возвращаясь в свою спальню, я замечал следы пребывания в покоях лорда Голдена гостей. Значит, Йек навещала его, когда меня не было дома, — я без труда узнал пряный аромат её духов.

— Что ж, возможно. — Чейд нахмурился. — В любом случае, постарайся помириться с Шутом. Когда на душе у тебя скребут кошки, толку от тебя меньше, чем от ругательств пьяного лудильщика.

Я глубоко вздохнул, чтобы справиться с гневом.

— В последнее время мне хватает и других забот, — заметил я.

— Конечно. Нам всем есть над чем поразмыслить. Что хотел твой мальчик, когда приходил в замок? С ним все в порядке?

— Не совсем.

Я удивился, когда один из поварят постучал в мою дверь и сообщил, что во дворе кухни меня ждёт молодой человек. Я поспешил спуститься вниз и увидел смущенного и рассерженного Неда. Он отказался войти внутрь, даже в караулку, хотя я заверил его, что никто не станет возражать. За последнее время стражники успели ко мне привыкнуть. Он сказал, что не хочет отнимать много времени, поскольку понимает, что у меня и своих дел хватает. Я сразу почувствовал укол совести, поскольку действительно был занят и не находил возможности для встречи с Недом. К тому времени, когда он набрался мужества сообщить мне, что Джинна выгнала его из дома, решимости у меня заметно поубавилось.

Он смотрел мимо моего плеча, когда произносил следующую фразу:

— Поскольку у меня нет своих денег, последние две ночи я спал где придется, лишь бы было какое-то укрытие от холода. Но я не могу прожить зиму на улице. Поэтому мне ничего не остается, как переехать к мастеру Гиндасту и поселиться вместе с остальными учениками. Вот только… мне неудобно просить его об этом — ведь он не раз мне предлагал, а я постоянно отказывался.

Вот так новость.

— Он предлагал тебе? Но почему? Ведь ему было выгодно, чтобы ты жил отдельно. Не нужно тебя кормить и все такое…

Нед с тоской посмотрел в небо.

— Он предлагал мне переехать всякий раз, когда его не устраивала моя работа, — со вздохом ответил он. — Мастер Гиндаст говорил, что если бы я вовремя ложился спать, у меня бы лучше получалось. — Он отвернулся и после паузы с некоторой гордостью добавил: — Мастер Гиндаст утверждает, что я мог бы прекрасно работать, если бы не был таким сонным по утрам. А я все время возражал, заявляя, что справлюсь. Ну, я пару раз опоздал, но не пропустил ни одного дня с тех нор, как мы приехали в Баккип.

Он говорил так, словно я сомневался в правдивости его слов. Я не стал ему возражать.

— Ну, так за чем же дело стало? — спросил я, немного помолчав. — Если он несколько раз предлагал тебе переехать к нему в дом, Гиндаст с удовольствием