Мнимые люди - Андрей Белоусов

Терентьев не стал у него щупать пульс, перед ним был явно труп и выдавленные глаза, были тому прямым доказательством. Он только опустился на корточки рядом с трупом, чтобы повнимательней рассмотреть погибшего.

Характер повреждений тела привёл Терентьева в шок. Походило на то, что Федора Степановича, как куклу долбали об эту самую стену, с заляпанным кровью ковром, под которой он валялся, с невероятной и фантастической силой. Сначала Фёдору Степановичу размозжили голову и раздавили грудную клетку, а судя по его неестественной позе, ему потом вдобавок сломали ещё шею и позвоночник.

— Твою мать! Мне ещё трупа не хватало и чего я попёрся? Передал бы сменщику и домой ушёл. Нет больше всех надо, — нервно забубнил Терентьев себе под нос, отыскивая в бушлате мобильный.

Наряд и Скорая прибудут только через двадцать минут, а пока сказали ничего не трогать и оставаться на месте.

«Совсем там оборзели, никто работать не хочет», — со злостью в ответ подумал Терентьев. — «Чёрт, теперь ещё и рапорт писать, объясняться, почему это я без санкции в квартиру вошёл? Волокиты на всю ночь. Надо бы Машке позвонить, предупредить, что теперь приду домой только утром».

Терентьев уже набирал домашний номер, как его неожиданно посетила мысль — догадка:

«Идиот! Совсем из головы вылетело: а где Николлета? Старуха же утверждала, что из квартиры никто не выходил. Но Николь не могла так зверски убить своего мужа. А это значит, убийца ждал своего часа для побега и всё это время находился в квартире».

Стоп! А это что ещё это за звуки?

В гробовой тишине, что повисла в помещении, отчетливо проступили странные и непонятные звуки из-за приоткрытой двери, ведущей похоже в хозяйскую спальню. Терентьев поискал глазами возможное оружие для самообороны. Глаза уцепились только за кухонный нож на столе, с широким лезвием. Зажав в руке нож, Терентьев стараясь не создавать лишнего шума, крадущейся походкой подошёл к двери спальни, чутко следя за трепещущимся огоньком свечи.

Вблизи, непонятные звуки идущие из-под двери, напомнили Терентьеву приглушенные жалобные стоны человека. Терентьев осторожно приоткрыл дверь и прислушался.

Точно за дверью кто-то всхлипывал и стонал, даже скорее плакал, но что-то насторожило лейтенанта и не дало ему сразу ворваться в спальню на помощь человеку.

«Странный какой то плачь, — с сомнением подумал он. — Где-то я уже такой недавно слышал, но где?» — Через минуту размышлений его осенило. — «Точно! Серёжка, сын, на прошлой неделе, как-то смотрел по телику ужастик, и там, точь в точь, был точно такой же звук», — вспомнил он и спину его обдал мороз. — «Но там этот звук, смоделировали. Сам же человек не в состоянии производить столь сложный звук».

Тем временем, за дверью продолжались, плачь и всхлипы, и создавалось ощущение, что плачет не один а двое, но как бы на один манер, одновременно попадая в один такт с другим.

Отбросив идиотские мысли про мистику, Терентьев решительно распахнул дверь настежь. Мерцающий свет свечи сразу проник в спальню, освещая одни участки комнаты и затемняя другие, а на стенах, под свет свечи рождались уродливые и умирали, двигающиеся страшные тени.

Участковый быстро обвёл спальню цепким взглядом и заметил фигуру человека. До скрючившейся фигуры на широкой кровати свет свечи не доставал и Терентьеву никак не удавалось рассмотреть человека, но что это была женщина, он понял сразу по ниспадающим волосам, разметавшимся по подушке. Женщина эта сидела на корточках у самого изголовья кровати, повернувшись спиной к выходу. Руками она обхватила ноги, а голову опустила и густые волосы, ниспадая чёрными волнами полностью скрыли лицо и фигуру женщины. Судя по обстановке, кроме женщины в спальне больше никого не было.

Между тем сама женщина продолжала раскачиваться из стороны в сторону издавая жуткий, нереальный плачь, ничуть не озаботившись появлением постороннего в комнате.

— Николлета, это вы? — почему-то шёпотом спросил Терентьев у тёмной фигуры. — С вами всё в порядке? Это я младший лейтенант Терентьев, ваш участковый. Вы помните меня?

Фигура женщины никак не отреагировала, продолжая покачиваться и плакать.

— Николлета! Вы слышите меня, — громче позвал Терентьев.

Фигура продолжая плакать, наконец повернула к нему голову, хотя волосы закрывавшие лицо женщине, так и не дали Терентьеву возможности понять, повернулась она к нему или же наоборот отвернулась. Чем-то эта женщина напомнила сейчас ему, умершую девочку из фильма ужасов «Звонок». Та точно так же закрывала своё лицо чёрными волосами.

Терентьев, находясь на грани паники, всё же зло улыбнулся своим мыслям:

«Тьфу, твою ж мать. Уже всякое дерьмо лезет в голову, совсем рехнулся от страха. Это же Николь и возможно она не совсем сейчас нормальная психически, но уж точно не чудовище из ужастиков. Надо подойти и успокоить её. В конце концов — это твоя работа, а ты выдумываешь всякую ерунду. Бред, одним словом»…

Бывают такие случаи в жизни, когда человек отказывается слушать свою интуицию, которая в момент опасности, иной раз, просыпается даже у самых чёрствых людей, а начинает выстраивать свои собственные логические цепочки, приходя к ложным выводам. А вот что ему подсказывает сама природа, человек отбрасывает, как ложное чувство. И чаще, чем кажется, это-то и оказывается последней ошибкой в его жизни.

Вот и Терентьев, гонимый прочь внутренним предчувствием, вопреки всему, сделал шаг по направлению к фигуре женщины, полностью быв уверен, что это Николлета. Он сделал всего лишь шаг. Всего один шажочек…

Женщина взметнулась с места прямо в воздух, как атакующая кошка, без предупреждения и подготовки, раз, и преодолев в прыжке два метра, обрушилась на младшего лейтенанта Терентьева.

В следующий момент, подъезд дома номер пять, огласил душераздирающий, смертельный крик ужаса и пометавшись, потыкавшись в двери и окна, он растворился на задворках улицы.

Баба Марья, оправившаяся от ужаса увиденного ею в квартире соседей, выглянув снова за дверь, вот же любопытная карга, рухнула трупом в прихожей. Не выдержав второй психической атаки, за столь краткий миг, старушечье сердце навеки прекратило свой бег…

В перерыве же, где-то продолжительностью в минуту, устоявшуюся тишину подъезда, снова разорвал ужасающий крик — вой, страха и боли отчаяния, одиночества, тоски и смятения. И припозднившиеся прохожие видели, как пробив окно третьего этажа, пятого дома, на улицу выпрыгнула женщина с распущенной копной волос, в домашнем халате и тапочках, быстро оглянулась по сторонам и побежала прочь от освещенного пространства, ничуть при этом не хромая, как будто и не было прыжка с восьмиметровой высоты.

Нашли её вмёрзшей в сугроб, только через три дня, в старом, заброшенном дворике. Тело женщины поступило в морг, как буйно-помешанная, и передано дальним родственникам для последующего захоронения, без проведения экспертизы. Дело по убийству Мещерякова Федора Ивановича и младшего лейтенанта Терентьева заглохло на раннем этапе, из-за недостатка улик и свидетелей…

Москва — огромный город. Город где рождается любовь и ненависть. Где разврат соседствует с целомудрием. Где добро и зло сплелись в такой сумасшедший клубок, что уже не понять где что…

Москва — это город огромного богатства и невероятной нищеты. Здесь за секунду сбываются все мечты и рушатся жизни. Одним он помогает подняться на вершину, других он безжалостно топчет и скидывает в самый низ, жизненных устоев. Здесь можно быстро обогатиться и так же быстро всё потерять. Это город мечты и надежды для многих жителей страны.

Но ещё — это город множества судеб и он, как не странно, властен над ними и он может играть этими судьбами, как ему заблагорассудится. Одним он может подбросить шанс и преподнести им райские куши, у других же наоборот, может всё отобрать, ввергнув в пучину Ада.

Он может калечить жизни или вдохновлять на подвиги.

И переступив его пределы, вы уже не будете властны над своею собственной судьбой, а — это он будет распоряжаться Вами, целиком и полностью завладев вашей душой.

Почему?

Потому что, у этого города есть своя собственная Душа. Своя собственная, живая душа. Душа, которую создают сами люди — жители города, временные его гости или постоянные его обитатели. И каждый из них, хочет он того или нет, а вносит в его душу частичку самого себя, меняя естество, самого города.

И ещё, душа города способна чувствовать, как и мы с вами. Одни его чувства сильнее, другие почти не заметны, но среди многообразия его чувств, выделяется прежде всего одно, самое сильное его чувство — чувство безразличия и равнодушия. С каждым днём город наполняется этим чувством и оно плещась через край, задевая множество маленьких людей, корёжа их собственные души.