Гангстер вольного города – 2 - Дмитрий Лим

Мужчина в белой майке и с волосатыми руками грубо перевернул меня на живот, разрезал путы на руках и ногах, перевернул обратно, протянул потную пятерню и «вахнул». Видимо, от усталости.

Подняться самому не получилось. Нет, тело моё было по-прежнему сильным и хорошо развитым, но затекло абсолютно всё, что было ниже пояса и выше.

Не без помощи этого мужика в майке я таки поднялся наверх, где меня уже встретил Рудик. Широко улыбаясь и расставляя руки в стороны.

— Вах, какой красавчик!

— Какими судьбами? — прохрипел я. Всё-таки холодная земля сделала своё дело, и горло неприятно першило. — Как ты меня нашёл?

— А ты что думал? — Рудик улыбнулся, а затем, словно специально, начал коверкать слова на армянский лад. — Толька русский Ваня можэт колдовать? Вах! Нэт! Природный заклинаний чистокровного армянина делаешь вэщь!

— Чего? — я улыбнулся, но почти нихрена не понял.

— Да не искал я тебя, — пожал плечами армянин, возвращаясь к привычному говору и жестом показывая на две машины, припаркованные в тридцати метрах от нас. — Увидел, как тебя тащили, и понял, что без меня ты не справишься, ну и устроил пау-пау-пау!

Говоря «пау-пау-пау!», он тряхнул своей ручонкой так, словно в ней был пистолет.

— Всё равно не понимаю… — протянул я, осматриваясь.

Мы стояли в небольшом поле со скошенной травой. В метрах пяти от меня росло одно единственное старое дерево. Собственно, возле него и выстроилась бригада армянина. Около ямы было ещё человек семь, и все с какими-то винтовками.

Явно же, что не на пикник ребята прибыли. Как тогда они…

— Рудик, — я протянул руку, — спасибо тебе огромное, что спас меня. Я уж было думал…

— Ай, хватит, — заулыбался здешний Аль Капоне. — С тебя должок, сам понимаешь.

— Может, тогда расскажешь, как ты здесь оказался?

Армянин пробормотал, мол, в ногах правды нет, и потянул меня за собой к дереву. Там уже вовсю уже шерудили его ребятишки. Ставили мангал, устанавливали столик, катили бочки… У меня сложилось впечатление, будто меня позвали на ужин.

За деревом, стоило мне вплотную к нему приблизиться, показался фургон с прицепом, откуда все это добро и волокли.

Когда Рудику Бакинскому выкатили шикарный стул, а мне — табурет попроще, мы наконец начали «общение».

И с каждым его словом мне становилось не по себе.

Пару часов назад в его армянскую голову неожиданно пришла идея. А почему бы честному армянину не поужинать вне дома? Поехать на дачу? Нет… не то. А вот за город, на пустырь, в пяти километрах от дома… Да почему бы и нет!

— Пока ехал, сидел себе и думал… — продолжил он. — Что неплохо бы тебя, Володя, на шашлыки пригласить. Заехал на завод, забрал вино и понял — точно! — спаситель театрально хлопнул себя по лбу. — У меня же и номера твоего нет! Как же мне тебя искать?

Я сидел молча, постепенно понимая, что имел ввиду Койот.

— Сижу себе в машине… и вижу! — Бакинский махнул рукой на катафалк вдали. — Машина едет! А потом сразу дошло: это тебя ко мне на ужин везут! Вот ведь судьба такая непредсказуемая!

— В основном…

— Выхожу, а там и правда ты, но по рукам-ногам связанный. Рудик сразу смекнул, что не к добру это! Мои ребятки подошли, попытались поговорить, но эти архаровцы первым делом стволы повытаскивали.

— Кто ж на ужин ездит с пушками? — аккуратно поинтересовался я. — Как-то не по-людски.

— Ты что, сомневаешься в моих словах? — театрально ахнул Рудик. — Э! Брат. Зря!

Я покорно кивнул, признавая неправоту, и принялся слушать дальше. Люди бакинского приняли команду «пли», которую дал Альберт, как знак к перестрелке. Собственно говоря, за пару секунд они же положили всех, кроме главаря.

А когда армянин увидел, что моё бренное тело придавило трупом, свалившемся в яму, пустил скупую слезу и попросил достать его мёртвого друга.

Оказалось, что друг не мёртв, а очень даже жив и:

— … голоден? Мы такого барашка сегодня зарезали, Володя, закачаешься!

* * *

«Званый» ужин действительно оказался таковым. В компании армянских головорезов я хлебал вино, честно отказывался от коньяка и с удовольствием пережевывал вкуснейшее мясо вприкуску с зелёным луком.

Понимая, что появление Рудика — это знак свыше, я не сразу сообразил обговорить этот момент с Койотом. Точнее, не захотел. Не захотел портить себе «послевкусие».

Альберт все это время лежал связанным, служа мне подставкой для ног. А Рудик тем временем хвалился, что вот этот божественный маринад — дело рук его супруги!

Когда очередь все же дошла до коньяка, мы немного обсудили наши планы. Разумеется, не обошлось без моих тонких намёков о людях, и здесь возникли проблемы.

Чтобы собрать бригаду в степи, нужно не только вооружение, но и опытный проводник. И такого в Кустовом не найти, потому что все они либо мёртвые, либо уже на контракте с каким-то другим боссом.

— Так, ты мне сможешь дать людей или нет? — устав бродить вокруг да около, нагло спросил я. — Степняки, у кого я выбивал драгоценные макры, очень боевые. Я ещё наберу народу, но, сам понимаешь, каждый человек внесёт свою лепту.

— Ты как-то странно меня просишь, — он пожал плечами, отхлёбывая из небольшой чашки коньяк. — Выделить-то выделю, но вопрос ты, Вова, ставишь неправильно.

Я замялся. Вроде бы просьбу построил чётко. Не обидно и даже мягко. Унизительно-просительно даже. Но это всё равно не то, что было нужно Бакинскому.

— Просто озвучь своё желание, — загадочно пробормотал Рудик.

Именно после этих слов я поднял голову и посмотрел ему в глаза. От кареглазого армянина в образе итальянского мафиозо, казалось, больше ничего и не осталось. Лицо его словно смазалось, черты размылись, глаза загорелись небесно-голубым, а ноздри, которые были и без того широкими, казалось, выпускали дым.

— Твою мать… — прошептал я, не понимая, что происходит.

Но Рудик настойчиво повторил:

— Озвучь своё желание…

— Я… я… — запутался в происходящем, но все же несколько нерешительно протянул: — Хочу, чтобы ты мне дал людей для похода в степи.

— Будет исполнено, — покорно кивнул армянин, щёлкнул пальцами и… Всё вернулось на круги своя.

Рудик спокойно пережевывал мясо, время от времени вахая от удовольствия, а я так и замер со