Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

— Мне приснился сон. — В его голосе удивление мешалось с сомнением.

— Как мило, — ухмыльнулся я.

Я испытал большое облегчение. Он вернулся и может говорить. В ещё большей степени я ненавидел свое тело и невозможность его покинуть. Теперь придется слушать принца.

Однако он не почувствовал моей враждебности.

— У меня никогда не было таких снов, — тихо продолжал он. — Я чувствовал… все. Мне приснилось, как мой отец обнимает меня и говорит, что все будет хорошо. И больше ничего. Но самое удивительное, что этого оказалось достаточно. — Дьютифул улыбнулся мне.

Улыбка получилась юной, ясной и удивительно мудрой. В это мгновение он напомнил мне Кетриккен.

— Мне надо поискать ещё хвороста, — наконец сказал я.

Отвернувшись от костра и улыбающегося мальчика, я зашагал в темноту.

Я не стал искать хворост. Отступившие волны оставили за собой гладкий, влажный песок, который холодил мои босые ноги. Взошел узкий серп луны. Я посмотрел на небо, и у меня сжалось сердце. Если верить звездам, мы оказались значительно южнее Шести Герцогств. До сих пор Скилл-колонны помогали сэкономить несколько дней пути. Если к завтрашнему утру отлив не откроет черные камни, нам предстоит долгое путешествие домой — а мы остались без пищи и денег. Тающая луна напомнила мне, что время на исходе. Через восемь ночей новая луна возвестит о начале церемонии обручения принца Дьютифула. Сумеет ли принц занять свое место рядом с принцессой Внешних островов? Я с трудом заставил себя поверить в важность этого вопроса.

Порой бывают минуты, когда очень трудно ни о чем не думать. Уж не знаю, как долго я шел, перед тем как на него наступил. Оно заскользило во влажном песке у меня под ногой, и в первое мгновение я решил, что наступил на лезвие ножа, лежавшего на песке. Я наклонился, нащупал его в темноте и поднял. Предмет, твердый и холодный, из камня или металла, был длиной с лезвие мясницкого ножа и имел такую же форму. Но я сразу понял, что это не нож. Я осторожно провел по нему пальцем. И не нашел заостренного края. Посредине я нащупал небольшое утолщение, от которого в обе стороны отходили параллельные прожилки. С одной стороны странный предмет заканчивался тонкой трубкой, а сам оказался довольно увесистым. Я держал его в руке, и темнота не позволяла мне рассмотреть детали, но меня не покидало ощущение: я знаю, что это такое. Казалось, я поднял с песка вещь, которая много лет назад мне принадлежала.

Загадка помогла мне отвлечься от тяжелых мыслей. Держа диковинный предмет в руке, я продолжал идти по песку. Не пройдя и дюжины шагов, я наступил на второй. Я поднял его и сравнил их на ощупь. Они показались мне почти одинаковыми, только один был немного длиннее.

Я практически не удивился, когда наступил на третий. Подняв находку, я очистил её от налипшего песка. И остался стоять на месте. У меня появилось странное чувство, словно меня что-то ждёт. Чувство не проходило. Ещё один шаг — и меня настигнет смерть. Или окажется, что я умею летать.

Я отступил на шаг. Повернулся и пошел обратно к тусклому пламени костра. Я заметил силуэт Дьютифула, на миг заслонивший пламя, затем в ночь полетели искры — он бросил в огонь хворост. Хорошо, что он уже способен что-то делать сам.

Я с трудом заставил себя вернуться к кругу света. Мне не хотелось видеть принца и отвечать на его вопросы и обвинения, не хотелось вновь брать в руки поводья своей жизни. К тому времени, когда я подошел к костру, Дьютифул лежал подле него, делая вид, что спит. Он был в своей рубашке, а мою аккуратно развесил, чтобы она просохла. Я молча её надел. Поправляя воротник, я коснулся амулета Джинны. Ах, вот почему он мне улыбнулся. Я улегся возле огня.

Перед тем как закрыть глаза, я осмотрел найденные предметы. Они оказались перьями. Из камня или металла — я так и не сумел определить. В обманчивом свете пламени они выглядели темно-серыми. Я сразу же понял, откуда они. Положив их на землю рядом с собой, я закрыл глаза и тут же погрузился в сон.

Глава 24

Решительно подошел Джек и остановился перед Другим. Он был столь дерзок, что раскачивался с пятки на носок.

— Вот, — сказал он, держа в руке мешочек с собранными красными камешками. — Значит, все, что лежит па берегу, принадлежит тебе? Ну, а я скажу: собранное мной — мое. И тот, кто захочет это получить, расстанется с кусочком своей плоти.

И Джек показал Другому все свои зубы, от белых впереди до черных сзади, а его сжатый кулак был подобен наросту на дереве.

— Я вышибу из тебя дух, — сказал он, — и вырву твои уши. — И стало ясно: так он и сделает, вот только даже ребенок знает, что у Других, как у лягушек, нет ушей.

Тем не менее Другой понимал, что не получит мешочек с красными камешками без драки. И в следующее мгновение начал дрожать и замерцал. От него больше не пахло дохлой рыбой, возник аромат летних цветов. Его кожа засверкала, и перед Джеком неожиданно появилась обнаженная девушка, которая облизывала губы, словно только что отведала меда.

Путешествие четвертое, «Десять путешествий с Джеком»

СТОЛКНОВЕНИЯ

Довольно долго мне ничего не снилось. Наверное, сказывалась усталость. Слишком многое со мной произошло за невероятно короткий промежуток времени.

Сон был не только отдыхом для тела, но и передышкой от размышлений. Однако через некоторое время сны вновь овладели мной. Я поднимался по ступеням башни Верити. Он сидел у окна, погрузившись в Скилл. Мое сердце радостно забилось при виде его, но когда Верити повернулся ко мне, его лицо было печальным.

— Ты не научил моего сына, Фитц. За это мне придется забрать твою дочь. — Неттл и Дьютифул были камнями на доске, и он одним быстрым движением поменял их местами. — Теперь твой ход, — сказал он.

Но прежде чем я успел ему ответить, появилась Джинна и сбросила все камни с доски.

— Я сделаю из них амулет, — обещала она мне. — Он будет охранять Шесть Герцогств.

— Убери его, — взмолился я, поскольку стал волком, а амулет защищал от хищников.

Мне становилось тошно от одного только взгляда на него. Амулет был гораздо сильнее всех прочих, которые Джинна показывала мне раньше.