Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

Я слишком устал, чтобы бежать. Я умру здесь.

Глаза Шута обратились к Ночному Волку. Уж не знаю, уловил он его мысль или понял, что волк ужасно измотан.

— Мы будем сражаться, — коротко сказал Шут.

Он вытащил свой меч из ножен. Я знал, что Шут ни разу в жизни не сражался. Он поднял меч, и на его лице появилась неуверенность. Тогда Шут покачал головой и превратился в лорда Голдена. Он расправил плечи, и в его глазах сверкнул холодный расчет.

Он не может сражаться. Не будь глупцом.

Всадники приближались. Они перевели своих лошадей на шаг и неторопливо ехали к нам, давая возможность посмотреть в глаза своей смерти.

У нас есть выбор?

— Ты не можешь держать меня и сражаться! — возбужденно воскликнул Дьютифул, уверенный в победе Полукровок. — Как только ты меня отпустишь, я побегу. И ваша смерть станет бессмысленной! Дай мне поговорить с ними. Может быть, мне удастся убедить их сохранить вам жизнь.

Не отдавай ей мальчика. Убей его, чтобы она не смогла им завладеть.

Я чувствовал себя ужасным трусом, но разделял мысль своего волка.

Я не знаю, сумею ли его убить.

Ты должен. Мы оба знаем, чего они хотят. Если ты не можешь его убить, тогда… забери его с собой в камень. Мальчик владеет Скиллом, а ты уже был связан с Лишенным Запаха. Этого может хватить. Иди в камень. И возьми его с собой.

Всадники остановились и стали совещаться. Затем разъехались полукольцом и вновь начали приближаться. Как и обещала женщина, она не хотела рисковать. Они усмехались и что-то кричали друг другу. Как и принц, они считали, что мы в западне.

Ничего не получится. Разве ты не помнишь, как все было? Мне пришлось приложить все силы, чтобы удержать тебя, а ведь мы тесно связаны. Я сумею взять тебя или мальчика, но не вас обоих. Я даже не уверен, сумею ли захватить с собой Шута. Наша связь через Скилл давно не возобновлялась. Я могу потерять всех вас.

Тебе не нужно выбирать — я не могу пойти с тобой. Я слишком устал, брат мой. Но я останусь здесь и постараюсь задержать их подольше, чтобы вы успели скрыться.

— Нет, — простонал я вслух, а Шут почти сразу же произнес:

— Монолит. Ты говорил, что мальчик владеет Скиллом. Ты не можешь?..

— Нет! — закричал я. — Я не оставлю Ночного Волка умирать в одиночестве! Как ты можешь такое предлагать?

— В одиночестве? — На лице Шута появилось недоумение. А потом его губы изогнулись в странной улыбке. — Он не останется один. Я буду с ним. И, — он расправил плечи, — сначала им придется убить меня.

О, так будет намного лучше.

Шерсть на теле Ночного Волка встала дыбом, пока он наблюдал за приближающимися всадниками, но в глазах мерцало веселье.

— Отпустите парня! — прокричал высокий мужчина.

Мы ничего не ответили.

— Неужели ты думаешь, что так мне будет лучше? — резко спросил я Шута. Они оба спятили. — Возможно, мне удастся проникнуть в колонну. Не исключено, что я сумею захватить с собой мальчика, хотя не уверен, что он сохранит разум. Но я сомневаюсь, что смогу забрать с собой тебя, Шут. А Ночной Волк отказывается последовать за мной.

— Куда пройти? — спросил Дьютифул.

Он попытался вырваться, но я сильнее сжал его запястье, и он перестал сопротивляйся.

— В последний раз спрашиваю, вы собираетесь сдаваться? — вновь крикнул высокий всадник.

— Я пытаюсь договориться с ним! — закричал в ответ лорд Голден. — Дайте мне время! — Он подпустил паники в свой голос.

— Друг мой. — Шут положил руку на мое плечо и легонько подтолкнул в сторону камня. Я отступил на шаг, увлекая за собой принца. Шут неотрывно смотрел мне в глаза. Потом он заговорил медленно и спокойно, словно мы остались одни и у нас полно времени. — Я знаю, что не могу пойти с тобой. И мне горько, что волку это не под силу. Но ты должен взять с собой мальчика и уйти. Неужели ты не понимаешь? Ты именно для этого рожден. Вот почему ты остался в живых, несмотря на то что у тебя практически не было шансов. Вот почему я заставил тебя жить после всех страданий, которые тебе причинили. У Видящих должен быть наследник. Если ты спасешь мальчика и доставишь его в Баккип, остальное не имеет значения. И будущее двинется по той тропе, по которой ему предназначено, даже если мне не суждено остаться среди живых. Но если мы потерпим поражение, если он умрет…

— О чем вы говорите? — сердито спросил принц.

Шут умолк. Он смотрел на склон холма, на приближающихся всадников, но мне показалось, что его взгляд устремлен гораздо дальше. Моя спина уже практически касалась монолита. Дьютифул перестал сопротивляться, словно его зачаровал тихий голос Шута.

— Если мы все здесь умрем, — едва слышно проговорил мой друг, — тогда… все закончится. Для нас. Но он — не единственное изменение, которое мы должны совершить… время должно течь по своему руслу, обходя все препятствия. Поэтому… судьба находит его. Во все времена судьба противится выживанию Видящих. Мы охраняем Дьютифула. Но если мы потерпим поражение, если Неттл станет единственным объектом сражения… — Он заморгал, воздух с хрипом вошел в его легкие. Казалось, Шут возвращается после дальнего путешествия. Теперь он заговорил совсем тихо: — Я не нахожу будущего, в котором Неттл останется в живых после смерти принца. — Его лицо стало болезненно бледным, когда он произнес: — Она даже не может рассчитывать на быструю, легкую смерть. — Он глубоко вздохнул. — Если я для тебя хоть что-то значу, сделай то, что я прошу. Забери мальчика. Спаси ему жизнь.

Мое тело сковала судорога ужаса.

— Но… — Неужели все принесенные мной жертвы окажутся напрасными?

Воображение дорисовало мне остальную картину. Баррич, Молли и их сыновья будут её защищать и погибнут вместе с Неттл. Я начал задыхаться.

— Пожалуйста, уходи, — попросил Шут.

Не знаю, что мальчик понял из нашего разговора. Я продолжал крепко держать его, пытаясь осмыслить положение. Судьба уготовила нам западню, из которой нет выхода. Ночной Волк сформулировал ускользающую от меня мысль.

Если ты останешься, мы все умрем. Если мальчик останется в живых, люди Уита заберут его и используют в своих целях. Лучше ему умереть. Ты не можешь спасти нас, но тебе по силам спасти мальчика.

Я не могу оставить тебя здесь. Мы не должны так расстаться, ты и я. Слезы ослепляли меня как раз в те мгновения, когда мне требовалась полная ясность.

Мы не только