Пранапанк (СИ) - Шилов Сергей Евгеньевич

В центре, ну кто бы сомневался, каменный алтарь. На нём человеческое сердце. Навевает ностальгию. Думать что тут зачем, некогда, подхожу, кладу на него руку. Ощущаю бездну накопленной в нём энергии. Не праны, а смерти. Нет, не накопленной, сердце проводник. Чувствую ток проходящей через него чёрной энергии. Но сейчас, в этом теле, я могу с ней работать. Не долго. Как только я изыму сердце из энерготока, в нём останется малость. Только то, что поместится. Но использовать весь поток, проходящей через него силы я всё равно не смогу. Не с моим уровнем души. Но мне хватит и малого. А значит, я могу уйти без всякого портала.

Но что-то не позволяет мне это сделать немедленно. Для использования внешней энергии для телепортации в нужную точку нужна концентрация сознания. Любое сомнение в своих силах приведёт к гибели. А я сейчас почему-то думаю, что разрушаю местную некро-систему.

Кто-то с помощью этой спиральной конструкции собирал здешнюю энергию и отводил её куда-то через сердце. Скорее всего, к его хозяину. С такой энергопотпиткой любой некромант может жить (или как правильно назвать его существование?) и без сердца. Когда я уйду, местные получат в полном объёме то, чего их так долго лишали. Энергию распада. То-то мне показался странным их внешний вид. Обычно, когда дух начинает жить, нет, существовать, за счёт энергии смерти, он превращается в жуткого вида разлагающийся призрак и со временем распадается в ничто. Если не получит доступа к энергии жизни, для чего ему постоянно нужно убивать живых существ. Что в данной локации затруднительно.

Но местные выглядят чудовищными, мутированными, но не разлагающимися кусками протоплазмы. И, похоже, есть только одно объяснения их мутации. Лишённые и праны и эманаций смерти, забираемых сердцем, они одновременно мучились от голода и не имели возможности прекратить существование. И ели друг друга. А призрак, поглощая другой призрак, делает его частью себя. Вот отсюда этот их внешний вид со множеством голов, щупалец и хвостов.

Значит, когда я уйду, они получат доступ к энергии смерти и быстро сдохнут от обжорства. Прекратить бессмысленные муки, конечно здорово, но заменить их почти такой же бессмысленной смертью… моя жизненная философия требует, чтобы я придал их, если не существованию, то хотя бы смерти, какой то смысл. Или его подобие.

Но это не в моих возможностях. А значит, нужно сделать что-то ассиметричное. Оставить им вместо сердца… хоть символичный ответный подарок.

Недолго думая, забираю сердце с алтаря, чувствую как прерывается наполняющий его поток силы и как она начинает вытекать из него вместе с кровью. Отдаю команду использовать часть энергии на создание артефакта, могущего работать на энергии смерти, а значит, в этой обстановке, практически вечно.

Кровь, капающая из сердца, падая на алтарь испаряется чёрным дымом, он концентрируется… миг и на алтаре появляется реплика старинного магнитофона, того, что мне раздолбали варп-пауки в канализации Гондорстана. В нём моя старая библиотека песен. Настраиваю, делая выборку, чтобы он исполнял песни только определённой тематики. По кругу, без конца. Включаю. Теперь здесь будет веселее. Помирать. Так с музыкой.

Формулирую мысль о возвращении и медленно растворяюсь в чёрном дыме кровавых брызг, под разносящимся над Лимбом маршем мёртвых:

Агония мира

Народов крики

Крах великих идей.

Печатает шаг

легион безликих

давно забытых людей.

Напрасны надежды

Живущих в мире

Что смогут нас удержать

Стократно погибнув

Под стягами Сира

На смерть уже наплевать.

И мы покинув сосновые ящики

Мы гибель мирам несем.

И нашему мертвому барабанщику

По барабану все.

…

«Объект 0» — Главная Федеральная тюрьма Инквизиции для душевнобольных преступников с прана-нормальными способностями. Подземный бункер с заключённым 001. Собственно, ради него она и была построена шестьдесят шесть тысяч лет назад. Тогда была последняя неудачная попытка некромантов организовать Третье Восстание, но и как все предыдущие случаи, она провалилась. Тогда в руки инквизиции попал один из старших мастеров братства.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Все некроманты с более высоким рангом посвящения были развоплощены, таким образом заключённый 001 (его имя было удалено из всех документов) стал грандмастером Братства Некромантов. Он находился в камере, обложенной восстанавливающими жизнь амулетами, что не давали ему как уйти в следующее воплощение, так и получить доступ к энергии смерти.

То, что он не имел никакой связи с другими последователями Смерти и никак не мог ими командовать, не имело никакого значения. Титул грандмастера автоматически присваивался некроманту с самым высоким духовным званием и давал последнему пропуск в Лимб. Остальные могли попасть туда только с его благословения.

До тех пор, пока инквизиция поддерживала грандмастера в живых, ни один некромант Мира Праны не имел туда доступа. А значит они были лишёны большей части своей силы. Конечно, это можно было исправить, переписав древние правила, но для этого опять-таки нужно было согласие грандмастера.

Заключённый последнюю тысячу лет просидел неподвижно на каменном троне. Инквизиторы древности сделали главный артефакт, поддерживающий в обтянутом бинтами из шагреневой кожи скелете жизнь в виде трона, благодаря чему он соглашался сидеть на нём добровольно. И вот сейчас он открыл глаза.

Завыла сирена, все амулета засветились зелёным светом, направляя живительные лучи в фигуру, которую сильно потряхивало. Судя по датчикам жизни, тело немёртвого стремительно утрачивало способность содержать в себе душу. Согласно заложенным в него алгоритмам, главный артефакт тюрьмы направил на его оживление всю доступную энергию, так что спираль девяти жизней, выложенная вокруг трона, запылала зелёным огнём.

И тут некромант начал хохотать. Заскрипели рвущиеся бинты, на мгновенно помолодевших костях нарастала плоть, высохшее тело наполнялось свежей кровью… очень быстро наполнялось, пара мгновений и старый скелет превратился в раздувающийся шар плоти. Ещё миг и он взорвался фонтаном крови, мяса и внутренностей. Но даже прилипнув к стенам камеры его только что обретённые органы и куски мяса продолжали жить. До тех пор, пока дежурный инквизитор не отключил восстанавливающие жизнь артефакты.

Глава 10. Инквизиция начинает что-то подозревать

Георг наблюдал как из норы в стене серо-розового, цвета живой плоти, кратера выползает червь. Собственно, это и была плоть гигантского организма. Возможно, громадного червя, а может, судя по тому, что его плоть кишела маленькими мозговыми червями, это был гигантский мозг. В Астрале может воплотиться всё что угодно. Если для этого достаточно праны.

Вот и размер червя в его астральной форме зависел от его внутренней энергии. Этот был совсем новый, в смысле молодой, всего метр от толстого хвоста до пасти с шестью рядами полых зубов и куцей гривой гибких шипов вокруг шеи.

Мелькнула мысль, сдаться и вернуться к прежнему существованию. Всего то и надо ничего не делать и червь сделает всё сам. Сначала будет больно. Когда клыки и шипы войдут в его талию. Шипы пришьют половину его тела к шее червя, а через клыки он будет высасывать его жизненную сущность изнутри. Сейчас, находясь в домене паразитов, но не будучи подконтрольным им, Георг непосредственно узнавал информацию обо всём, что видел. А видел он астральную форму взрослой личинки мозгового червя, которой срочно нужен разумный носитель.

Интересно, до какого места его должны съесть, чтобы он перестал осознавать себя? С прежним паразитом он прожил двадцать шесть лет и лишился половины тела души. Теперь он понимал, что всё время, которое он видел себя червекентавром, его нижняя половина просто переваривалась червём. Если так подумать, то он никогда не видел астральные формы кукольников чуть выше себя по уровню.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Наверно потому, что вид торчавшей из червя мёртвой головы плохо скажется на моральном духе начинающих кукольников. А вот из вида паразитов второй ступени тайны не делали — они были законченной формой громадного, десятиметрового крылатого червя с длинными щупальцами. Вот как тот, что висит почти над ним. Хорошо ещё, что он занят происходящим в соседнем кратере.