Дары ледяного неба - Проскурин Геннадьевич

– Что это? – спросил Дейкстра.

– Камень, – ответил Сантьяга. – По-моему, он упал с неба. Гляди.

Сантьяга нажал присоской на один из маленьких выступов, и два других, на другой грани, внезапно выпрыгнули наружу, как антенны донного ползуна.

– А если на другой выступ нажать? – спросил Дейкстра.

– Фернандо уже попробовал, – ответил Сантьяга. – Эти усики стали испускать странный запах, Фернандо стал их нюхать, нечаянно коснулся головой, вспыхнул огонь, как в вулкане, Фернандо забился в судорогах и умер. При этом ожогов на трупе не было, человек просто умер, а отчего – непонятно.

Сантьяга просканировал антенной почву под ногами, нашел взглядом большой плоский камень, уткнул в него усики небесного камня, надавил, усики сложились, а когда Сантьяга поднял камень, усики не распрямились, а так и остались спрятаными внутри.

– Если нажать вот сюда, они выскакивают, – пояснил Сантьяга. – А если вдавить их обратно, они залипают и не выскакивают, пока снова не нажать на тот же кругляшок.

– Дай мне этот камень, – приказал Дейкстра.

– Конечно, учитель, – сказал Сантьяга. – Позволь только, я уберу его в веревочную сумку. Вдруг ты случайно нажмешь на тот выступ, который убивает.

– Не беспокойся, – сказал Дейкстра. – Я любопытен, но не безрассуден.

2

Восемь приливов встретил Роланд, не пробуждаясь, а затем проснулся и понял, что хочет справить естественную надобность, а затем поесть. Вышел он из пещеры, отплыл на положенное расстояние и справил естественную надобность, и рыцари и дамы радостно приветствовали выздоровление героя. И вернулся он в пещеру, и встретила его леди Джейн и предложила свежего мяса редкой рыбы нототении, и угостился Роланд деликатесом, и вкушал его, пока не насытился. И сказал он:

– Сдается мне, я совсем выздоровел.

Разнеслась эта весть по рыцарской пещере, и обрадовались ее обитатели, и приходили они к Роланду, и славили героя, и было ему приятно. Только король Дуайт не стал славить героя, а стал ругать за то, что схватился сдуру за острое лезвие. И признал Роланд свою вину, и перестал Дуайт его ругать. А потом спросил Роланд, что важного случилось за то время, пока он спал, и ответил ему брат:

– Юный Говард схватился за тот самое лезвие и лишился вначале руки, а затем семени.

– Кто же воспринял семя юного Говарда? – спросил Роланд.

– Алиса, – ответил Дуайт.

Поразмыслил Роланд и одобрил решение брата. А потом, когда рыцари и дамы устали выражать герою восхищение и разбрелись по своим делам, Дуайт сказал:

– Брат мой, тебе следует взглянуть на удивительные вещи, что упали с неба в день небесного разлома. Три таких вещи уже знакомы тебе, взгляни же на остальные.

И разложил мудрец Дейкстра перед Роландом удивительные предметы. Первым из них был камень, из которого росла веревка, которая раздваивалась, и на концах у нее было нечто не то живое, не то мертвое, а на самом камне было много маленьких выступов разнообразной формы. И когда надавил Дейкстра присоской на один выступ, засверкали концы веревки всеми цветами радуги и стали выписывать в окружающей воде узоры неописуемой красоты. Местами узоры эти походили на человеческую речь, но слова этой речи были непонятны, а произношение чуждо, будто не камень говорил этими узорами, а легендарная акула Моррет, мать всех барракуд и протосфирен. А когда Дейкстра надавил на другой выступ, камень перестал говорить, и узоры растаяли.

– Никогда не видел я ничего прекраснее этого! – воскликнул Роланд. – Сделай так, чтобы оно рисовало еще!

– Ты видел достаточно, Роланд, – возразил ему Дейкстра. – Знай же, что этот камень рисует прекрасные узоры не вечно, но ему отпущен срок, по истечении которого он теряет силу и перестает рисовать. Травоеды собрали восемь таких камней и три из них мы уже замучили до полного бессилия. Твой брат решил, что отныне будем мы рассматривать эти узоры лишь по торжественным дням, а сегодняшний узор мы просмотрели в ознаменование твоего выздоровления и из уважения к твоему подвигу.

– Лучше показывать эти узоры не в пещере, а во внешних водах, – сказал Роланд. – Тогда видеть их сможем не только мы трое, но и все рыцари и дамы, и даже травоеды, им, правда, мало что будет видно с такого расстояния, но им и этого хватит.

– Кстати да, – сказал Дуайт.

Дейкстра вежливо отобрал у Роланда чудесный камень и спрятал в веревочную сумку, в которой хранил дары ледяного неба.

– Пойдем, Роланд, я покажу тебе другие дары небес, – сказал он.

Они направились на склады, и Роланд узнал, что один из складов отныне специально назначен для хранения удивительных предметов. Первым, что привлекло внимание Роланда на этом складе, было… непонятно даже, как описать человеческими словами, что это было.

– Что это? – спросил Роланд.

Ему никто не ответил.

Роланд приблизился и провел рукой по плавным изгибам ветвей… или костей… Тут его посетило озарение, он наклонился и принюхался.

– Я чую тот же запах, что исходил от того меча, что порезал меня и убил Говарда! – воскликнул он. – Я понял! Это часть скелета рыбы, носящей в своем теле меч неимоверной остроты.

– Мы тоже поначалу так решили, – сказал Дейкстра. – Однако подумай, в каком месте рыбьего тела могут располагаться кости столь причудливой формы.

Роланд задумался и не смог придумать ничего разумного. Действительно, форма костей не походила ни на какую часть рыбьего скелета. Четыре трубчатые кости, две из них короткие, а две длинные, все они параллельны друг другу и прикреплены к квадрату из таких же костей, при этом короткие кости заканчиваются, упираясь в углы квадрата, а длинные торчат дальше и завершаются перемычкой. И соединения у них очень странные, похожие на заросшие переломы. И еще на некоторых костях есть отверстия и выступы, но они не похожи на обычные отверстия и выступы рыбьих костей, какие-то они здесь… грубо сделанные, что ли…

– По-моему, это не кусок скелета, – сказал Роланд. – По-моему, это сделано человеческими руками. Кто-то взял рыбьи кости и склеил из них такую вещь.

– В местах сращения нет никакого клея, – возразил Дейкстра. – Присмотрись внимательнее, потрогай и понюхай. Ты увидишь, что кости приросли одна к другой естественным образом.

Роланд посмотрел, потрогал и понюхал, и убедился, что Дейкстра прав.

– Значит, это все же скелет, – сказал Роланд. – Только не рыбы, а какого-то иного существа.

– Дейкстра, покажи ему отпечаток, – сказал Дуайт.

Дейкстра прошел в глубину склада и вернулся, держа в руке небольшую кость. Кость была длинной и плоской, с одного конца она расширялась и переходила в нечто, похожее на половинку раковины молодой устрицы. А на другом конце поверхность кости имела узор и узор этот…

– Это отпечаток неведомого существа, – констатировал Роланд. – Смотрите, это рыба, вот ее зубы. А вместо плавников у нее четыре тонких ветки, как у предыдущего предмета… То был, наверное, скелет этой рыбы! Только здесь она совсем маленькая, а там большая. Хотя нет, здесь все ветки одинаковые, а там две длинные и две короткие. Погодите… У той рыбы, что упала с неба первой, плавники тоже были такой же формы, и у нее тоже было два плавника длинных, а два коротких. Это просто три разных вида существ, а то из них, которое отпечаталось на кости – ребенок, только что вылупившийся из яйца, поэтому оно такое маленькое.

– Тогда скажи мне, Роланд, вот что, – вкрадчиво произнес Дейкстра. – Если на кости отпечаток живого существа, почему он не вдавлен в кость, а наоборот, выпукл?

Роланд немного подумал и сказал:

– Зря мы тратим силу мозга в бесплодных гаданиях. Очевидно, что в холодных водах водятся неизвестные нам существа, кости которых пригодятся племени. Надо сплавать наверх и все рассмотреть своими антеннами и обнюхать своими ноздрями.

– Легко сказать, – хмыкнул Дуайт. – Ты, наверное, забыл, как Эдвард плавал в страну мертвых, и что из этого вышло.

– Я все помню, – возразил Роланд. – Однако Эдварда гнало вверх пустое любопытство, а нас с Дейкстрой гонит вверх практический интерес.

– Вас с Дейкстрой? – удивился Дуайт. – Почему ты думаешь, что Дейкстра желает отправиться с тобой в это сумасбродное путешествие?

– Не могу обосновать, – сказал Роланд. – Но мне кажется, что я не ошибаюсь, ведь так, Дейкстра?

Дейкстра надолго задумался, а затем сказал:

– Ты не ошибаешься, Роланд. Но путешествие пойдет совсем не так, как ты думаешь.

3

Мифический герой Эдвард отправился в страну мертвых верхом на акуле, не взяв с собой ничего, кроме запаса еды для долгого путешествия. Это идея была бестолковая, потому что акулы не любят теплые вулканические воды, запах подземного огня вредит им гораздо сильнее, чем людям. Если акул проводит слишком много времени в восходящем потоке теплых вод, танцующем над жерлом вулкана, у акула начинают болеть жабры, затем начинает болеть голова, хвост одолевает слабость, желудок отказывается принимать пищу, а душу посещают нелепые и пугающие видения. Испарения вулканического огня – настоящий яд для акульего тела.