Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

— Если мы будем со всей определенностью знать, кто стоит за этим, это позволит нам дать точный ответ, — вмешался адмирал Говард. — Не больше и не меньше того, что требуется.

Посмотрев на него, президент перевел взгляд на Амоса.

— Агент Декер, мне сегодня вкратце рассказали про вас.

— Надеюсь, вы не жалеете о потерянном времени, — сказал тот.

Богарт шумно втянул воздух, но президент улыбнулся.

— Напротив, это был очень содержательный и интересный рассказ. Нам несказанно повезло, что вместе с нами работает человек, обладающий такими способностями.

— Я просто стремлюсь добраться до истины.

— Что ж, вы выбрали для этого город, бросающий вызов.

— Да, сэр.

— У вас есть теории о том, как нам добраться до истины?

Какое-то мгновение Амос сидел опустив взгляд.

Богарт тревожно оглянулся на него, испугавшись, что тот не ответит. Но когда он уже собирался заговорить, Декер словно очнулся.

— Полагаю, у нас уже есть бо́льшая часть, если не все факты, необходимые для раскрытия этого дела. Нам просто нужно расставить их в правильном порядке. Для меня ключевыми вопросами является то, почему Уолтер Дабни убил Анну Беркшир и почему прямо перед зданием ФБР? Далее, кто помогал ему в тот день, одетый клоуном? Каким образом Уолтер Дабни, который, как считает агент Браун, до того никогда не крал секретную информацию, вышел на опытную шпионку Анну Беркшир? Должна быть какая-то причина. И, наконец, что хранилось в банковской ячейке Дабни и почему незадолго до смерти он вынужден был это забрать?

— Это все очень хорошие вопросы, и я надеюсь, что вы в ближайшее время найдете на них правильные ответы, — сказал президент. Он повернулся к советнику по национальной безопасности. — А теперь мы предоставим вам кое-какую информацию, которая, возможно, поможет вам в расследовании и, хочется надеяться, ускорит его. На самом деле именно поэтому мы сегодня и собрались здесь.

Взгляды всех присутствующих сосредоточились на Чарльз. Та достала электронный планшет и пролистала цифровые страницы.

— Эта информация поступила только что, и мы срочно созвали это совещание. Были поставлены в известность председатель комитета начальников штабов, а также все члены Совета национальной безопасности. — Остановившись, Чарльз сверилась с выведенным на экран текстом и продолжала: — Как вам, вероятно, известно, секреты, украденные мистером Дабни, возможно, позволили врагам нашей страны взломать самые надежно защищенные базы данных. Само по себе это уже весьма тревожно. Но сейчас наши коллеги из Форт-Мида[451] перехватили переговоры, с большой долей вероятности позволяющие предположить о надвигающейся атаке на Соединенные Штаты. Мы не знаем, в какой форме будет осуществлена эта атака, однако источники, откуда мы получаем эту информацию — хотя сами они даже не подозревают о том, что их прослушивают, — в прошлом были очень надежными.

— Нет никаких мыслей насчет цели нападения? — быстро спросил Богарт.

— На основании только что завершенного дополнительного анализа мы пришли к выводу, что целью станет что-либо символическое. За очень короткое время мир стал совершенно другим. Разгорается новая холодная война, и в то же время по всему Ближнему Востоку возникают все новые горячие точки. К власти в странах наших союзников приходят фашистские движения, и весь мир становится пороховой бочкой. Поэтому, если честно, нельзя исключать никакие возможности. И если атака последует и мы установим источник, нам не останется ничего другого, кроме как ответить на нападение. Ну а уж это запустит цепочку событий, которые приведут к самым негативным глобальным последствиям.

— Армия согласна с такой оценкой, — кашлянув, сказал адмирал Говард.

— Как и Государственный департамент, — добавил государственный секретарь.

— Вы пригласили нас сюда, поскольку, несомненно, считаете, что ваши тревоги связаны с нашим делом, — озвучил очевидный вопрос Декер. — Откуда такая уверенность?

Чарльз оглянулась на президента, и тот кивнул. Повернувшись к Амосу, она сказала:

— Потому что все перехваченные переговоры велись на арабском языке, за исключением одного слова.

— Какого слова?

— На самом деле это фамилия.

— Какая фамилия? — спросил Богарт.

— Дабни.

Глава 65

— Я должна позвонить маме, — сказала Джеймисон, когда они вернулись домой.

— Зачем? — удивился Декер.

— Ты и вправду ничего не понимаешь? — изумленно произнесла она. — Я только что встретилась с президентом!

— Алекс, это совещание было закрытым. Ты не имеешь права рассказывать о нем кому-либо.

Джеймисон с сомнением посмотрела на телефон.

— Быть может, я что-нибудь навру и скажу, что мы с ним просто случайно встретились?

— Ты случайно встретилась с президентом Соединенных Штатов? Где? На заправке? Или в «Макдоналдсе»?

Алекс опустила телефон.

— Пожалуй, ты прав.

Сняв куртку, Декер повесил ее на крючок у двери.

— Дабни, — сказал он.

— Понимаю. Все это очень странно. Услышать арабскую речь, а затем его фамилию… Бред какой-то.

Усевшись на диван, Амос закинул ноги на кофейный столик. Джеймисон устроилась на боковой спинке дивана.

— Интересно, Мелвин и Харпер встречались еще раз?

— Да, я удивлен, что она не подняла эту тему на совещании в Белом доме. Президент наверняка также ломает голову.

Джеймисон ткнула его в плечо.

— Ты же прекрасно понял, что я имела в виду.

— Мне просто не нравится вот так бесцеремонно лезть в чужую жизнь.

— Но ведь для большинства людей, Декер, жизнь в значительной степени состоит как раз в том, чтобы бесцеремонно лезть в чужую жизнь!

— Только не для меня.

Алекс вздохнула.

— Сегодняшнее совещание кардинально все меняет. Я хочу сказать, если в ближайшем времени неминуема атака на нашу страну, мы должны как можно быстрее раскрыть эту загадку.

Декер закрыл глаза.

Джеймисон недоуменно уставилась на него.

— Ты что, собираешься отключиться? Если так, я просто ухожу к себе и ложусь спать.

— Отлично. Спокойной ночи.

Сбросив его ноги, преграждавшие ей дорогу, Джеймисон подсела к нему и сказала:

— Проклятие, Декер, ты не хочешь поговорить со мной?

— Алекс, что ты хочешь от меня услышать? — Амос посмотрел на нее, не скрывая своего недовольства.

— Наша страна вот-вот подвергнется атаке. Как мы собираемся этому помешать?

— Я как раз думаю над этим. Я работаю над этим. Но я не волшебник.

— Однако все считают тебя волшебником, и я в том числе. Ты способен творить чудеса. Это просто поразительно! И ты никогда не ошибаешься.

— На самом деле я ошибаюсь постоянно. И я не машина, черт побери. Так что если ты опасаешься, что небо рухнет на землю, не жди, что я решу эту