Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

Она любит меня больше, чем тебя.

И он украл кусочек рыбы с тарелки Джинны.

Неужели все коты разговаривают с незнакомцами? — укоризненно поинтересовался я.

Он откинулся назад, удобно положил голову на грудь Джинны и смерил меня презрительным взглядом желтых глаз.

Все говорят, когда им захочется. Но только грубиян говорит без спроса. Помолчи, я же тебе сказал. Она любит меня больше. — Он повернул голову и посмотрел в лицо Джинны. — Ещё рыбки?

— Конечно, — кивнула она.

Я попытался вспомнить, о чем мы разговаривали, наблюдая за рукой Джинны, протянувшей коту кусочек рыбы. Я знал, что она не владеет Уитом. Возможно, кот мне наврал, когда заявил, что все его сородичи разговаривают. Я почти ничего не знал о кошках. Баррич никогда не держал котов в конюшнях. Он предпочитал маленьких собак, которые охотно уничтожали крыс и других мелких вредителей.

Джинна неправильно поняла мою озабоченность.

— И все же довольно трудно покидать свой дом, чтобы стать слугой, каким бы замечательным человеком не был лорд Голден. Надеюсь, он так же щедр с вами, как всегда, когда появляется в городе, чтобы сделать покупки.

Я вымученно улыбнулся.

— Значит, вы знакомы с лордом Голденом?

Джинна кивнула.

— По чистой случайности он зашел ко мне в прошлом месяце. Ему потребовался амулет, защищающий одежду от моли. Я ответила, что никогда не слышала о таких амулетах, но попытаюсь выполнить его заказ. Для благородного лорда он вел себя с поразительной любезностью. И заплатил вперед. А потом настоял, чтобы я показала ему все свои амулеты, и сразу купил шесть штук. Шесть! Один для сладких снов, другой — для хорошего настроения, третий — для привлечения птиц — о, его так заинтересовал этот амулет, словно он сам птица. Но когда я попросила его показать руки, чтобы настроить амулеты, он ответил, что покупает их в подарок. Тогда я сказала, что ему следует прислать получателей подарков ко мне, чтобы усилить действие талисманов. Но он так никого и не прислал. Однако амулеты и без того будут хорошо работать. И все же я люблю настраивать обереги. В этом и состоит основное различие между амулетом, созданным механически, и работой мастера. А я считаю себя настоящим мастером, уж можете не сомневаться!

Последние слова она произнесла со смехом, и мы оба расхохотались. Мне было удивительно приятно рядом с ней.

— Вы успокоили меня, — заявил я. — Я знаю, что Нед хороший парень и больше не нуждается в моей заботе. Боюсь, однако, что я постоянно из-за него тревожусь.

Обрати на меня внимание! — с угрозой проворчал Феннел.

Он запрыгнул на стол. Джинна взяла нахала и опустила на пол. Феннел тут же забрался к ней на колени. Она рассеянно погладила его.

— Такова доля отца, — утешила меня Джинна. — Или друга. — На её лице появилось странное выражение. — Я и сама склонна к глупым тревогам. Даже когда это меня не касается. — Она оценивающе посмотрела на меня, и я почувствовал, как по спине пробежал холодок. — Я буду говорить откровенно, — предупредила Джинна.

— Прошу, — предложил я, хотя все во мне протестовало.

— Вы обладаете Уитом, — сказала она. Её слова не были обвиняющими — скорее, она говорила о каком-то неприглядном недуге. — В последние годы мне приходится много путешествовать, полагаю, гораздо больше, чем вам. У людей изменилось отношение к тем, кто наделен Уитом, Том. Повсюду творятся ужасные дела. Мне не довелось видеть своими глазами, но я слышала, что в одном из городов Фарроу выставляют напоказ казненных людей, обладавших Уитом, расчлененными на части, чтобы они не могли ожить.

Мое лицо превратилось в маску, но сердце мучительно сжалось. Принц Дьютифул. Похитили его или он сбежал — в любом случае он ужасно уязвим. Вне надежных стен Баккипа юноше грозит страшная опасность — эти люди способны на любые зверства.

— Я колдунья, — тихо сказала Джинна. — Мне известно, что значит родиться с магическим даром. Ты ничего не в силах изменить, даже если захочешь. Более того, я знаю, каково иметь сестру, лишенную дара. Иногда она кажется мне такой свободной. Она смотрит на амулет, созданный моим отцом, а для неё это лишь палочки и бусинки. Он никогда не шепчет ей и не изводит её. Те долгие часы, которые я просидела рядом с отцом, обучаясь его ремеслу, она провела с матерью на кухне. Когда мы росли, мы завидовали друг другу. Однако мы были одной семьей и умели проявлять терпимость. — Она улыбнулась своим воспоминаниям, но потом встряхнула головой и помрачнела.

— В большом мире все иначе. Люди не угрожают разорвать меня на части или сжечь, но я не раз видела ненависть и зависть в их глазах. Они думают, что мои способности достались мне нечестным путем, или боятся, что я использую магию против них. Им не приходит в голову, что они обладают талантами, которые мне недоступны. Они могут быть грубыми, толкнуть меня на улице или занять мое место на рынке, но никто не попытается меня убить. У вас нет такой уверенности. Малейшая ошибка — и вас ждёт страшная смерть. И если кто-то спровоцирует вас… Ладно. Вы стали совсем другим человеком. Признаюсь, меня это тревожит с момента нашей последней встречи. Поэтому, ну… чтобы успокоить себя, я кое-что сделала.

Я сглотнул.

— Спасибо.

Я даже не нашел мужества спросить, что она сделала для меня. Хотя в комнате было прохладно, по моей спине стекал пот. Джинна мне не угрожала, но её слова напомнили о моей уязвимости. Я обнаружил, что наука убивать глубоко укоренилась в моей душе. Убей её, предлагала мне эта часть сознания. Она знает твою тайну — значит, от неё исходит угроза. Убей её.

Я сложил руки перед собой на столе.

— Наверное, вы считаете меня странной, — пробормотала Джинна, подходя к шкафу. — Мы встречались всего дважды, а я уже вмешиваюсь в вашу жизнь. — Она явно смутилась, но твердо решила отдать мне подарок.

— Я думаю, что ты очень добра, — неуверенно проговорил я, переходя на «ты».

Когда она встала, Феннел свалился с её колен. Он уселся на полу, аккуратно уложил хвост колечком и бросил на меня свирепый взгляд.

Я лишился удобного места. И все из-за тебя!

Джинна вытащила коробку из шкафа, поставила её на пол и открыла. Внутри лежало сооружение из прутиков, бусинок и тонких кожаных ремешков. Она встряхнула его — и оказалось, что она держит в руках ожерелье. Я молча смотрел на него, но ничего не ощущал.

— А какие у него свойства? — спросил я.

Она рассмеялась.

— Так,