Призрак войны - Джефферсон Свайкеффер

“Как просто! – подумал Баск в ужасе. – Беззаботно. Без угрызений совести. Он изжарил парня на основании моих слов. Боже мой!”

Краткий всплеск света дал Баску необходимое – некоторую передышку после бесконечной темноты. Он увидел очертания камеры, полушарие купола. Он увидел оплавленный камень, который застыл в причудливые очертания. Он увидел черную горловину туннеля в двенадцати футах высоты по одной из стен.

Теперь наступила темнота, но Баск отметил про себя место выхода туннеля и знал, что он этого не забудет.

– Как увеличивается сила? – спросил Омикрон.

– Только в определенных пределах. Человек никогда не сможет стать таким же сильным, как ты. Этот человек не смог бы стать сильнее меня. Тебе не следовало разрушать его. Ты видел, как я сплю, ты принес меня сюда спящим?

“Малыш Баск силен. Угроза?”

Баск поежился.

– Никакое человеческое существо не может быть сильнее тебя. Ты в безопасности. Ты не должен беспокоиться. – Он глубоко вздохнул: – Послушай, Омикрон. Ты должен сказать мне, чего ты хочешь. Я помогу тебе. Я располагаю некоторыми видами силы, которых нет у тебя. Это немного, – поспешно добавил он. – Я могу, например, отличать людей, у кого больше силы, а у кого меньше. Я знаю приспособления для увеличения силы…

– Сила может вырасти?

– Да.

– Она может быть разрушена? У меня большая сила?

– Я сказал бы так.

“Проклятие! Думай быстрее”.

– Часть твоей силы может быть разрушена. Но у тебя столько силы, что все люди на земле, работая вместе, могут разрушить лишь долю этой силы.

“Клюнь на это, Омикрон, – взмолился Баск. – Клюнь на это”.

Омикрон думал в темноте: “Осилить всю Землю. Народ всей Земли. Уничтожить”.

Баску это не нравилось.

– Скажи, куда мне идти за ядерным оружием.

– Ядерным оружием? – у Баска перехватило дыхание.

– Да.

Баск покачал головой, этого Омикрон не видел из-за темноты.

– Ты в таком случае находишься в правильном месте. Это можно сказать.

Он столкнулся с первой дилеммой в своих отношениях с помешанным на силе чудовищем. Если он проведет его в бункер с оружием, Омикрон станет наиболее опасной силой на Земле. Если он его обманет, Омикрон просто убьет его и найдет другого. Возможно, такого, который расскажет ему все, что ему нужно. Возможно также, что Омикрон победит и загубит все человечество и без оружия.

“Насколько мощен этот его луч?”

– Бункер с оружием находится внутри восточной группы зданий. Ты отличишь это по большому белому зданию…

“Я не хочу предать человеческую расу, но у меня нет выбора! Надо, по крайней мере, попробовать манипулировать им”.

Омикрон повернулся и ушел.

В его отсутствие Баск потихоньку вскарабкался по стене к горловине туннеля и нырнул в него. Сначала идти было трудно, потом путь выровнялся. Через пятьдесят ярдов туннель заканчивался лифтом.

Омикрон, не зная, как пользоваться лифтом, просто сломал его. Лифтовая клетка шахты была искорежена, кабеля свободно висели.

Баск сознавал, что он не поднимется по кабелям. Он был на глубине по меньшей мере в четверть мили ниже поверхности земли. Он устал от выдавшейся ему нагрузки и был голоден. Он позвал помощь по радио, но скалы экранировали слабый сигнал.

Отказавшись от дальнейшего продвижения, он вернулся обратно в каверну.

Вскоре вернулся и Омикрон. В прошлый раз он пришел с грузом трех человек, тела которых он грубо бросил на камни. На этот раз он сбросил с себя два тяжелых металлических предмета. Баск по звуку определил, что это.

Заключение в полицейской камере вместе с Сэмом Тарамаско делили еще двое. Один был рано состарившийся от злоупотребления спиртными напитками и жизни на улице. После обеда в заключении его отпускали, и он, не теряя времени, снова воровал, чтобы добыть деньги на выпивку. Цикл был прост. У другого заключенного была окаймляющая лицо борода. Он был молод и носил майку и поношенные джинсы. Сэм предположил, что его задержали за грабеж или насилие.

Против Сэма выдвигалась масса обвинений: нарушение спокойствия, нападение, создание опасной ситуации для населения и многие другие. Сэм выделял из них преднамеренное неуважение общественного покоя. Он находил в этом нечто поэтическое. Фраза отдавалась в его голове: “преднамеренное неуважение общественного покоя…”

“Я, по крайней мере, успокоил робота. Никто не подумал спокойно поговорить с ним”. Он закрыл глаза и подумал о роботе. Он был обаятельным, чувственным, изящным. Он вспомнил, что робот был поврежден. Вдоль ноги были царапины, лодыжка вывернута.

Обаятельная машина. Сэм не раскаивался в том, что спас его, несмотря на сложившиеся обстоятельства. Он осмотрел камеру, заметив у одной из стен унитаз из нержавеющей стали. Бородатый грабитель, почувствовав взгляд Сэма, скорчил рожу.

Прошел час, другой.

Дежурный в форме появился за решеткой:

– Сэм Тарамаско?

– Да, – Сэм встал.

– Следуйте за мной.

Человек отпер дверь и широко раскрыл ее. Сэм вышел. Человек запер дверь за ним. Он схватил Сэма за рукав и провел его вдоль ряда камер, в каждой из которых сидело по два-три человека, ожидавших снятия показаний.

Они прошли через еще одну запертую решетку, затем мимо охранника. По эту сторону барьера полицейские спешили по делам с занятым видом. Они прошли мимо щита с фотографиями разыскиваемых личностей. Коридоры здесь были уже, чем в тюрьме и полы застелены плетеными циновками. В целом соблюдался какой-то порядок, что понравилось Сэму. Было разбросано много бумаг, на спинках стульев валялись куртки. В кофейнике варился кофе.

Дежурный указал Сэму на стул около стола. Вскоре появился офицер в штатском и сел за стол. Он был с крупными чертами, чисто выбрит, лет сорока, щеки были слегка припухлыми, глаза – ясными и внимательными.

– Сэм Тарамаско?

– Да, сэр.

– Я – детектив Макстэй. – Он протянул руку, которую, поколебавшись, Сэм пожал.

– Хорошо, юноша, – сказал Макстэй, перелистывая прочитанные бумаги. – Это похоже на необычное дело. Я никогда с подобным не сталкивался. – Он взглянул на Сэма, и его улыбка погасла. – Фактически, это чертовски необычное дело. Робот построен вами?

– Да.

“Интересно, сколько надо врать, чтобы избежать ареста? Этот человек обучен вылавливать малейшие несоответствия в историях подозреваемых”.

– Вы сделали это из подручного материала?

– Из моторов и тому подобного. Арматуру гнул сам. – Сэм заглянул в глаза детективу. – Это хорошее изделие. Кованые металлические пластины на деревянных рамках. Автомобильный аккумулятор в теле. Независимый микропроцессор, синхронизирующий конечности. Заставить робота ходить гораздо труднее, чем вы думаете.

Макстэй смотрел на Сэма. После долгой паузы он произнес:

– Из вашего робота получился бы хороший солдат.

Нахмурившись, Сэм возразил:

– Нет, конечно, нет.

– Внутри него имеется оружие?

– Нет, черт побери. Внутри нет. Полагаю, если ему дать пистолет в руку, он может пострелять, но не сможет целиться.

– Почему?

– Заставить робота различать вещи труднее, чем научить его ходить. Компьютеры обрабатывают видимую информацию иным образом, нежели люди.

– Вы жили в Сан-Антонио всю жизнь?

Сэм улыбнулся:

– Я не отъезжал далее Карлсбадских каверн.

Макстэй фыркнул:

– Я слышал, их перехватили.

Лицо Сэма выразило возмущение:

– Нет, сэр. Они очаровательны…

– Гм. Вы работали в компании “Химическая промышленность” Кука. У вас, кажется, были проблемы с мистером Куком. Судебные документы свидетельствуют, что вы должны ему несколько сот тысяч дол shy;ларов.

– Да, сэр.

– Расскажите, – Макстэй наклонился вперед. – Вы как будто бы оклеветали его. Почему?

Сэм проглотил комок в горле:

– Он мне не нравился, сэр.

– Гм. Вы были химиком?

– Химик-исследователь, сэр.

– Там вы научились строить роботов?

– Единственное, что я видел в компании Кука, – это оскорбления, – Сэм не смог сдержать своего гнева.

Макстэй посмотрел на него, Сэм выдержал взгляд.

– Материалы суда говорят, что в настоящее время на вас лежит обязательство делать выплаты Куку.

– Потому у меня нет денег.

– Правильно. – Детектив положил руку на кипу бумаг.

– Вы запрограммировали робота идти в город и совершить кражу в магазине?

– Нет, конечно. – Сэм попытался быть рассудительным. – Я же не дурак: сколько времени понадобилось, чтобы обнаружить это.

– Гм, судебное дело говорит об ином. Сэм остановил готовый вырваться поток слов. Это стоило ему больших усилий.

“У меня длинный язык, – напомнил себе Сэм. – Темперамент втягивает меня в осложнения. Заткнись. Заткнись. Заткнись!” Вслух он, сжав зубы, сказал:

– Я извинился перед мистером Куком. Я не обязан извиняться перед его компанией. Собираетесь ли вы нагрузить меня обвинениями или отпустить?