Звездная Кровь. Лед-Кузнец - Роман Прокофьев

Так было когда-то… А как стало сейчас — осколок Единого намеревался проверить.

Первый древодень в Ледяной Бездне прошел на удивление спокойно. А вот второй принес первую смерть…

Жизнь в Ледяной Бездне концентрировалась возле оазисов — громадных Кругов Жизни, образованных Древами, и малых, у ледяных вулканов, подледных озер и каньонов. Заснеженные пустоши между ними были почти необитаемы, встретить кого-то за несколько дней пути — настоящее событие. Кристаллоиды, снежные зайцы, косматые орионы, фростбьорны и великаны-имиры — многие обитатели ледяных регионов были совсем иными, непохожими на знакомых зверей Единства.

Но были и хорошо известные — как бронзовый ледозуб, который преследовал стадо косматых айсмутов, следующих своим путем по снежному плато. Обычно эти животные, похожие на мохнатые горы с огромными бивнями, сами могли дать отпор любому хищнику, но этот прайд был материнским — единственный матриарх и три небольших детеныша, младший из которых был совсем крохотным, в холке чуть выше человека.

Его и заприметил ледозуб, догоняя и стараясь отбить от стада. Белый Дьявол издалека заметил кровавый след, а потом с высоты увидел, как это происходило — матриарх разворачивалась, останавливаясь и пытаясь прикрыть детей собой, однако стремительная ледяная виверна не принимала бой, кружа вокруг и пытаясь оттащить маленького айсмута. Он уже был несколько раз ранен и явно выдыхался, поэтому осколок Единого решил вмешаться.

Он прошел на бреющем полете над противником, с ходу ударив связкой Ветра-Кинжалов, и мягко спрыгнул на утоптанный наст шагах в тридцати. Пора было поразмяться — и восстановить справедливость.

Ледозуб был бронзой. Ледяная виверна, ледяной лев — это существо по-разному называли в разных Кругах. Они были созданы как охотники на Червей в холодных теневых регионах, на самой границе Тьмы, и чаще всего встречались именно там. Однако голод, ваал или злая воля иногда заставляли ледозубов выбирать иную добычу — этого, скорее всего, вела ярость Дикой Охоты.

Кинжалы не повредили твари, закованной в сверкающий панцирь, но Белый Дьявол и не рассчитывал на это. Привлечь внимание — вот была цель, и он ее добился, в следующий миг уворачиваясь от конуса морозного ветра, что со свистом выдохнула в его сторону тварь.

Опасная игра, но она горячила кровь, наполняя тело воинским наслаждением. Белый Дьявол снова отпрыгнул, уворачиваясь от когтей и зубов разъяренного ледозуба, — в тяжелой Шкуре, на хрупком насте это было нелегкой задачей, но он справился.

Ледозуб все-таки удивил его: утробно зарычал и вдруг исчез, сливаясь с заснеженной равниной. Белый Дьявол напрягся, ощущая, как воздушные потоки вокруг искажаются. Он резко шагнул вбок — и вовремя: ледяные когти рассекли воздух там, где он только что стоял.

Достойный противник! Убить бронзового ледозуба простым оружием — сложная задача. Для соплеменников Сигурда и вовсе настоящий подвиг. Но для серебряного Восходящего с хорошими Рунами это не представляет сложности даже после танцев на снегу. Белый Дьявол мог покончить с ним десятью способами, но решил избрать новый, еще не испытанный в бою.

Руна Огненной Крови! Осколок Единого использовал ее впервые — тварь не боялась ран, была сильной и бронированной, однако, как и все живое, обладала подобием крови, пусть та и была холоднее любого льда. И Руна на три секунды превратила ее в жидкий огонь, опаляя изнутри то, что заменяло ледозубу жилы и сердце…

Хищник умер мгновенно, испустив кольца черного дыма изо всех естественных отверстий и издав страшный хрип. По инерции пробежал еще несколько шагов — и рухнул, чтобы больше не подняться.

Двадцать капель Звездной Крови.

Руна Развития

Руна Усиления

Руна Холодного Сердца

Руна Холодного Дыхания

Все — бронза, но неплохая, как и ожидал Белый Дьявол. Холодное Сердце — Умение, защищающее от холода, а Дыхание — наоборот, замораживающее врагов. Подобные существа всегда дарили хорошие Руны, хоть и жаль было лишать Единства еще одного охотника на Червей…

Айсмуты не торопились уходить. Матриарх зорко наблюдала издалека, загородив детей, а мохнатый малыш доверчиво лез розовым хоботом, который приходилось отводить рукой. Его правый бок был изранен, шерсть застыла кровавыми сосульками, и осколок Единого на мгновение сосредоточился, одаривая его Целительным Прикосновением. Жизнь за жизнь, пусть этот еще поживет немного…

Мать коротко протрубила, подзывая дитя, и он побежал к ней — куда более резво, чем раньше, и больше не пятная кровью снег. А осколок Единого наконец заметил то, что должен был увидеть давно, — остатки грубо скрученной веревки толщиной с мужскую руку на шее мамочки, а также костяной анкор, пробивший чувствительное ухо.

Айсмуты были одомашненными. Но приручены они не людьми — судя по размеру упряжи и «серьги», они служили существам куда более крупного размера. Белый Дьявол недоверчиво прищурился — ему не понравилось то, что он увидел.

Плохо было не то, кто приручил айсмутов. Плохо, что они, при всей своей миролюбивости и покорности, сбежали — и это означало, что прежние хозяева, скорее всего, мертвы.

Дикая Охота вновь показывала свой оскал? Или тут скрывалась тайна?

Проводив уходящее семейство взглядом, он вернулся к ледозубу. Хищник содержал немало ценных Фрагментов — хладонитовые зубы и сущностную сферу, а также кровь, которая обжигала похуже ядовитого льда. Все это могло пригодиться, и осколок Единого не был намерен оставлять ценную добычу падальщикам.

Плоть ледозуба не годилось в пищу — он происходил из того же рода, что Ледяные Дикобразы и Ледяные Черви, поэтому вечером, под сводом снежной улитки, он ужинал изысканными блюдами Руны Пира Кел Тара вместе с Морвейн. Восходящие, заключенные в Руны, хотели жить не меньше других, и не стоило вызывать их только по необходимости, а Морвейн, к тому же, сама просила его об этом. Она скрасила его одиночество своей красотой и беседой, и им хватило места в огромной Шкуре Фростбьорна, чтобы снова разделить ложе. Одаривая друг друга телесной страстью, они становились ближе, и каждый такой шаг давал все большую власть над гордой кель'Талас. Белый Дьявол знал, что придет время, когда Морвейн придется дать свободу — и она должна остаться справа от его трона и заблестеть золотом.

Но до того им придется пройти еще много путей.

Когда она вновь обратилась в Руну, он потратил бронзовую добычу, вложив Развитие в Суперслух, ибо его нельзя было увеличить другим способом, а Усиление — в Шкуру