Белый Z на лобовой броне - Михаил Александрович Михеев

Зло сплюнув и держа наготове пистолет (больше для порядку, поскольку хотели бы выстрелить – давным-давно пальнули бы в спину), Виталий аккуратно подошел к машине и заглянул внутрь.

М-да, классика жанра. Очень похоже, возомнившие себя крутыми юнцы решили, что им море по колено и вообще, они не твари дрожащие, а право имеют. Хотя к спутыванию засунутого между сиденьями человека они подошли с неторопливой сельской основательностью. Ох уж эти детки…

Все это промелькнуло в голове, пока Виталий аккуратно вытаскивал на свет божий нежданный трофей. Довольно солидный, к слову, килограммов шестьдесят весу точно будет, а может, и побольше малость. Плюс цепляющийся за все подряд: телосложение отнюдь не воздушное, да и одежды хватает, а машина не из разряда лимузинов, между сиденьями узко.

Справился, конечно, только взопрел малость. И вдобавок устал вертеть головой на триста шестьдесят градусов, постоянно контролируя местность. Проснувшаяся в результате собственной ошибки паранойя требовала больше так не рисковать.

– Ну что, – резюмировал Виталий, закончив извлекать трофей, пару раз, для просветления в глазах, хлопнув его по щекам и усадив с упором на дверцу машины. – Вполне годно, с пивом пойдет. Как, мадемуазель, орать будешь?

– М-м-м…

Судя по мотанию головой, женщина его поняла. А вот что ответила? «Нет, я не буду орать» или «нет, я буду орать»? Не проверишь – не узнаешь. Подумав немного, Виталий ухватил двумя пальцами краешек заклеивающего ей рот крепкого сантехнического скотча и резко дернул.

– У-а-у!!!

Ну вот и разобрались.

Виталий тяжело вздохнул:

– Замолчи, а то назад приклею.

– На зад… не надо…

Похоже, у нее была крепкая психика. Мало того, что ограничилась одним коротким воплем, так еще и чувство юмора вернулось мгновенно. А может, просто есть у человека привычка нести хрень по поводу и без. Вот и ляпнула на автопилоте. В любом случае, это лучше, чем истерика.

– Ладно, не буду, – покладисто согласился Виталий. – Значит, так: сейчас развяжу – и не надо глупостей, ладно? Я не из этих.

Не дожидаясь ответа, он принялся освобождать дамочку, мысленно ругаясь. Вот так скотчем пеленать – оно, конечно, достаточно надежно. И снять достаточно просто, ножом тонкая лента режется на раз. Но она ж липкая и цепляется ко всему подряд! Хорошо еще справиться удалось быстро.

Закончив работу и убедившись, что разговаривать с ним даже не пытаются, Виталий усмехнулся и кивнул в сторону джипа:

– За руль – и вперед, подальше отсюда. А то, если у них и впрямь родня неподалеку, могут возникнуть проблемы.

Спасенная, активно растиравшая запястья, вдруг широко улыбнулась:

– А та машина не ходит. Эти козлы сюда трактор потому и пригнали, что поломались.

– Ну, грубовато как-то. Козлы… О мертвых или хорошо, или ничего… кроме правды. Ладно, пускай будут козлы. И откуда информация?

– Эти сволочи громко разговаривали. У них машина заглохла, они позвонили, через полчаса трактор пришел.

– Значит, живут где-то рядом… Плохо.

– Они, пока трактор ждали, мою ласточку расстреляли. Потом хотели меня… Но тут трактор пришел, и почти сразу они вас заметили. Сразу дорогу перегородили.

Виталий не стал уточнять, что именно с ней хотели сделать. Не из деликатности, а просто и так все ясно. И вообще, ситуация простая, как три копейки. Решили местные гарные хлопцы рыбку в мутной воде половить, сиречь проезжающих пограбить. Вот и нарвались на щуку в его лице… пескарики.

– Вещей много?

– Да почти нет.

– Тогда собирай, что надо. Машина открыта. Садись, поехали.

– Мы уже на «ты»?

– А вы можете пройтись пешком.

Второй раз намекать не потребовалось. Женщина расклады поняла и в хорошем темпе полезла в машину Виталия. Похоже, с вещами у нее и впрямь обстояло не очень.

Пока она садилась, Третьяков рассмотрел ее чуть более детально и пришел к выводу, что дома его ждут куда более привлекательные и на мордашку, и на фигурку особи. Здесь же примерно метр семьдесят росту, темные растрепанные волосы, лицо скорее симпатичное, чем красивое. Не толстая, но и не худая. Глаза, правда, красивые, очень глубокого зеленого цвета.

В общем, женщина обыкновенная, усредненный вариант. На вид лет тридцать, но возможно, меньше: усталость и потрясение вкупе с грязью лицо не красят. Весьма интересно, что она ему расскажет. И кто она вообще?

В первый же час поездки Виталий убедился, что, во-первых, с попутчицей веселее. А во-вторых, если она не заткнется, то уж лучше без нее. Потому что, то ли из-за стресса, то ли благодаря характеру, языком она молотила непрерывно.

Плюс в этом, конечно, был. Не потребовалось много усилий, чтобы направить разговор в нужное русло и легко получить интересующую информацию. В частности о том, что звать попутчицу Тамарой и родом она из «братской» Белоруссии.

Кстати, девушка очень возмутилась, что Виталий называет ее страну на «совковый» манер. Беларусь – и никак иначе! Виталий лишь усмехнулся в ответ и просьбу проигнорировал, за что имел возможность лицезреть надутую физиономию. Минут пять или шесть, вряд ли больше; потом Тамара перестала дуться и обращать внимание на спорный момент. Похоже, характер у нее был легкий.

Хуже было то, что Тамара, похоже, относилась к той малой части белорусского общества, где царили либеральные настроения. Причем не умеренно либеральные, как у многих, а ярко выраженные. Европа – наше все и свет в окошке в придачу. Батьку геть! В общем, завихрения в мозгах у людей были своеобразные.

Ну, каждый имеет право на свои убеждения. Если держит их при себе, а не тыкает людям в нос, что ужасно раздражает. Вдобавок нынешних европейцев Виталий не слишком уважал. Очень уж они кичились заслугами предков, не имея, по большому счету, ничего за душой. И очень любили всех поучать.

Вон, за несколько дней до того, как началась украинская заваруха, присутствовал он по долгу службы при разговоре шефа с одним французским умником. Тот на пупе извертелся, пытаясь всем демонстрировать превосходство своего интеллекта над русскими варварами. Идиот! Где Европа, а где интеллект? Он у них лет пятьдесят уже как вымер за ненадобностью.

Впрочем, Европа – хорошо, а женщина на соседнем кресле интереснее. Тем более такая вот искательница приключений, что и неудивительно, впрочем. Ей, как выяснилось, было всего-то двадцать шесть, а в этом возрасте в неокрепших еще окончательно мозгах случаются завихрения и покруче демократии. Так что Виталий мысленно сделал ей скидку на возраст и продолжил слушать.

Итак, Тамара инженерила на каком-то мелком заводике и приехала из тихой, спокойной Белоруссии на Украину. Зачем? Так родичи у нее здесь, неподалеку. И удивляться тут нечему: