Вся Урсула Ле Гуин в одном томе - Урсула К. Ле Гуин

Кастоху, где поселился у своих родственников по Дому, изучая искусство садоводства, ибо сады Кастохи славились всюду как самые плодоносные и красивые. Вскоре он принял свое среднее имя Ясная Погода и надел рубаху из крашеного полотна — перешел жить в дом к женщине из Дома Змеевика. Ее звали Холм, и была она из Дома На Холме, что в Кастохе. Она была лесником и занималась в основном теми дубами, древесина которых идет у плотников на отделку и для особо тонкой работы. Несколько лет муж трудился с нею вместе, разыскивая, отбирая, срубая и сажая новые дубы. И присоединился к ее Цеху.

Но каждый раз, возвращаясь из очередной экспедиции в Кастоху, он продолжал работу над скрещиванием различных сортов груш. В те времена ни один из сортов груш в Долине не был достаточно хорош: они становились жертвами гусениц, им требовался особый режим полива, иначе деревья чувствовали себя плохо и неважно плодоносили. Чтобы добыть различные саженцы, он ходил с Искателями на Чистое Озеро и в долину Долгий Звук, спрашивал совета у жителей северных районов через ПОИ. Несколько саженцев ему прислали из садов, что расположены у Реки В Сорок Рукавов, далеко на севере; эти саженцы ему привезли торговцы, которые были родом из тех мест и занимались тем, что обменивали копченого лосося на вино. Путем скрещивания северных груш с местной дикой грушей, которую он отыскал где-то в дубовых рощах между Кастохой и Чукулмасом, ему в итоге удалось вывести невысокое крепкое и очень засухоустойчивое дерево с отличными плодами, и он вернулся в Синшан, чтобы посадить там несколько таких груш. Теперь они известны всем: это та самая коричневая груша, что растет в большинстве садов Долины, и люди называют ее груша Ясной Погоды.

Все те годы, что он путешествовал, а Холм много времени проводила в лесах, они подолгу не жили вместе. У них не было общих детей. Через какое-то время Холм решила совсем прекратить семейную жизнь, перестала вести хозяйство, оставила дом и превратилась в настоящую лесную женщину. Ясная Погода тогда перешел жить в дом другой женщины из Дома Обсидиана по имени Черная Овца. Она тоже жила в Кастохе, в доме Сорочьем. У нее уже была дочка. Потом у них с Ясной Погодой родился общий сын.

Ясная Погода начал изучать яблони из садов Верхней Долины, работая над скрещиванием сортов и пытаясь помочь горным яблоням противостоять болезни, от которой у них свертывались листья. Он также в течение многих лет серьезно занимался изучением почв в предгорьях, присматриваясь, где и какие деревья лучше растут. Но как раз когда его работа была в самом разгаре, Черная Овца стала прихварывать, у нее сильно ослабел слух, а потом и зрение.

Они переехали из дома ее матери вместе с дочерью и сыном в Синшан, где несколько лет прожили в Старом Красном доме. Они трудились вместе с местными Целителями, и Черная Овца училась, как нужно быть больной, а Ясная Погода — как заботиться о ней, когда ей необходима будет его помощь. Он работал садовником и принимал участие во всех церемониях своего Дома и всех Цехов и Обществ, членами которых являлся. Продолжать изучение почв предгорий он, к сожалению, больше не мог. Черная Овца еще девять лет прожила, жестоко страдая, став глухой и слепой.

Когда она умерла, ее дочь вернулась в дом своей бабушки в Кастоху. Ясная Погода с сыном жили вместе с одним семейством из Дома Желтого Кирпича. В это время он как раз получил свое последнее имя, данное ему членами Общества Сажальщиков во время Танца Вина: Белое Дерево. Он продолжал работать в садах Синшана, сажал деревья, ухаживал за ними, обрезал сучья, подчищал и удобрял землю, собирал плоды и отбирал лучшие саженцы. Он стал членом Общества Зеленых Клоунов и танцевал Танец Вина, и Танец Вселенной, и Танец Луны, пока ему не исполнился восемьдесят один год. Он умер от воспаления легких, поработав под дождем в сливовых садах Синшана.

Белое Дерево был отцом моего отца. Это был добрый и молчаливый старик. Я пишу это для библиотеки, принадлежащей его хейимас в Синшане, и сделаю еще одну копию для библиотеки его хейимас в Кастохе, чтобы Белое Дерево еще хоть какое-то время вспоминали добром, когда сажают грушевые деревья или хвалят наши сады.

История третьего ребенка

Рассказано Пятнистым Козлом из Дома Обсидиана (Мадидину)

Моя мать не собиралась беременеть мной,

она была слишком ленива, чтобы сделать аборт,

и мое первое имя было Неосторожность.

Она была из Дома Обсидиана,

из города Мадидину,

а дом ее назывался Пятнистые Камни.

Жители Мадидину похожи на гравий,

похожи на песок,

похожи на бедную почву.

Отец мой был из Дома Синей Глины,

он жил в Синшане,

в семействе своей матери.

Жители Синшана похожи на чертополох,

похожи на крапиву,

похожи на ядовитый дубок.

Муж моей матери тоже был из Дома Синей

Глины,

он жил в Мадидину,

в ее семействе.

Я человек никому не нужный,

никудышный,

с маленькой душою.

Я не учился как следует танцевать,

или как следует петь,

или как следует писать.

Я не люблю возделывать землю,

я никаким мастерством не владею,

животные бегут от меня прочь.

Мои старшие сестра и брат были сильнее меня

и никогда меня не ждали,

никогда ничему меня не учили.

Муж моей матери был их отцом,

но любил и привечал только их,

а меня никогда даже не учил ничему.

Мать моей матери была со мной нетерпелива,

она считала, что мне не следовало рождаться,

она говорила, что меня и учить-то не стоит.

Я никогда не танцевал ни одну вакву,

пока мне не исполнилось тринадцать.

Никто в нашей хейимас не желал научить меня

песням,

никто не желал научить меня танцам.

В четырнадцать я надел некрашеные одежды,

и люди из Дома Синей Глины из Синшана взяли

меня

в Путешествие За Солью,

но мне никаких видений не являлось.

Когда мне исполнилось пятнадцать,

ко мне все время стала приставать