Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

«Ну, — подумал Декер, — все это вполне ожидаемо. Вряд ли они захотели бы отпустить этого парня».

Эбернати повернулся к Леопольду и уставился на него со своего высокого насеста. Потом вновь обернулся к Линч:

— Мисс Линч, а где защитник мистера Леопольда?

Та откашлялась и сказала:

— Он был не в состоянии нанять адвоката, и ему был назначен общественный защитник. Однако мистер Леопольд отказался от его услуг. Несколько раз, я должна добавить.

Взгляд Эбернати метнулся к обвиняемому:

— Мистер Леопольд, вы понимаете зачитанные обвинения против вас?

Леопольд посмотрел по сторонам, будто искал, с кем же разговаривает Эбернати.

— Мистер Леопольд, вы не желаете защитника? — резко спросил Эбернати.

Леопольд обернулся к нему, покачал головой и сказал:

— У меня нету денег.

— Именно поэтому у нас есть общественные защитники, — раздраженно ответил Эбернати. — Они бесплатные. Можете поблагодарить за это Верховный суд, истолковавший нашу Конституцию. Я отложу это слушание до тех пор, пока ответчику не будет назначен…

— Я это сделал, сэр, — прервал его Леопольд.

Эбернати уставился на ответчика так, будто тот был любопытным жуком, лежащим на тротуаре.

— Простите?

— Я это сделал, так что мне не нужен адвокат.

— Вы говорите, что на первом слушанье признаете себя виновным в трех убийствах?

— Я их убил, сэр, так что да, предполагаю, так оно и есть.

Эбернати протер очки, как будто после этого происходящее должно было стать яснее. Вновь утвердив их на своем длинном крючковатом носу, он произнес:

— Мистер Леопольд, сейчас неподходящее время для предположений. Это серьезные обвинения, строго говоря, наисерьезнейшие. Вы осведомлены, что рискуете не только свободой, но и собственной жизнью? Это тягчайшее преступление.

— Вы имеете в виду со смертной казнью?

Казалось, что Эбернати сейчас хватит удар.

— Да. Разумеется, именно это я и имею в виду, мистер Леопольд.

— Ну, я признаю себя виновным, раз я это сделал. Так что, наверное, нам и суд не нужен.

Эбернати перевел взгляд на Линч и предостерегающим тоном заявил:

— Мисс Линч, я нахожу эту ситуацию предосудительной.

— Судья Эбернати, мы старались изо всех сил. Мистер Леопольд отказал всем настойчивым просьбам…

Эбернати посмотрел поверх плеча Линч и углядел Миллера. Медленным взмахом руки он подозвал начальника полиции к себе.

— Вот дерьмо, — пробормотал Миллер.

Он встал, пробрался мимо Декера и Ланкастер и поспешил к скамье вместе с Линч.

Амос наблюдал, как начальник полиции, прокурор и судья вступили в жаркий диспут. Ну, в действительности больше всех говорил Эбернати. Казалось, судья изрядно оживлен и дважды указал на Леопольда.

Миллер кивнул и что-то сказал. Линч поступила так же, и оба расстроенно поспешили на свои места.

Когда Декер вопросительно посмотрел на Миллера, тот дернул головой и произнес:

— Позже.

Эбернати обратился к Леопольду:

— Я распорядился вернуть вас в камеру. Вам будет назначен общественный защитник. Затем вы вновь предстанете перед судом завтра утром. — Он взглянул на Линч: — И срочно проведите психиатрическую экспертизу. Понятно?

Она кивнула, уклоняясь от его взгляда.

— Выведите ответчика, — распорядился Эбернати и постучал молоточком.

Двое полицейских немедленно вышли, заковали растерянного Леопольда и вывели его из зала.

— Пожалуйста, огласите следующее дело, — обратился Эбернати к приставу. — Надеюсь, там будет защитник.

При этих словах он одарил испепеляющим взглядом сначала Линч, потом Миллера.

Декер, Ланкастер и Миллер встали и вышли из зала, в который вводили следующего обвиняемого.

Журналистка уже ушла.

В коридоре нахмуренная Линч подошла к Миллеру:

— Мак, я не люблю получать плюхи в суде.

— Шейла, мы не могли заставить его согласиться на адвоката. Ты же сама там была и все знаешь.

— Ну, теперь он получит защитника, хочет он того или нет, хотя бы для признания себя виновным.

Она взглянула на Ланкастер, затем на Декера.

— Привет, Амос. Наверное, не стоит удивляться, что ты здесь.

— Не стоит, — отозвался Декер.

Линч обернулась к Миллеру:

— Эбернати распорядился провести экспертизу, и если ее результаты окажутся такими, как я думаю, вряд ли этот парень сможет признать хоть что-нибудь.

— Вы имеете в виду, что он психически неполноценный, — сказала Ланкастер.

— Вы сами видели парня. Думаете, он весь здесь?

— Возможно, он отстал на шестнадцать месяцев, — заметил Декер.

— Не имеет значения, если сейчас его признают недееспособным.

Линч развернулась и умчалась, портфель колотился о ее бедро.

Декер обернулся к Миллеру.

— Так что?

— Эбернати вынес нам частное определение. Он разозлился, что у Леопольда нет защитника, и он прав. Дело о тягчайшем преступлении без адвоката? Что бы ни случилось на этом уровне, оно автоматически уйдет на апелляцию. А Эбернати не любит, когда его дела разносит апелляционный суд. Поэтому он так взъерошился. По-моему, решил, что мы его подставляем. Только этого нам не хватало.

— Так почему не назначили защитника? — спросил Декер.

— Как сказала Линч, Леопольд не захотел этого. Он совершенно не желает сотрудничать. Твердит, что раз он это сделал, никакой адвокат ему не нужен. Мы по шею в Мэнсфилде, иначе как-нибудь справились бы. А так — практически пустили это дело на самотек.

Декер засунул руки в карманы и опустил голову.

— Ладно, вы суете ему адвоката, он возвращается в суд, признает себя виновным, и дальше что?

— Ну, надеюсь, адвокат убедит его не признавать себя виновным, и тогда дела пойдут лучше. Мы сможем обсудить сделку и посмотрим, что из этого выйдет. Но сначала нужно увидеть результаты экспертизы. Если он нездоров, все накроется медным тазом.

— А если он невиновен? — спросил Декер.

— Ты думаешь, он невиновен? — заинтересовался Миллер.

— Я встречался с ним один раз. Сложно сказать, что я думаю.

— Ну, в любом случае это дела завтрашнего дня. Так что у нас есть время. — Миллер посмотрел на Ланкастер. — Тебе лучше вернуться в Мэнсфилд. Я слышал, ФБР роет землю по этому делу не хуже кротов.

— Но мы же не можем их остановить? — спросила Ланкастер.

— Мэри, мы не будем ни прогибаться, ни прикидываться мертвыми перед федералами, — строго ответил Миллер и взглянул на Декера. — Ты в состоянии дальше помогать нам? Леопольд остается за решеткой. А вот с этим хером в Мэнсфилде дело другое. Чем дольше все тянется, тем меньше у нас шансов его взять.

Декер смотрел в сторону. Ответ, вроде бы, очевиден. Но он таким не был.

Миллер несколько секунд внимательно разглядывал его.

— Ладно, дашь мне знать.

Он повернулся и пошел прочь, оставив Ланкастер и Декера стоять в коридоре. Здание суда оживало, и коридоры заполнялись народом. Мамочки переживали за своих сыновей, попавших в беду. Адвокаты кучковались, как курицы в загоне. Полицейские ходили туда-сюда, и повсюду блуждали люди, которые