Похитители душ - Василий Головачёв

– Араб, что ли? – Яродив подумал и повторил вопрос по-английски.

Паренёк в чалме, тонколицый, смуглый, безбородый, совсем юный, обрадованно закивал, заговорил на ломаном английском.

Из его речи выходило, что он сириец из Ахтума, летел с семьёй из Сирии в Египет, но оказался здесь и находится на борту летучей тюрьмы уже сутки. Когда в стенке камеры открылся проход, он вышел, но увидел жутких «железных людей», испугался и спрятался обратно. Сутки он не ел, не пил и не испражнялся, боясь гнева «железных надзирателей», и готов был на всё, лишь бы ему позволили навестить туалет. В конце речи по лицу юного араба потекли слёзы, и София с презрением сплюнула.

– Идиот! Да ссы где хочешь, никто тебе слова не скажет!

Мальчик (на вид ему исполнилось лет пятнадцать) посмотрел на Ярда в сомнении, и тот сказал:

– В камере есть люк, ткни рукой, вылезет пульт…

Глаза мальчишки стали большими, он сглотнул.

– Пулт?

– Чёрт, надо показать ему. Ногтюк, залезь к нему.

– На хрен, – отказалась София. – Ты у нас спец по компам, ты и показывай.

– Охренели, что ли? – удивился Эмин. – На фиг он вам сдался, урод мусульманский? Это ж надо – сутки просидеть и не помочиться! Вы ему ещё подгузник поменяйте. Пошли отсюда. Придут колорады сердобольные и помогут, если у него раньше мочпузырь не лопнет.

Ярд усмехнулся и направился по коридору дальше. Спутники последовали за ним.

Мальчишка-сириец жалобно проговорил что-то, но его никто не слушал.

Существо в беседке на противоположной стороне коридора, похожее на земного варана с получеловеческим лицом, молча проводило троицу изумрудно светящимися глазами.

Пока неторопливо шествовали между шпалерами беседок, у Яродива окончательно созрела идея вооружиться. София была права. Чтобы занять достойное место среди обитателей этого всепланетного тюремного паноптикума, следовало продемонстрировать свою силу, а сделать это можно только с помощью оружия. Несмотря на то, что стычки с другими пленниками тюрьмы закончились победой «славных сынов незалежной», кроме последней, было понятно, что им могут встретиться и сидельцы посерьёзней сирийца, а София, какой бы она сильной и свирепой ни казалась, не всегда вела себя адекватно. Тот парень из русской группы уложил её одним ударом. София хотела отомстить, но опять-таки при этом надо было на всякий случай заиметь пистоль. Ярд улыбнулся. Хотя бы такой, каким обладал железный урод.

– Шо лыбишься? – ощерилась София.

– Пошли искать.

– Шо искать?

– Оружие.

– Ага, и до тебя дошло? – обрадовался Ногтюк. – Жаль, я ножик не захватил. Не отказался бы и от той штуковины на плече «лыцаря», из которой он меня приложил.

– Я пас, – мотнул головой Эмин. – Он же робот, здоровый и железный, его разве что гранатой можно угрохать.

– Придумаем что-нибудь.

Коридор, всё время поворачивающий влево, через двести метров упёрся в тупик, где скрещивались четыре круглых тоннеля, стенки которых были не ровными и не гладкими, а сплетёнными из лиан и тонких стволов бамбука. Они то сужались, то расширялись до трёхметрового диаметра, и в них было полно каверн и выпуклых вздутий, делающих тоннели своеобразными кишками.

Поскольку тоннель, уходивший вверх, не имел ни лестниц, ни скоб, подниматься по нему было невозможно, как и опускаться по тому, что уходил вниз, и Яродив выбрал левый горизонтальный. Никаких дорожек или мостиков внутри трубы не было, пол казался скользким как лёд, и первые шаги путешественники сделали с опаской. Но оказалось, что скользкость лишь кажется, пол тёплый и сухой, а шагать по нему легко. Правда, сила тяжести в трубе выросла до земной, что озадачило ребят, но не остановило.

Труба повернула на сто восемьдесят градусов и повела их в обратном направлении параллельно коридору с беседками-камерами. В её стенах было много выпуклостей, мешавших продвигаться свободно, приходилось протискиваться мимо, и однажды София нечаянно опёрлась рукой на одну из них размером с торец железнодорожной цистерны. И выпуклость превратилась в расширяющуюся воронку, ставшую в конечном итоге проёмом двери.

– Трясця твоей маме! – шарахнулась прочь София.

Яродив проглотил ругательство, но остался на месте.

Эмин по привычке схватился за рукоять ножа, висевшего у него в чехле под полой куртки.

– Кажись, тут ишо коридор.

Но это был не коридор. Стоило перешагнуть невысокий порожек, как в открывшемся пространстве вспыхнул неяркий жёлтый свет, стали видны ряды полукруглых колонн, отблёскивающих стеклом. Внутри под слоем этого стекла просматривались какие-то конструкции непонятных форм буро-красного цвета. Ближайшая ко входу напоминала помесь паука и кактуса, и София, преодолев внезапный страх, пробормотала:

– Парник…

– Шо? – удивился Эмин. – Какой парник?

– Видишь, внутри что-то растёт? Чем тебе не парник?

– Парники обычно длинные и большие, чтобы посадить побольше помидоров. Где ты видишь помидоры? Это больше похоже на кактус.

– Мы сажаем помидоры, местные сажают кактусы.

– Уржаться можно!

Ярд прошёлся по пупырчатому полу «парника», рассматривая ряды колонн.

– Нет, это не кактусы. У них куча свёрнутых лап. Возможно, тут инкубатор каких-нибудь полуживых организмов.

– Киборгов, что ли?

– Киборгов, роботов, автоматов.

София содрогнулась.

– Не люблю роботов! Особенно похожих на пауков!

– Можно подумать, ты с ними где-то встречаешься.

– В играх…

– Дубина, то ж игры! А не любишь ты их потому, что тебя чуть не грохнул тот железный чурбан.

– Очень смешно.

– А мне нравятся пауки. – Эмин достал нож, постучал остриём по стеклу ячейки «парника». – Смотри, какой красавчик! У него, по-моему, аж три головы!

Странный «кактусопаук» внутри колонны вдруг шевельнулся, и Эмин отскочил, выставив нож перед собой.

– Ты шо, скотыняка?!

София заржала.

– Ты же хотел с ним поцеловкаться.

– Очень смешно!

– Вы как хотите, а меня режьте – не пойду дальше! – София вернулась в коридор. – Интересно, что вы будете делать, если паучки вылезут?

– Не боись, дубина. Их автоматика стережёт. К тому же они должны подчиняться командам.

Яродив, тоже попятившийся вначале, присмотрелся к трёхголовому кактусопауку. Тот успокоился, опустив лапки. Размером он был с морскую черепаху, только странный «живой овощ» выглядел как ажурный моток лап, коготков, игл и чешуй.

– А ты молоток, Стилет! Вот кто нам нужен!

– Ты о чём? – не поняла София.

– Доберёмся до центра управления, хакнем систему и заставим этих киберпауков подчиняться. Те роботы, что следят за тюрьмой, нас не любят, зато эти станут нашими телохранителями.

– С ума зыйшов?!

– Форма робота не имеет значения, главное, чтобы он подчинялся приказам.

– Лишь бы не кинулся на тебя, когда вылезет. Да и оружия у них не видно. На кой ляд тебе робот-телохран без гарматы?

– И оружие найдём, всему своё время. Пошли отсюда.

Выбрались из «парника», двинулись вдоль кишки, дошли до очередного тупика с новым перекрёстком четырёх