Авиатрисы - Плат Ами Д.

За ужином в столовой девочки тихо переговаривались. Первый раз за все время Луиза присоединилась к остальным. Розалин сидела рядом с ней.

Они вели подобие светской беседы.

– Чудная сегодня погода. Не чувствуется городской духоты, даже свежо!

– И правда! А ты хорошо долетела?

– Разумеется. На высоте птичьего полета захватывает дух. Кажется, можно коснуться облака. Ты когда-нибудь летала?

– Конечно! Раньше мы каждый год летали отдыхать на побережье. Не на поезде же туда ездить, право слово…

– Я думала, в тех краях давно все заброшено. Интересно, еще остались курортные местечки?

Лиз подсела к ним. Она витиевато заплела короткие волосы и получила массу комплиментов от Розалин и Луизы. Ее отец был купцом, и семья всегда стремилась пробиться как можно выше. Поэтому Лиз наслаждалась обществом девушек из высшего света, старалась перенять их манеру говорить или держать столовые приборы. Элизабет не скрывала надежд на то, что служба принесет ей почести и новое положение в мире.

Вивьен, Лилиан, Лорел и Даниэль сидели отдельно. Их не интересовала легковесная болтовня, мода или обещания директрисы. Даниэль стерла мазь, и под глазом снова проступил синяк.

– Кто тебя так отделал? – спросила Вив.

– Рекрутеры, дым бы их побрал! Я тогда вообще с жизнью на всякий случай простилась – проклятые звери.

– Дани, ты что, пыталась сбежать? – удивилась Лили.

– Ага! А вы по своей воле приехали? Мне казалось, чтобы управлять самолетом, все же нужны мозги, – засмеялась Дани своей шутке.

– Я тоже пыталась, – призналась Вив. – Но, как видишь, не получилось.

– Ты не рассказывала, – ахнула Лилиан. – Не понимаю все-таки, почему вы против академии? Это ведь потрясающий шанс, такая возможность вылезти из всего того ужаса, в котором мы и наши семьи жили.

– Не понимаешь – иди и с этими курицами потрепись, – огрызнулась Даниэль, кивая в сторону других учениц.

– Сами посмотрите, они богатые, а ведь пошли на службу. Значит, правда: оно того стоит.

– Если так на самом деле, то всех богатых бы уже собрали, а нас оставили в покое.

– Меня привезли вместе с девочкой. Ей вообще ребра переломали, пока «уговаривали» на обучение. Оно, по-твоему, тоже того стоит?

– А зря она пыталась сбежать. Посмотри на Розалин. Сколько почестей!

– Как вы думаете, что будет потом? – подала голос Лорел.

– Когда мы умрем в проклятых самолетах?

– Нет, Дани. Мы не умрем сразу. Мы должны убить кого-то в Республике. – Голос Лили дрогнул, остальные затихли.

– Не хочу никого убивать, – зашептала Вивьен. – Даже от мыслей таких плохо становится.

– Мы же только по военным объектам будем бить, – ответила Лили.

– А что, там людей, думаешь, нет?

– Может, и есть. Но они убивают наших. И ты же знаешь, что это лерийцы развязали войну.

Элизабет, Розалин и Луиза некоторое время прислушивались к их разговору.

– Что ты знаешь о тех, кто из Республики, Дани, о лерийцах? – спросила Розалин.

– Как минимум, что они такие же люди, как и мы, – ответила Даниэль.

– А вот и нет. Они неотесанные дикари, не признающие сакральность власти. У них нет ни науки, ни культуры, ничего! – выдала Луиза, как всегда высокомерно. – Что еще взять с заводских – вы ведь даже учитесь только рабочим специальностям, тонкие материи политики – не ваш конек.

– Ну и что? Уши-то у нас есть. Вспомни поражение при Белодоре, сколько его по радио обсуждали. Да и другие. Воюют они вполне сносно, – насупившись, ответила Даниэль.

– Лишь это и умеют, – поддержала Рози. – Дикари должны вверить себя власти императора. Передать нам земли, богатые природными ресурсами, чтобы мы могли распорядиться ими во благо общества.

– А ты, я смотрю, давно все решила? – спросила Вивьен. – Или просто за родителями повторяешь? С тебя-то пылинки сдували, что ты вообще о жизни знаешь?

Розалин вскочила. Ее щеки покраснели, ноздри раздувались.

– Кажется, и среди нас затесались дикари, – вспылила она, но быстро взяла себя в руки и, задрав нос, удалилась в спальню.

– Дикари? Ну хотя бы не всезнайки, никогда на заводе не работавшие! – крикнула вслед Даниэль и, улыбнувшись, подмигнула Вивьен.

Почти все разошлись. Вивьен задержала Даниэль около лестницы:

– Я хочу кое-что спросить по секрету. Только не рассказывай никому.

– Валяй.

– Левикот ищет мою сестру. Она прошла отбор по всем критериям. Ты упоминала, с тобой была еще девочка? – От волнения Вив закусила губу.

– Да. Ее зовут Абелия.

– Не она… – Сдавленный выдох так резко вырвался из горла Вивьен, что обе девушки вздрогнули.

– Мне жаль. Хотя, если бы это была твоя сестра, было бы хуже. Девчонке жутко досталось.

– А что с ней?

– Хотела удрать прямо из-под носа у директрисы. Левикот ее схватил и уволок куда-то. Представляешь, что сделает садюга?

– Думаешь, она жива?

– Да. Посмотри, сколько нас. Каждый пилот на вес золота.

– А что, если мы откажемся летать?

– Каким образом?

Они перешептывались в ночном коридоре, наполненном скрипами, сквозняком и тенями.

Вивьен взяла Даниэль за предплечье:

– Забастовка.

– Знаешь, что делают на заводах с теми, кто решается бастовать? Бьют розгами и лишают платы на месяц, а то и больше. По-твоему, с нами поступили бы милосердней?

– Ладно, – ответила Вивьен, отпуская руку Даниэль. – Может, другие правы: все неплохо.

– Даже думать об этом не хочу. – Даниэль неторопливо пошла в сторону своей комнаты.

Глава 9

Перед обедом в расписании значилась пробежка вокруг замка. Так продолжалось изо дня в день, и постепенно незнакомый маршрут стал обыденным. Шелест деревьев по левую руку, поворот. Вдалеке впереди ангары, поворот. Зеленый луг, упиравшийся в тонкую полоску леса. Запах свежескошенной травы и луговых цветов.

И снова поворот, близ замка к беседке, где подают обед.

– Хоть поесть можно на свежем воздухе, – пыхтела Лорел. Ей до сих пор не хватало то криков петухов, то парного молока в меню, то еще чего-то, неведомого остальным кадетам.

– Мне нравится, как накрывают фарфор и столовое серебро, – отвечала Лиз.

– Действительно, – благосклонно соглашалась Розалин. – Со вкусом.

Обстановка в академии была привычна ее миру, однако нагрузка свалилась непомерная. Рози не могла вставать рано и много трудиться – хотя бы головой. Она сдерживалась, не позволяя себе жаловаться, чтобы не казаться слабой. Родители грезили, что дочь вкусит воинской славы и станет гордостью рода, после чего успешно выйдет замуж, но девушка жаждала лишь первого.

Старший брат отказался идти в армию, сразу женился – в итоге прячется на службе в министерстве от капризов жены и криков младенца. А бедная супруга то и дело приезжает к свекрам, отдает ребенка нянюшкам и жалуется на одиночество и скуку. Такой судьбы Розалин не желала.

Пробежав последний круг, они расселись в беседке, увитой диким виноградом. Слуги подавали тушеное мясо с овощами и крупой. Маленькими порциями. Однообразная, несоленая еда осточертела, зато никого не тянуло переедать. Кадетам постоянно твердили, как важно не растолстеть.

– А что будет, если вдруг кто-то скакнет в весе? Мы ведь растем? – спросила Вивьен.

– Выгонят тебя с позором, – ответила Лиз. – Добавишь работы рекрутерам.

– Может, мы этого и хотим. – Даниэль присвистнула.

– Вот и рискни здоровьем, – оскалилась Розалин.

От замка к ним приближались двое – профессор Клод и Эбигейл.

– Вы закончили обедать, девочки? – Директриса, как всегда, сияла. Сегодня она надела брючный костюм с корсетом, похожий на форму авиатрис. Сидел как влитой, подчеркивая ее стройную, почти девичью фигуру. – Сейчас у нас будет необычный урок. Давайте прогуляемся.

Они отправились в сторону пустующих ангаров. Луиза, как обычно, держалась в стороне от остальных. Розалин и Элизабет вились вокруг директрисы, жадно заглядывая ей в рот, и ловили каждое слово.